Расширенный поиск
7 Декабря  2016 года
Логин: Регистрация
Пароль: Забыли пароль?
  • Эл ауузу – элек, анга ийнаннган – халек.
  • Джолунга кёре – джюрюшюнг, джагъанга кёре – юлюшюнг.
  • Ана къойну – балагъа джандет.
  • Ушамагъан – джукъмаз.
  • Арбаз сайлама да, хоншу сайла.
  • Тешигини къатында, чычхан да батыр болур.
  • Чакъырылмагъан джерге барма, чакъырылгъан джерден къалма.
  • Джетген къыз джерли эшекни танымаз.
  • Бойнуму джети джерден кессенг да, мен ол ишни этеллик тюлме.
  • Ачлыкъ отха секиртир.
  • Джаным-тиним – окъуу, билим.
  • Ач, тоймам, дейди, тойгъан, ач болмам, дейди.
  • Иги болса, тамадама – махтау, аман болса, меннге – айыб.
  • Аманны къуугъан, аманлыкъ табар.
  • Суу да къайтады чыкъгъан джерине.
  • Тойгъа алгъа да барма, тойда артха да къалма.
  • Джумушакъ сёз къаты таякъны сындырыр.
  • Танг атмайма десе да, кюн къоярыкъ тюйюлдю.
  • Башынга джетмегенни сорма.
  • От этилмеген джерден тютюн чыкъмайды.
  • Ауузу аманнга «иги», деме.
  • Ишлегенден, къарагъан уста.
  • Аман эсирсе, юйюн ояр.
  • Аурууну келиую тынч, кетиую – къыйын.
  • Кечеси – аяз, кюню – къыш, джарлы къаргъагъа бир аш тюш!
  • Игиге айтсанг – билир, аманнга айтсанг – кюлюр.
  • Джиби бир къат джетмей эди да, эки къат тарта эди.
  • Эртде тургъан джылкъычыны эркек аты тай табар.
  • Нафысынгы айтханын этме, намысынгы айтханын эт.
  • Ётюрюкчюню шагъаты – къатында.
  • Уллу айтханны этмеген – уллаймаз.
  • Ёмюрлюк шохлукъну джел элтмез.
  • Адеби болмагъан къыз – тузсуз хант.
  • Эрни эр этерик да, къара джер этерик да, тиширыуду.
  • Рысхы джалгъанды: келген да этер, кетген да этер.
  • Ётген ёмюр – акъгъан суу.
  • Гитче джилтин уллу элни джандырыр.
  • Ашыкъгъанны этеги бутуна чырмалыр.
  • Борчунг бар эсе, хурджунунга ойлаб узал.
  • Дженгил джетерикме деб, узун джолну къоюб, къысхасын барма.
  • Кийиминг бла танылма, адамлыкъ бла таныл.
  • Ач къарным, тынч къулагъым.
  • Билим къая тешер.
  • Аз сёлешген, къайгъысыз турур.
  • Кёлю джокъну – джолу джокъ.
  • Тойгъандан сора, ашны сёкме.
  • Ишлерге уял да, ашаргъа табма.
  • Ёзденликни джайгъан – джокълукъ.
  • Тойчу джашха къарама, къойчу джашха къара.
  • Тил – кесген бычакъ, сёз – атылгъан окъ.

Балкарская литература сегодня

27.03.2008 0 1861

 

Взгляд автора публикации Ильяса Теппеева

Вопросы, заданные мною четырем известным в литературном мире Кабардино-Балкарии людям, были примерно такие:

1. Как бы Вы охарактеризовали общее состояние дел в балкарской литературе на сегодняшний день?
2. Почему нет ни одного современого автора, чье имя можно было бы поста-вить в один ряд с Кязимом Мечиевым, Кайсыном Кулиевым и Ибрагимом Бабаевым?
3. В чем причины того, что в нашей литературе такой незначительный процент молодых авторов?
4. Каким Вы видите будущее балкарской литературы?

