Расширенный поиск
28 Февраля  2017 года
Логин: Регистрация
Пароль: Забыли пароль?
  • Джаным-тиним – окъуу, билим.
  • Чакъырылмагъан къонакъ къачан кетерин сормаз.
  • Аманнга да, игиге да оноусуз къатышма.
  • Эки итни арасына сюек атма, эки адамны арасында сёз чыгъарма.
  • Эринчекни эр алмаз, эр алса да, кёл салмаз, кёл салса да, кёб бармаз!
  • Гырджын – тепсини тамадасы.
  • Оюмсуз атлагъан, аджалсыз ёлюр.
  • «Ма», - дегенни билмесенг, «бер», - дегенни билмезсе.
  • Къонагъынгы артмагъын алма да, алгъышын ал.
  • Эринчекге кюн узун.
  • Босагъа таш юйге кирмей эди, тыбыр таш эшикге чыкъмай эди.
  • Татлы сёз – балдан татлы.
  • Билмегенинги, билгеннге сор.
  • Термилгенинги табмазса, кюлгенинге тюберсе.
  • Аджашханны ызындагъы кёреди, джангылгъанны джанындагъы биледи.
  • Айныгъанлы алты кюн, тогъайгъанлы тогъуз кюн.
  • Керек ташны ауурлугъу джокъ.
  • Ач – эснер, ат – кишнер.
  • Юйюнгден чыкъдынг – кюнюнгден чыкъдынг.
  • Халкъны джырын джырласанг, халкъ санга эжиу этер.
  • Ана къолу ачытмаз.
  • Хар сёзню орну барды.
  • Къайгъы тюбю – тенгиз.
  • Ёлюр джаннга, ёкюл джокъ.
  • Эли джокъну – кёлю джокъ.
  • Джыланны къуйругъундан басарынг келсе, аны башы болгъанын унутма.
  • Чалманны аллы къалай башланса, арты да алай барады.
  • Алим болгъандан эсе, адам болгъан къыйынды.
  • Ач да бол, токъ да бол – намысынга бек бол.
  • Аманнга алтын чыдамаз.
  • Ойнай билмеген, уруб къачар.
  • Хата – гитчеден.
  • Джетген къыз джерли эшекни танымаз.
  • Телиге акъыл салгъандан эсе, ёлгеннге джан салырса.
  • Уясында не кёрсе, учханында аны этер.
  • Сабий кёргенин унутмаз.
  • Кирсизни – саны таза, халалны – къаны таза.
  • Тёрени джагъы джокъ.
  • Джеринден айырылгъан – джети джылар, джуртундан айырылгъан – ёлгюнчю джылар.
  • Игини сыйлагъан адетди.
  • Мал кёб болса, джууукъ кёб болур.
  • Бети бедерден, намыс сакълама.
  • Къарт айтханны этмеген, къартаймаз.
  • Эллинг бла джау болсанг да, юйюнг бла джау болма.
  • Джюрекге ариу – кёзге да ариу.
  • Аман эсирсе, юйюн ояр.
  • Джолда аягъынга сакъ бол, ушакъда тилинге сакъ бол.
  • Ата – билек, ана – джюрек!
  • Баш болса, бёрк табылыр.
  • Огъурлуну сёзю – суу, огъурсузну сёзю – уу.

Карачаево-балкарские пословицы и поговорки о животных

03.09.2003 0 9559

К.Л. Салпагарова

 

<...>Пословицы и поговорки по-карачаево-балкарски называются "нарт сёзле", что в переводе на русский означает "нартские слова" (или  "мудрые слова"), а поговорки - "нарт айтыу" ("высказывание нарта" или "нартское высказывание").

Отношение народа к пословицам и поговоркам отражено в многочисленных карачаево-балкарских паремиях: "Нарт сёз тилге джан салыр" ("Нартское слово языку дает душу"), "Нарт сёз - сёзню билеги, тилни тиеги" ("Нартское слово - опора речи, клавиша языка"), "Нарт сёз - сёзню анасы, нарт сёз - сёзню къаласы" ("Слово нарта - мать слова, слова нарта - крепость речи") и т. д.

