Расширенный поиск
30 Октября  2020 года
Логин: Регистрация
Пароль: Забыли пароль?
  • Тынгылагъан тынгы бузар.
  • Айырылмаз джууугъунга, унутмаз сёзню айтма.
  • Адамны адамлыгъы къыйынлыкъда айгъакъланады.
  • Таукел тауну аудурур.
  • Бичгенде ашыкъма, тикгенде ашыкъ.
  • Айраннга суу къош, телиге джол бош.
  • Тёзгеннге, джабылгъан эшик ачылыр.
  • Ауругъан – джашаудан умутчу.
  • «Ма», - дегенни билмесенг, «бер», - дегенни билмезсе.
  • Тели турса – той бузар.
  • Къанны къан бла джуума, аманны аман бла къуума.
  • Адамны аманы адамны бети бла ойнар.
  • Тил – миллетни джаны.
  • Ат басханны джер билед.
  • Татлы сёз – балдан татлы.
  • Тенгинг джокъ эсе – изле, бар эсе – сакъла!
  • Джангыз терек къынгыр ёсер.
  • Аман адам элни бир-бирине джау этер.
  • Терслик кетер, тюзлюк джетер.
  • Ёлген эшек бёрюден къоркъмайды.
  • Мухарны эси – ашарыкъда.
  • Айранны сюйген, ийнек тутар.
  • Урама да – ёледи, сатама да – келеди.
  • Джарлы тюеге минсе да, ит къабар.
  • Этни бети бла шорпасы.
  • Гыдай эчки суугъа къараб, мюйюзле кёрмесе, джашма алкъын, дегенди.
  • Айтхан сёзюне табылгъан.
  • Къызгъанчдан ычхыныр, мухардан ычхынмаз.
  • Къазанны башы ачыкъ болса, итге уят керекди.
  • Къыйынлы джети элни къайгъысын этер.
  • Хазыр ашха – терен къашыкъ.
  • Дууулдаса – бал чибин, къонса – къара чибин.
  • Джыгъылгъанны сырты джерден тоймаз.
  • Таш ата билмеген, башына урур.
  • Ёлюк кебинсиз къалмаз.
  • Эрине къаргъыш этген къатын, эрнин къабар.
  • Тойгъа алгъа да барма, тойда артха да къалма.
  • Къыз келсе, джумуш эте келеди, къатын келсе, ушакъ эте келеди.
  • Бозанг болмагъан джерге, къалагъынгы сукъма.
  • Телиге акъыл салгъандан эсе, ёлгеннге джан салырса.
  • Ишленмеген джаш – джюгенсиз ат, ишленмеген къыз – тузсуз хант.
  • Эл ауузу – элия.
  • Ёлген аслан – сау чычхан.
  • Таукелге нюр джауар.
  • Къралынгы – душмандан, башынгы от бла суудан сакъла.
  • Ауурну тюбю бла, дженгилни башы бла джюрюген.
  • Суу да къайтады чыкъгъан джерине.
  • Сакъалы текени да бар, мыйыгъы киштикни да бар.
  • Ата джурт – алтын бешик.
  • Тилчи бир сагъатха айлыкъ хата этер.

Во имя будущего нации

10.03.2009 0 3210

Фатима Магулаева

1 марта - 126 лет со дня рождения эфенди Исмаила Акбаева - просветителя, педагога, создателя карачаевской письменности.

"Безъязычный народ исчезает без следа", - такими словами открывался первый учебник на карачаевском языке - "Ана тили" Исмаила Якубовича Акбаева, вышедший в свет в предреволюционном 1916 году. "Ни один народ, не уважающий свой язык, долго не просуществует, - писал просветитель во вступительной статье к книге. - Родная письменность необходима для будущего каждой нации…"
Как подвиг созидания лежит перед нами жизнь Исмаила Акбаева, в которой кирпичик к кирпичику - через создание письменности, выпуск первого учебника, открытие первой национальной типографии, организацию первой партийной национальной газеты - закладывался фундамент культурного развития карачаевской нации в XX столетии.


Исмаил с внучатым племянником Русланом Акбаевым и невесткой Чичикай Биджиевой

Окно в сад

"Дело о восстановлении избирательных прав Акбаева Исмаила Якубовича" пронумерова-но по всем правилам архивного производства. Фонд 307, опись 2, дело 411 - сухое обозначение трагической страницы жизни, отданной "во имя будущего нации". В тонкой папке чуть больше двадцати листов. Помимо справок и протоколов в дело подшито "Заявление в президиум облисполкома гражданина аула В.Тебердинского Акбаева Исмаила" - уникальный документ, дающий нам возможность взглянуть на жизнь просветителя его собственными глазами.


Ана тили, 1916 г.

