Немилые сердцу награды

Нелля Карабашева, 
Черкесск

Жизнь Сейджан Будьяновны складывалась нелегко. На ее долю выпало не одно тяжелое испытание: война, депортация, потеря близких, детей, одиночество. Но Сейджан не озлобилась, не впала в отчаянье. Она часто улыбается, любит пошутить, много читает и старается быть в курсе всех событий, происходящих в мире.

А потом была война

Родилась Сейджан в 1922 году в ауле Карт-Джурт. Ей еще не было и двух лет, когда умерла мать. Воспитанием девочки занимались бабушки, потом тетки. Доучившись до восьмого класса в родном ауле, Сейджан оказалась в Москве. Туда ее забрал старший брат Азрет, получивший к тому времени два высших образования и работавший следователем в уголовном розыске Москвы. 

Когда началась Отечественная война, Сейджан работала на овощной фабрике. На второй день войны на фронт забрали брата. Он хорошо владел немецким, а это было так необходимо в застигнутой врасплох Советской армии. Вскоре и сама Сейджан вместе с другими молодыми девушками, работавшими на фабрике, была призвана в ряды вооруженных сил. Ей было тогда всего девятнадцать… Зенитно-артиллерийский полк, в который попала Сейджан, стоял на обороне Москвы. Их задача была не пускать самолеты противника в город. Пулеметные установки ставили на крышах высоких зданий, церквах. В метель, дождь, днем и ночью, пулеметчицы не покидали своих постов, отгоняя фашистские самолеты. "Помню, как однажды бомбили госпиталь, потом сельхозвыстаки. Казалось, что вся Москва горит", - вспоминает Сейджан. Но всем смертям вопреки, люди выстояли.

"У нас все было там строго. Если увидят, что ты с парнем стоишь, или его или тебя тут же на фронт отправят, чтобы не повадно было. Помню, что письма писали фронтовикам, они отвечали. Это нас немного отвлекало от всего. Знаешь, не знаешь, возьмешь адрес и пишешь" - рассказывает Сейджан. 

В феврале 1945 года произошло событие, которое даже сейчас, спустя время, Сейджан Будьяновна не может вспоминать спокойно. Это боль, которая так и не успокоилась в ее сердце. Сейджан за три месяца до Великой Победы сняли со службы и "выгнали", как она сама выражается с фронта. "Меня вызвали в командование и говорят: "Ты из какой республики приехала? Мы даем вам 24 часа, чтобы покинуть Москву" И уже на следующий день, она, вместе с другими, такими же "врагами государства", защищавшими и умиравшими за это государство, была отправлена в долгую ссылку. Военный эшелон привез Сейджан в казахские степи. В Алма-Ате, где Сейджан суждено было начинать жизнь сызнова, у нее не было ни родни, ни знакомых. "Изгнание" и первое время жизни в чужом, неизвестном городе, по признанию нашей героини, стали "самыми страшными" в ее жизни. Даже там, на крыше, обороняя небо Москвы от вражеских самолетов, Сейджан не было так тяжело, как в те дни, когда ей приказали исчезнуть из Москвы. Поселившись на квартире, Сейджан Абайханова стала, согласно порядку, на учет в комендатуру. По вечерам, после изматывающей смены на военном заводе по изготовлению торпед, она посещала курсы счетовода, а потом бухгалтерские курсы. И через несколько лет стала бухгалтером.   

Все началось с мороженого

"С мужем мне повезло, - признается Сейджан, но он из-за меня много пострадал… Он работал по соседству, кабинет был через стенку. Наши коллективы общались. Однажды я предложила всем: "Как только получим премиальные, давайте сходим в кафе" Меня поддержали. И вот мы всей компанией пошли в кафе. Я в шутку сказала, что могу съесть целый килограмм мороженого. До этого я полкило свободно ела, как сейчас помню. Доела я все-таки этот килограмм. Правда, отогревать меня чаем пришлось. Иван Бойко, (мой будущий муж) после кафе вызвался меня проводить. Начали встречаться. Говорили, что если муж будет русский, то в комендатуру не нужно будет ходить. Да и полюбила я его очень, красивый он был, порядочный, добрый"  
Сейджан не отпугнуло, что Иван сам воспитывал двоих детей от первого брака. Они поженились и прожили бок о бок четверть века. 

Смерть сначала дочери, потом мужа стала очередным испытанием в жизни Сейджан.

Возвращение

Прошло время, которое, как говорят, лечит душу, лечит, но никогда не вылечивает. Оно лишь притупляет боль потерь. Сейджан, после долгих лет на чужбине, которая стала для нее почти родной, вернулась в Карачаево-Черкесию. Больше десяти лет она живет в Черкесске. В Алма-Ате у Сейджан Будьяновны остались друзья, которых, по ее словам, ей очень не хватает. На встречу с ними она уже мало рассчитывает - после недавней болезни ей тяжело будет перенести  дорогу, да и племянницы, которые живут неподалеку, вряд ли ее отпустят.
"У меня хорошие соседи, такие же старики, как я. Мы собираемся вместе, общаемся. Каждый вечер сидим на лавочке. Еще у меня есть любимчик - маленький Эмиль. Он живет по соседству. Не имея своих детей и внуков, я очень привязалась к этому мальчугану".

В квартире Сейджан Будьяровны чисто и уютно. Она гостеприимно встретила меня и предупредила, что не отпустит, пока не угостит "чем-нибудь вкусненьким".

Предварительно договариваясь о встречи, я попросила Сейджан Будьяновну надеть все свои многочисленные награды, среди которых орден Отечественной войны 2-ой степени, медали к юбилеям Великой Победы, и медали за доблестный труд. Нужно было сделать фото. Сейджан Будьяновна же шокировала меня своим заявлением: "А я ни разу не надевала их, и на парады не ходила. Мне обидно, что со мной так поступили, не дали дослужить до Победы, хотя там три месяца оставалось… Несправедливо это".
 
В простых словах пожилой женщины было все: от обиды молоденькой девушки, пожертвовавшей своей молодостью за свою страну - страну, которая "отблагодарила" тем, что выслала ее нив чем неповинный народ на голодную смерть, до возмущения и боли зрелого человека осознавшего всю чудовищную несправедливость государства, допущенного им по отношению к ее народу.