Пословицы и поговорки о животных составляют довольно обширный пласт в  паремиологическом фонде карачаево-балкарского фольклора и отличаются большим тематическим разнообразием. <…>

В горах условия жизни никогда не были легкими. Суровые климатические условия, изнурительная борьба за выживание, тяжелый труд требовали большой выносливости и оптимизма от горцев. И это нашло свое выражение в пословицах и поговорках карачаевцев и балкарцев: "Мал, сени этинги ашамай, кесини этин ашатмаз" ("Животное не даст поесть своего мяса, пока не съест твоего мяса", т. е. пока не замучает); "Малчы малчы болса, мал мал болмай къалмаз" ("Будет пастух / хорошим / пастухом, будет животное / хорошим / животным").

В пословицах и поговорках о животных высмеивается лень, неумение вести хозяйство, незнание природы и повадок  животных, небрежное отношение к  живности: "Осал тууарчыны ийнеклери сютсюз болур, осал къойчуну кютген къою тюксюз болур" ("У плохого пастуха - коровы без молока, овцы - без шерсти"), "Аман малчы даулашыучу болур" ("Плохой скотовод любит спорить"), "Осал малчыны къайнатхан эти бишмез" ("У плохого пастуха мясо не сварится"), "Осал малчы къойгъа барса - ёлю кибик, къошха келсе - бёрю кибик" ("Плохой пастух идет за стадом - как труп, придет на кош - как волк"), "Осал малчы кюн тийгинчи уянмаз, уянса да, къобуб малын джаялмаз" ("Плохой пастух до восхода солнца не проснется, а если и проснется, не может встать и вывести скот пастись").

Многие пословицы и поговорки направлены против праздности, безделия, лени, неумения трудиться: "Ийнек сауа билмегеннге арбаз къынгыр кёрюнюр" ("Тому, кто не умеет доить коров, двор кажется неровным"), "Иши болмагъан итлени суугъа элтир" ("Не имеющий дела ведет к водопою собак"), "Аман къойчу къойларын бёрюге къырдырыр" ("Овец плохого пастуха волк задерет"). Умеющий же хорошо трудиться получает соответствующую оценку, восхваляются его расторопность, умение, знания: "Иги малчыны тёрт кёзю болур" ("У хорошего чабана четыре глаза"), "Иги джылкъычыны миннген аты бек чабар" ("У хорошего табунщика конь скачет быстрей").

Отсутствие чувства ответственности трактуется в пословицах как корень зла и источник всевозможных бедствий: "Сюрюучю кеб болса, къой харам ёлюр" ("Если пастухов будет много, овца подохнет харам", т. е. подохнет от голода, ее и зарезать некому).

Некоторые пословицы и поговорки содержат в себе конкретные практические советы: "Джюз атынг болса да, тик энишге минме, бир атынг болса да, тик ёргеде тюшме" ("Если имеешь даже сто лошадей, не садись, направляясь по склону вниз, если имеешь даже одну лошадь, не слезай, направляясь вверх"), "Къойну сатсанг, джел кюн сат" ("Продаешь овцу - продай в ветреный день"), "Айюден къачсанг, кёнделен къач" ("Убегай от медведя наискосок") и др. В этих императивных napемиях воплощен житейский опыт людей, хорошо знающих местность и ее обитателей.  Жители гор хорошо знают, что спускаться по крутому склону на лошади опасно: трудно удержать равновесие, можно свалиться, погубить лошадь и себя. Поэтому надо спешиться, взять лошадь под уздцы и спуститься осторожно, помогая лошади. Смысл второй поговорки заключается в том, что в ветреный день овца пушиста, и покупатель имеет больше возможности по достоинству оценить качество шерсти, что очень важно для людей, занимающихся домашним ткачеством, вязанием, изготовлением бурок, войлоков и пр. Третья поговорка содержит напоминание, что при передвижении по кручам и склонам медведь ловко бегает вверх и вниз, а по диагонали - теряет свою ловкость, четкость пространственной ориентации и скорость бега.

Пословицы и поговорки всегда были эффективным средством воспитания. Образные, легко запоминающиеся, они всегда несли в себе большой этический и эстетический заряд: "Атны игиси - чарсда" ("Лучший из коней - на скачках"), гласит пословица о социальной активности достойного человека, о его гордости и достоинстве.