Мое собственное мнение по данной теме публикуется отдельно от высказываний профессиональных литераторов. И не только из уважения к моим титулованным собеседникам. Но и потому, что взгляд журналиста имеет свою специфику. Равно как и мнение работников "литературного цеха", чьи компетентность и информированность гораздо выше человека со стороны.

Все сказанное мной и моими собеседниками - личный взгляд, не претендующий, как мы все понимаем, на истину в последней инстанции. Поэтому любое иное мнение будет только приветствоваться.

Ильяс Теппеев

Сафарият Ахматова, поэтесса

Я не литературный критик, чтобы сказать достаточно профессионально о современном состоянии балкарской литературы, но так как по роду занятий я редактор художественных программ вещания Кабардино-Балкарского радио на родном языке и являюсь автором создания тематико-экспозиционных планов литературного музея республики и дома-музея им. К.Ш.Кулиева, могу поделиться некоторыми своими мыслями по этому вопросу.

Работая над литературным музеем, создавая его научную концепцию, изучая исторический материал, я натолкнулась на одно высказывание царя Николая II, где он говорит, что "конечная цель введения образования среди горцев, это (их) обрусение". И так оно и получилось, хотя и менялись исторические формации на протяжении века.

И если нет сегодня будущего у балкарской, да и у кабардинской, да и у многих малых народов нашей большой страны своей родной литературы, ярко выраженной национальной культуры, причину надо искать в этом: то, что было задумано еще при царе, "кто-то" очень умно претворял в жизнь: говорящих и полноценно мыслящих на родном языке сегодня все меньше и меньше среди нас, тем более говорящих на родном языке. И скоро творящих (а для кого?) можно будет считать феноменом в субстанции данного народа.

Как-то раз в разговоре со мной на эту тему известный кабардинский поэт Кашиф Эльгаров в сердцах сказал: "Кто, кто сейчас у нас есть из молодых (это было лет 15 назад)? Ну Бештоков, ну Ацканов, а кто за ними? Кто? Я вижу конец нашей литературы...".

Мы говорим сегодня: у нас есть высокая поэзия, хорошо развитая проза, а возникновение драматургии и на ее основе существование национального театра приравнивает нас к цивилизованным народам. Хотелось бы, чтобы так оно и было.

А что в реальной жизни? Созданные на родных языках многотомники пылятся на книжных полках магазинов или распродаются за копейки на площадях или просто сжигаются (зачастую под заборами авторов). А ведь в духовную культуру человека входит только то, что он по памяти цитирует, применяет в своей жизни. Сидя не только в литературном кругу вспоминает иногда строки из Кязима, Кайсына. Или: "Вот так говорил Кязим, Кайсын…". Как-то шел впереди меня молодой человек и на его футболке было написано: "Мир и радость вам, живущие!" (слова Кайсына). Я почувствовала, как моя душа поднимается к небу. Пусть эта строка на русском языке, а не в оригинале, пусть всего лишь на футболке, но она на устах у народа. И уже в чем-то часть мировой культуры. В ней столько гуманизма и столько человеческой боли, трагедии (обреченный на смерть, человек изначально трагичен).

Живет только вечное, искусственно созданное отмирает само по себе. Так происходит и с литературой. Жизнь сама распорядится, чему быть, а чему не быть. Ответ на то, есть ли будущее у балкарской литературы лежит глубоко, в субстанции самого народа, если он не самоуничтожится, будет жить, то и литература у него будет, на каком бы языке она не создавалась.

Из разговора с писателем Алимом Теппеевым

Современная балкарская литература - детище советской власти. Ею она вскормлена и выпестована. Национальные литературы могли нормально развиваться только при государственной поддержке. При системе, добавим, где нравственность и дружба народов являлись одной из главнейших целей государственной идеологии.