 "…я никогда, служа эфендием в течение всего этого времени, не занимался темными делами, присущими вообще духовенству, как-то: одурманиванием народа в смысле отталкивания его от просвещения, взиманием шариатских отчислений и т.п. В первом случае, наоборот, все свое знание и энергию употреблял к тому, чтобы всемерно распространять просвещение не только среди мужчин, но и женщин, выступая в единственном числе и борясь для этой цели на духовных съездах за необходимость просвещения как женщин, так и мужчин, для чего много в 1915 г. составлена впервые азбука на карачаевском языке под названием "Ана Тили" - Родной язык, являющийся предметом широкого потребления в школах первой ступени карачаевской области, и еще ряд книг. До этого времени в Карачае не было своей письменно-сти, а Карачай изучал арабский язык, далеко не поддающийся нашему пониманию…"


Ана тили, 1924 г.

Работа по созданию национальной письменности была поручена Исмаилу Акбаеву Комиссией учителей духовных и светских школ Карачая в 1915 г., и уже в июле этого года просветитель поставил точку в рукописи первого карачаевского учебника. Книга увидела свет в первой половине 1916-го, а в сентябре в аул Верхнетебердинский пришло благодарственное письмо с печатью Кубанского краевого правительства: "Эфенди Измаилу Акбаеву. Ведомство Народного Просвещения приносит Вам данную благодарность за сочинение Ана-Тили…" Все доходы от издания азбуки автор передал на нужды аульской школы Нижней Теберды. Являясь успешным предпринимателем, он никогда не стремился к накопительству, жертвуя немалые средства на развитие образования в Карачае, заботился об улучшении жизни соплеменников: "… должен заявить, что в бытность свою эфендием я никогда не пользовался шариатскими сборами (отчислениям), как это делали и делают вообще эфендии, ибо я подобные моменты в жизни духовенства отрицал и, наоборот, всячески старался и способствовал распределению шариатских отчислений между бедными аула, что данное обстоятельство, бесспорно, найдет себе подтверждение среди населения и, в особенности, среди духовенства области".


В центре - Исмаил Акбаев

Среди друзей и знакомых карачаевского просветителя яркие деятели науки и культуры того времени - профессор И.В. Мушкетов, композиторы А.А. Алябьев, С.И. Танеев, поэт и художник И.П. Крымшамхалов. Представители горской и русской интеллигенции бывали частыми гостями в доме Акбаевых. Римма Байчорова - внучатая племянница, воспитанница и любимица Исмаила Якубовича - вспоминает: "В угловой комнате нашего дома располагался рабочий кабинет Чокуна-эфенди с выходом в сад. Здесь собирались за беседами о просвещении народа и развитии национальной письменности Коста Хетагуров, братья Халиловы, Асхат Биджиев, Петр Баскаев, Николай Ярошенко и многие другие. В комнате у стены стояла диванчик для гостей, рядом - шкаф с книгами. Акка (так я называла дедушку), увлекавшийся многими науками и свободно владевший шестью языками, не жалел средств на их приобретение. К окну, выходившему в сад, был приставлен большой письменный стол, за которым создавались первые национальные книги карачаевского народа. Свободную стену почти полностью занимал портрет дедушки в полный рост - подарок художника Николая Ярошенко - частого гостя и друга нашей семьи…"


Исмаил с внучатыми племянниками 

Много лет спустя, холодным ноябрьским утром 1943 года, перед этим портретом плакали, прощаясь с домом, самые близкие Исмаилу люди - супруга Байдымат, разменявшая седьмой десяток, и 15-летняя Рима, в числе тысяч карачаевцев внезапно получившие страшное имя предателей Родины. Дальнейшая судьба картины, равно как и библиотеки, и рукописей просветителя, включавших неопубликованные работы (в частности, русско-карачаевско-арабский словарь), остается неизвестной, несмотря на многочисленные попытки родственников и исследователей отыскать их следы в водовороте трагического четырнадцатилетия.


Исмаил с супругой Байдымат, воспитанницей Риммой и ее тетей Хыдез

У истоков национальной прессы

А пока наступил 1917 год, прервавший привычное течение жизни горцев Карачая. Противник насилия и социальных потрясений, Исмаил Акбаев не разделял революционные идеи большевиков. Отстранившись от политических мероприятий 1917-1920 годов, он после окончательного установления советской власти передал в пользу государству значительную часть имущества - дачи, магазины, пилораму в Курорт-Теберде, оставив себе лишь одну комнату в доме напротив верхнетебердинской мечети, и полностью посвятил себя культурно-просветительской работе. "В 1922 г., в начале организации бывшей Карчеравтобласти, я был приглашен Обликом и Орг.-Бюро ВКП(б) КЧАО на работу на предмет организации типографии и приобретения шрифта, применительного к языкам населения Карчеравтобласти, с тем, чтобы распространять газеты, брошюры и другие необходимые учебники для этой Области на родном языке, для чего был командирован в г. Москву, где исходатайствовал известное количество денег на сей счет, на которые в г. Тифлисе приобрел шрифты, применительные к языкам Карачая и Черкесии, с необходимыми частями для типографии, которая отсутствовала в то время".