В пословицах и поговорках о животных беспощадно высмеиваются трусость, лживость, двуличие, легкомыслие, притворство и другие отрицательные черты характера. Таковы, например, паремии: "Къызбай ит арбазында батыр болур" ("Трусливая собака в своем дворе смелая"), "Къызбай ит орнундан юрюр" ("Трусливая собака с места лает"), "Къоркъакъ ит джашыртын къабар" ("Трусливая собака кусает тайком"), "Тюлкю къайры барса, къуйругъу да ары барыр" ("Куда лиса, туда и ее хвост"). Отсутствие благоразумия, чувства реальности предается осмеянию: "Чычхан тешигине кеси киралмай эди да ызындан да бир такъмакъ тагъа эди" ("Мышь сама не умещалась в норке, еще груз за собой волочила") и др.
Карачаевцы и балкарцы, их предки всегда с большим презрением относились к хвастовству, невоздержанности, к попыткам демонстрировать грубую силу, к безответственности и безрассудству: "Джукълагъан асланны уятма" ("Спящего льва не буди"), "Орнундан чыкъгъан итни бёрю ашар" ("Собаку, не знающую своего места, задерет волк"), "Джукълайды деб, джыланны башын басма" ("Не наступай на голову змеи, думая, что она спит"), "Оюмсуз айланнган агъазны башы хунада къалыр" ("Голова ласки, шныряющей безрассудно, останется меж камней забора") и др.

Некоторые пословицы содержат в себе представления народа о гордости и чувстве собственного достоинства: "Ит ийисгеген сууну аслан ичмез" ("Воду, которую нюхала собака, лев не станет пить"), "Аслан ач да тюлкю токъ" ("Лев голоден, да лиса сыта").

Несмотря на тяжелые условия жизни, горцы всегда отличались оптимизмом, глубокой верой в добро и справедливость, что придавало им силы и поддерживало в их нелегкой жизни: "Ёлмез эчкиге бир чырпы баш чыгъады" ("Если козе суждено жить, то на каком-либо кустике появятся листочки"), гласит пословица. Но залогом победы является активное начало, присущее личности, и понимание этого зафиксировано в пословице: "Къаплан секирсе - бугъоу керилир" ("Если тигр прыгнет - цепь разойдется"). Пословицы вовсе не утверждают, что человеку само по себе, без труда может быть обеспечено безоблачное существование, наоборот, человек должен быть подготовленным к тому, чтобы преодолевать трудности: "Чегет бёрюсюз болмаз" ("Лес без волка не бывает").

В горах особенно важное значение имели дружба, товарищество, умение делить радости и горести соплеменников, умение уживаться. Пословицы подвергают резкой критике неуживчивость, эгоизм, индивидуализм: "Эки макъа бир джалпакъгъа сыйынмаз" ("Две лягушки на одном плоскогорье не умещаются"), "Эшикли чычхан юйлю чычханны къыстай эди" ("Дворовая мышь выгоняла домашнюю мышь", т е. выпроваживала из дома). В пословице: "Ит биченнге джата эди да кеси ди ашамай эди, малгъа да ашатмай эди" ("Собака ложилась на сено и сама не ела, и скотине есть не давала") говорится о жадности и эгоизме.
Таким образом, тематический диапазон карачаево-балкарских пословиц и поговорок о животных необычайно широк, и приведенные здесь примеры составляют лишь его малую часть.
Пословицы и поговорки очень живучи. Своей необычайной долговечностью они обязаны не только своей смысловой ёмкости, но и своей высокохудожественной оформленности. А она достигается, как правило, различными средствами, как лексическими, так и стилистическими.
Все элементы паремий подчиняются их главной задаче - раскрыть мысль полнее, точнее и ярче, таким образом достичь концентрации мысли, выявления смысла сказанного.  В этом смысле карачаево-балкарские пословицы и поговорки о  животных могут быть примером архикраткости и отсутствия аморфности. Например: "Артыкъ ёгюзча" ("Как лишний вол"), "Aт чабса, ит чабар" ("Конь поскачет - собака залает"), "Maкъа да кирген кёлюм терен болсун дейди" ("И лягушка хочет, чтобы ее лужа была глубокой").

Типизация явлений - неотъемлемое свойство пословиц и поговорок. При типизации наиболее существенные черты и свойства субъекта выдвигаются на передний план: "Бир ёгюзню кючюнден минг ёгюз суу ичер" ("Благодаря одному волу тысяча волов напьются воды"), "Бугъаны кючю - бойнунда" ("Сила быка - в его шее"), "Джатхан бёрю - токъ болмаз" ("Лежачий волк сытым не будет").