В настоящее время национальные литературы как бы отделены от забот федеральной власти. В нашей, подчеркнем, многонациональной, стране нет инструмента, способного поддерживать развитие национальных языков и литератур. Заглохло переводческое дело. В этих условиях само существование национальных литератур проблематично, не говоря уже об их развитии. Что касается национальных писателей, то они поставлены на самую низкую ступень общественной жизни. В Кабардино-Балкарии, при покойном президенте В. М. Кокове о них хоть как-то заботились. Президент сам встречался с ними, беспокоился, и в скудном бюджете республики находил статью для литературы и литераторов. Но в настоящее время такое впечатление, что писатели никому не нужны. Какое может быть развитие в таких условиях?

Почему нет молодых литераторов? Потому что литература не кормит. Ныне молодежь хорошо знает что прибыльно, а что не прибыльно. Время энтузиастов прошло. Люди не так богаты, чтобы издаваться за свой счет, но и в тех случаях, когда на их произведения есть госзаказ, гонораров молодой автор получит примерно столько, сколько заместитель министра платит налогов от своего месячного оклада. Что касается патриотизма и национальной гордости - то эти замечательные качества гражданина давно уже не воспеваются в молодых людях. Вот и получается, нет никаких перспектив для молодежи в литературе. Можно петь бессмысленные, глупенькие песни и здорово разбогатеть. Зачем тратить время на литературу?

Балкарская литература, несмотря на краткость и драматизм ее истории, смогла встать вровень с развитыми реалистическими литературами, и сегодня в своем арсенале имеет вполне зрелые художественные традиции (К. Мечиев, К. Кулиев, Т. Зумакулова, И. Бабаев). Она не может, не имеет право исчезнуть с лица земли просто так, под ударами рынка - самого жестокого разрушителя культур малых народов.

Да, литература в настоящее время в тупике. Старые идеи исчерпали себя, новые темы не схвачены. Она возродится и даст замечательные всходы, когда балкарцы разбогатеют и у них будут щедрые меценаты. Культура малых народы брошена государством. Нужно время, чтобы высокие чиновники и богатые бизнесмены осознали, что литература - это единственная сила, способная сохранить самобытную душу народа. Всякие разговоры о судьбе народа без литературы бессмысленны.

Светлана Моттаева, член Союза писателей России

Прошло уже более 20 лет как не стало Кайсына Кулиева, выдающегося сына балкарского народа, одного из виднейших поэтов-лириков ХХ столетия. Сегодня, когда ему было бы 90, оглядываясь на пройденный национальной литературой путь, уместно было бы сделать ряд выводов, вытекающих из реального положения вещей, в котором оказались все культуры некрупных этносов России.

Кстати говоря, лишенные государственного протекционизма и поддержки серьезные трудности испытывают не только писатели, представители национальных литератур, но и вся российская литература в целом. Не стало Литфонда СССР, Союз писателей СССР теперь размежеван на несколько творческих союзов, имеющих свои автономные уставы, да и амбиции; литература попала в тиски рынка. Творческие союзы писателей поменяли статус, стали называться общественными, что освободило государство от ответственности перед литературой, ее развитием.

Стихия рынка, дикого и непредсказуемого, у которой жесткие законы, непреодолимой преградой встала на путях развития литературного творчества, а поиск заработка, во имя хлеба насущного, свел и сводит на нет все здоровые амбиции писателей, многие из которых сложили, что называется, творческие перья, оказались на грани нищеты и забвения. Ударом для национальных литератур стала коммерциализация издательства, ликвидация "Современника", который выпускал огромными тиражами произведения поэтов и писателей-националов. Свернута вследствие этого переводческая работа. Догмат партийности литературы, усилившийся после ленинской статьи "Партийная организация и литература" был снят в годы перестройки, а идеология соцреализма была, перефразируя слова Маяковского, в штыки неоднократно атакована. Сегодня на перекрестке века и те, кого в свое время агитпропы предавали анафеме, и те, что творили, пусть и под знаменами партийности, - лучшие из них. Если отделить зерна от плевел, остались в анналах культуры словотворчества, в истории народов. Кайсын один из них.