"Наша сила - наша нива", 1926 г.


Тылмач, 1926 г.

Работая в типографии и редакции газеты "Таулу джашау", Исмаил Акбаев в 20-е годы написал и издал более 10 книг, среди которых первый русско-карачаевский словарь, методическое пособие для учителей, буквари, учебники географии, природоведения и арифметики. Несмотря на свои заслуги перед народом Карачая, в 1928 году просветитель был лишен избирательных прав как "бывший дачевладелец и состоящий в списках явнокулацких хозяйств". И хотя избирательная комиссия крайисполкома после нескольких отказов в марте 1930 года восстановила его в правах, Акбаев понимал, что советской властью он как бывший мулла и состоятельный предприниматель из списка "враждебных элементов" исключен не будет никогда. Создатель национального алфавита и единственный автор дореволюционного издания на карачаевском языке, Исмаил Акбаев в 1930 году был вынужден на страницах областной газеты писать о том, что "во время царского режима малые народы не имели своей письменности и печати" ("Таулу джарлыла", 5 ноября). Лишившись в начале 30-х годов возможности заниматься издательской и публицистической деятельностью, Исмаил Акбаев переехал из областного центра в родной аул, где служил бригадиром-садоводом колхоза им. Ленина вплоть до своего ареста в августе 1937 года.


Супруга Исмаила с племянником Салихом Халиловым

Последний автограф

Из воспоминаний Риммы Байчоровой: "Я тогда закончила второй класс, и на летних каникулах Акка сооружал для меня под сосной маленький домик на столбах для игр. Хотя домик еще не был готов, мы часто играли в нем с соседскими детьми. В тот день мы были дома втроем - дедушка, бабушка и я. Акка достраивал домик, когда во двор зашли парторг села и высокий незнакомец в форме и сказали, что дедушка арестован. Пока в доме шел обыск, Баим (бабушка) плача собирала в узелок еду и одежду. Из шифоньера достала припрятанные галстук и зажигалку, отдала незнакомцу. Акка все молчал, а я кидалась на незнакомца с кулаками и кричала: "Какой вред он принес Родине?"

Сам Исмаил, и когда прощался с родными, и когда последний раз выходил за ворота своего дома, понимая, что уходит навсегда, выглядел таким же спокойным, каким они привыкли видеть его и каким запомнили на всю жизнь. По жестокой иронии, в Курорт-Теберде, куда поначалу привезли арестованного, первой камерой для Исмаила Акбаева стала зарешеченная комната его собственной дачи, отданной им 20 лет назад советской власти и функционировавшей теперь как районное отделение милиции. Отсюда создателя карачаевской письменности увезли в краевой центр, где 14 августа 1937 г. он был осужден как "враг народа" постановлением тройки УНКВД Орджоникидзевского края.

О дальнейшей судьбе просветителя известно со слов его односельчанина Алимджашара Батдыева - одного из первых карачаевских коммунистов, отбывавшего срок в одной камере с Исмаилом Акбаевым в Карлаге - Карагандинском филиале ГУЛАГа. По рассказу Батдыева, освободившегося вскоре после депортации карачаевцев, в тюрьме заключенные занимались изготовлением табуреток, и Исмаил часто писал на внутренней стороне стульев свое имя в надежде, что когда-нибудь его автограф увидят и узнают родные.

Условия жизни заключенных Карлага были невыносимыми. Работники ГУЛАГа писали в актах проверки: "Заключенные размещены в стандартных бараках. Стены бараков саманные, внутреннее оборудование - двойные нары. Полы земляные, зимних рам нет. Грязь, сырость, печки в бараках отапливаются не ежедневно. У многих заключенных не имеется постельных принадлежностей. Баня, прачечная, дизкамеры в виду отсутствия топлива работают с большими перебоями. Кипяченая вода как в бараках, так и на работах отсутствует. На работах нет даже сырой воды. Заключенные вместо воды едят снег…"


Справка о реабилитации

Здесь, в саманных стенах лагерного барака, в промежутке между 1938-1940 годами Исмаил Акбаев, написавший азбуку родного языка, чтобы его народ не исчез без следа, умер от сердечной боли на руках односельчанина. 20 лет спустя Ставропольский краевой суд реабилитировал просветителя, записав в протоколе: постановление 1937 года о признании Акбаева врагом народа отменено "за недоказанностью обвинения"…

В основу материала положены воспоминания внучатой племянницы просветителя Риммы Муссаевны Байчоровой, документы Госархива КЧР и публикации областной прессы Карачая 1920-1930-х годов.

 

(Нет голосов)

  • Нравится

Комментариев нет