Так, что же балкарская литература после Кайсына? Что приобрела, что потеряла? А может быть она пребывает в состоянии стагнации, летаргического сна? Ответ здесь, конечно же, не может быть однозначным. Если взять ряды писателей, точнее членов Союза писателей (теперь РФ), то они выросли. Чтобы сохраниться, не кануть в лету, в начале 90-х годов Союзом писателей был объявлен чуть ли не массовый призыв. Выездной секретариат СП в Нальчике скопом ангажировал в свои ряды всех, кто написал пару-другую статеек или вступительных слов к изданиям, составил книгу того или иного литератора. Исключением не стал и Союз писателей КБР, в то время возвращавшийся, преодолев размежевание на кабардинский и балкарский Союзы, к моноорганизации, каковым он был и при Кайсыне Кулиеве, и при Алиме Кешокове.

Правда, это мало что дало для развития литературного творчества. Выведенный в аръергард общественной жизни, но продолжающий осуществлять ряд функций, творческая организация потеряла немалое число своих преференций да и моральных привилегий, коими она по праву пользовалась во времена эпохи социализма.

Правда при всех вызовах времени, Союз писателей КБР продолжает существовать, да и имеет определенные плюсы в своей работе. Проводятся заседания правления, собираются для решения накопившихся вопросов советы по кабардинской, балкарской, русской литературам. Выиграв грант, Союз писателей предпринял издание двух антологий поэзии - кабардинской и балкарской на родных языках. Председатель Союза писателей Ахмат Созаев и его заместитель Хачим Кауфов в меру сил и объективных возможностей стараются удержать штурвал литературного корабля, и, надо сказать, им не откажешь ни в компетентности, ни в стремлении работать на авторитет творческой организации.

Гарантом выживания любого дела является преемственность поколений, поддержка лучших традиций предшественников, их развитие во времени. Что касается балкарской литературы, эту преемственность, получив завет великого Кязима - основоположника новописьменной балкарской литературы, поколение Кайсына Кулиева с честью отстояло высокое звание писателя. Столь же трепетно относилось к своей миссии плеяда Алима Теппеева, сделавшая немало, вслед за представителями поэтического крыла, для развития и становления балкарской прозы. Кязим Мечиев, Берт Гуртуев, Кайсын Кулиев, Керим Отаров, Сафар Макитов, Максим Геттуев, Исса Боташев, Ибрагим Бабаев, Магомет Мокаев, Салих Гуртуев, Ахмат Созаев. И следующие за ними - это поколение Абдуллаха Бегиева, Аскера Додуева, Мурадина Ольмезова и других. А возвращаясь к прозе, - Омар Этезов, Жанакаит Залиханов, Алим Теппеев, Жагафар Токумаев, Эльдар Гуртуев, Зейтун Толгуров. Их много, и пусть простят меня те, кого я сейчас не называю, но все, упомянутые здесь и оставшиеся за кадром сделали немало, а если быть точнее, совершили творческий и гражданский подвиг, чтобы сохранить родной язык, а значит, свой народ.

Но кому сегодня вручено знамя балкарской литературы? Ведь даже поколение Аскера Додуева уже разменяло шестой десяток. Кто за ними, следующий, кому дано исполнить долг перед национальной словесностью? Это на сегодняшний день вопрос вопросов и, если учесть общественный фон, на котором вынуждено рождаться слово писателя, то едва ли мы можем с уверенностью заявить, что он благоприятствует появлению нового поколения молодых творцов, для которых литературное творчество стало бы главным делом жизни. Не раз обласканный литературной критикой и собратьями по перу русскоязычный писатель-балкарец Борис Чипчиков, который, кстати, уже далеко ушел от юношеской поры, при всех достоинствах, один не сделает литературу. А если принять во внимание, что наша основная забота - это сохранение родного языка - тем более. Нас интересуют, кстати, к этому весьма ревниво относился и Кайсын, те, кто проявит себя на ниве развития балкарского языка, чьи произведения на родном языке станут отзвуком лучших голосов-запевал национального словотворчества. В ряду интересных, не только на мой взгляд, явлений, дающих сегодня надежду на возрождение нашей литературы, поддержания интереса к ней, я бы назвала поэта Мухтара Табаксоева, моего верхне-балкарского собрата по перу, опубликовавшего несколько ярких в художественном отношении поэтических сборников. В его стихах, которые никак не назовешь "кудреватыми-мудреватыми", уже дистанцированных от лубочных картинок со славословиями сельской чернобровой красавицы и ее парню, которого она клянется ждать вечно и велеречивой риторики, аккомпанирующей будням великих строек, появилось и радует нас философское осмысление бытия, причем оно заключено в канву национального духа, народной колористики, народных мировоззренческих моделей.

Так кто же они молодые писатели? Литература не приемлет возрастного ценза, однако писательское сообщество как испокон веку водится, имеет обыкновение пополнять свои ряды молодыми, подающими надежду собратьями по перу. Это закон. Может ли сегодня балкарская литература похвастаться непреложностью исполнения этого закона? Думается, нет. И по ряду причин.

Во-первых, она идеологически, социально и как хотите, является лишь номинально составной частью многонациональной российской литературы. И в этом ключе претерпевает все трудности переходного периода. Правда, где конечный (вожделенный) этап его, этого никто не знает. Но, если обозреть, что стало с некогда пусть и направляемым процессом развития литературы, то налицо ее не то чтобы абсолютная невостребованность, но девальвация интереса к ней точно просматривается. Если раньше за гонорар, полученный за поэтический сборник до 6 печатных листов, автор мог купить (вернее достать) отечественные "Жигули", то сегодня это давно прошедшее время. Материальное вознаграждение, да еще с санкцией издательства "выкупить часть или весь тираж, и распродать (а можно хоть и сжечь) самому" - эти условия едва ли будут способствовать росту литературных рядов и развитию литературы.

Во-вторых, у писателей, работающих на родных языках, мало, а то и вовсе нет шансов влиться в общелитературный процесс, получить известность, а то и удостоиться любого рода поощрений, титулов, премий федерального уровня. Проблема перевода на русский язык создаваемых националами произведений стоит весьма остро и является предметом особой заботы как самих авторов книг, так и Союза писателей республики. Поколение Next похоже предпочитает более прибыльное вложение сил и таланта, ибо время такое, оно милостиво к прагматикам, не очень милостиво к "голым" романтикам, которые сделали бы своей профессией литературное творчество. Один из интересно заявивших о себе поэтов-балкарцев Артур Баккуев, уж не ведаю где, но, чтобы прокормить семью, работает. Вижу, какие у молодого мужчины натруженные руки, но его первый поэтический сборник "Очарованность горами" говорит о том, что перед нами стихотворец, образно выражаясь, со своей посадкой в седле, недаром же, вместе с молодой кабардинской поэтессой Зариной Кануковой он удостаивался стипендии Фонда Филатова. Мне доводилось писать о его своеобразном художественном видении бытия, ярком, философски окрашенном почерке, о гражданском кредо молодого поэта, где любовь к малой и, не скроем, многострадальной родине, переполняет его сердце поэта, живительным светом струится в стихах.

Год назад по ходатайству Союза писателей республики и предваренное теплым вступительным словом председателя творческой организации А.Созаева вышел коллективный сборник "Виноградный дождь", ставший высокой заявкой начинающих литераторов, которые, хочется надеяться, обнародовали свои первые произведения не случайно, и сочинением стихов занялись не скуки ради. И еще хотелось бы верить, что те же молодые участники "Виноградного дождя", а это Артур Баккуев, Зайнаф Занукоева, Саният Жансуева, Расул Мусукаев, Мадина Ногерова, Эльдар Созаев постараются, чтобы времен связующая нить не прервется. Символичным выглядит в контексте моих рассуждений признание одного из молодых русских литераторов Андрея Рудалева, пишущего о проблемах новой волны российской литературы. По всему видать, он между основным делом, как и Артур Баккуев, человек, выкраивающий время для своих литературных упражнений. "…выкроить время (так и пишет - С.М.) можно только вечером, каждый раз усилием воли подвижнически отстраняясь от внешнего мира и т.д."

Не скроем, молодые литераторы зачастую малопрофессиональны, их мироощущение скорее концентрация душевных сил вокруг своего "эго", не выходящего личного опыта, из которого они сооружают нечто вроде воздушного замка, над зыбкими стенами которого едва ли взойдет звезда пленительного счастья. Мелкотемье, попытка мнимое выдать за подлинное, да и вообще изображать "ничто"" - нередко обнаруживаешь в писательских опусах молодых. Лет пять тому назад неплохо начала выступать в жанре прозы Айшат Тетуева, еще в бытность работы в издательстве "Эльбрус" мне довелось издать ее рассказы в книге "Я встречаю рассвет".

Или Алан Глашев. Он молод, хотя успел получить филологическое образование, окончил и Высшие литературные курсы в Москве. Интересный прозаик, с первой же книги "Что у вас в Кашхачаме?", обратившей на себя внимание, которое не ослабело после выхода следующего сборника "Гости из будущего". В дни, когда пишется эта статья, вышла из печати в издательстве "Эльбрус" новая книга автора "Вишни любви", по мнению редактора издания, не разочаровавшая его.

Пусть не столь часто, как хотелось бы, но своим творчеством Люба Ахматова, кстати уже принятая в Союз писателей России, первой же книгой "Белые камни" снискала симпатию читателей и одобрение критики. Ее публикации в периодике подтверждают - ряды поэтов пополнились тонким лириком, с негромким, но проникновенным голосом.

Авторы, которых мы назвали, люди возраст которых уже приближается к сорока. Но где же более юная поросль балкарской литературы, где наши, если не Пушкины, что само собой разумеется, которые рождаются, может быть, в несколько столетий раз, где же поэты и писатели до тридцати, кому дано продолжить дело поколений, отдавших себя всецело развитию балкарского словотворчества? Их ищут, продолжают надеяться, но, надо признать, этот поиск пока дает скудные, редкие плоды. По словам Мурадина Ольмезова, ответсекретаря журнала "Минги Тау", в 2007 году была опубликована первая подборка стихотворений 19-летней Лейлы Акбулатовой, служба которой в органах МВД, казалось бы, мало располагает к лирическим излияниям, хотя немало опровергающих это суждение примеров. Так вот, Лейле оказывается "есть что сказать читателю" и в ее стихах "есть нечто, что пробуждает (может пробуждать) интерес". Но мы хорошо знаем, что лес состоит деревьев, есть на эту тему известный поэтический тезис Кязима, заключающий в себе непреложную житейскую истину. Эта истина, применительно к современному положению дел в балкарской литературе, как ни прискорбно, внятно обозначена. Сегодня в балкарской словесности не нащупывается поколение, тем более - плеяда.

Родная литература после Кайсына претерпевает некую несостоятельность репродукции, восполнения самой себя, особенно в количественном аспекте. Сегодня нет резервистов, обуреваемых стремлением выразить себя в родном слове, а значит, под угрозу ставится сама категория литературы. Рассуждения дальше предсказуемы. Молодежь неохотно идет в писатели. Почему? Потому как это малопрестижное занятие, малоприбыльная отрасль деятельности. Фигура литератора затянута пеленой если не окончательного забвения, то снисходительного к ней отношения. Зло коренится в тех переменах, которые явились некими сюрпризными факторами, заставившими многих литераторов остановиться и оглянуться и задаться вопросами "зачем?" "для чего?"

Возвращаясь к лесной лексике, хочется вспомнить, что есть и следующая идиома - за деревьями леса не видать, то есть глобальной идеи, применительно к литературе, гражданскому долгу, которым должно зажигаться общество, обязанное любить писателя, ибо исчезновение его с арены этого самого общества, чревато и для него немалыми бедами. Народ, не имеющий литературы - главного апологета его мыслей и чаяний, базисную составляющую его прописанности на карте этносов - обречен. Причина невостребованности литератора, писателя, и в особенности литераторов, представителей национальных литератур коренится и в ограниченности творческого пространства, которое не способствует созданию имени, ибо миновали времена Кайсына Кулиева, когда была поставлена на поток (в хорошем смысле) переводческая деятельность, о чем я говорила выше. Выходы на плацдарм большой (российской) литературы для национальных литераторов заказаны. Не скроем, здесь немаловажен экономический, финансовый аспект. Но дело локального писательского сообщества все же настойчиво резервировать в свои ряды людей (особенно молодых), для которых главным может явиться сам процесс творчества, создания произведений. Может быть, в этом кроется химера? Разве мало примеров, когда приверженность (душевная потребность) подвигали людей писать картины, создавать шедевры керамики и иных ремесел, сочинять стихи. Примеров тому тьма. Только нужно искать этих увлеченных творчеством, искать активно, совсем как в кредо одного из сказавших "неустанно ищу жемчуга".

Время способно расставить все по местам, и интерес к литературному труду, занятость им, могут еще вернуться. Может быть, это время не за горами. Может быть.

Из разговора с доктором философских наук, профессором Салихом Эфендиевым

Пока жил Кайсын Кулиев, ни у кого не возникало вопроса, есть у нас литература или нет. Но вот его не стало, и пришло ощущение, что не стало и литературы. Это так или я ошибаюсь? Думаю, что это утверждение очень близко к истине. И дело не только в литературе. С Кайсыном мы потеряли нечто гораздо большее, чем просто человека и великого творца. Мы осиротели духовно. И процесс убывания духовной энергии народа я связываю именно с уходом Кайсына Шуваевича. Потому что он был не просто поэтом. Он был настоящим духовным лидером. Многие пробовали занять его место, но, как говорится, не хватило масштаба. И если обратиться к вопросу о молодых литераторах, точнее об их отсутствии, то это все взаимосвязанно.

Для того чтобы появились талантливые молодые литераторы, нужно чтобы у них был свой лидер, духовный наставник и ориентир в одном лице, каким был Кайсын. Это, если хотите, особенность нашего народа. Помню один весьма показательный случай из моей жизни. Собрались мы как-то, несколько молодых людей и начали обсуждать только что вышедшую книгу одного известного всем нам литератора. Надо сказать, книга не понравилась никому. Стало быть, так и обсуждали, не стесняясь в выражениях. Неожиданно вошел Кайсын, услышал наш разговор и сказал такие слова: "Прекратите обсуждать этого человека. Оставьте его в покое. Он делает так, как может. Не забывайте, что ему детей своих надо на что-то кормить. К чему мы придем, если будем вести себя так по отношению друг к другу?". Это были слова Кайсына. И в этом было то, что отличало его от всех остальных.

Будучи несомненным лидером, обладая непререкаемым авторитетом, он был мудрее всех нас вместе взятых. И добрее. Он поддерживал каждого, даже самого бестолкового. Потому что знал, что когда-нибудь из этой общей массы выйдут несколько самородков. Так оно и случалось, как правило. А Кайсын, получается, держал на своих плечах то, что мы называем балкарской литературой. Надо ли удивляться, что после его смерти система развалилась, поскольку лишилась своей опоры, своего связующего звена. Другими словами, мир балкарской литературы устроен так, что если не будет лидера, хотя бы отдаленно напоминающего Кайсына, то не будет и развития.

(Голосов: 1, Рейтинг: 5)

  • Нравится

Комментариев нет