В первой пословице ясно выражена мысль о значимости, роли каждой личности для многих других, следовательно, об общественной значимости каждого человека. Во второй - мысль о том, что каждый силен по-своему, следовательно, каждое существо, каждая личность индивидуальна, каждый проявляет себя в соответствии со своими достоинствами и пороками, и с этим необходимо считаться. В третьей пословице выражена мысль о том, что все достигается трудом, даже таким ловким существом, как волк, и отступление от этого - неестественное состояние для живых, в том числе и для человека. <…>

Изучение карачаево-балкарских "фауновых" паремий, т.е. паремий о животных, показывает, что их изобилие в фольклоре - явление не случайное. Использование названий животных в паремиях основано, с одной стороны, на знании их характерных особенностей, свойств и повадок. Например, изречение: "Айюден къачсанг, кёнделен къач" ("Убегай от медведя по склону наискосок") содержит не только мысль о том, что медведь в силу своей неуклюжести и грузности не способен бежать наискосок по склону и догнать преследуемого, хотя это тоже очень важный и конкретный совет в условиях гор. Ведь не каждый может догадаться, что при беге вверх и вниз медведь проявляет достаточное проворство и развивает довольно высокую скорость. В изречении речь идет прежде всего о том, что для того, чтобы добиться победы или успеха, надо знать, с кем имеешь дело, в чем его сила и слабость, достоинства и пороки, что только знание объективной реальности дает возможность правильно рассчитать свои силы и действовать эффективно и правильно. <…>

Сходство образов  животных персонажей сказок и паремий - не случайное явление. Многие образы животных, особенно ведущие, видимо, в глубокую старину, перешли из сказок в пословицы и поговорки в виде "готовых моделей",- образов, свободных от пространных первоначальных контекстов, удобных для разговорной речи своей краткостью и обобщающей смысловой силой, художественной образностью паремий. И, возможно являлись архикраткими сказками, сгустками сказок.

В этом убеждает и существование целого ряда промежуточных явлений типа: "Эчки уругъа тюшгенинде, бёрюге "къарнашым!" - дей эди" ("Когда коза упала в яму, сказала волку: "Брат мой!"), "Къапчыкъны башы ачыкъ тургъанлай, тюбюн тешген къайсыгъызсыз?" - дегенди киштик чычханлагъа" ("Когда мешок (кожаный) и так открыт сверху, кто же из вас продырявил его снизу? - сказала кошка мышкам"), "Егюз, джаргъа джууукъ барма, манга джюк боласа!" - дегенди эшек" ("Вол, ко рву близко не подходи, не то станешь мне грузом!" сказал осел"). Это - архикраткие сказки о животных, сжатые почти до уровня паремий. Они бытуют в народе чаще всего самостоятельно, отдельно от начальной части сказки. Возможно, что приобретение такой самостоятельности частей сказок когда-то и давало пословицы и поговорки. Последние два образования являются фрагментами и поныне бытующих в народе сказок "Киштик бла чычханла" ("Кот и мыши"), "Ёгюз бла эшек" ("Вол и осел"). В сказке "Киштик бла чычханла" повествуется о том, что постаревшая кошка уже не могла ловить мьшей и объявила, что теперь она осознала свою вину перед мышами, очень сожалеет о своей былой вражде с ними и решила извиниться перед мышами, помириться. Обрадованные молодые мыши собрались к ней. Но одна старая мышка заявила: "Eсли знакомые мне усы все еще при кошке, то ничего хорошею она вам не сделает! Не ходите!" Но молодые мыши не послушали ее и пошли. Кошка закрыла дверь, перекрыла другие пути к отступлению и сказала свою ставшую афоризмом знаменитую фразу об открытом мешке и мышиной безнравственности, после чего все серое племя любителей продырявливать мешки было уничтожено. Слова мудрой старой мыши из этой сказки о кошке и ее усах также стали афоризмом и бытуют самостоятельно, и недаром они и им подобные афоризмы включены в сборники вместе с пословицами и поговорками. <…>

Сказки, с детства окружая людей, укрепили в их сознании определенные устойчивые образы животных, ставших как бы носителями определенной нравственности и типа поведения.
Трансплантация готовых моделей образов дала мощный импульс к возникновению многообразных и многочисленных паремий о животных. В результате в настоящее время пантеон  животных персонажей карачаево-балкарской паремиологии гораздо богаче и шире, чем сказочный. Пословичный и поговорочный фольклор "усеян" яркими, многогранными образами животных, зверей, птиц и тварей, которых не встречаем в сказках.

Продолжение

(Фольклор народов Карачаево-Черкессии. (сб-к научных трудов) Черкесск, 1991)

(Голосов: 3, Рейтинг: 4.33)

  • Нравится

Комментариев нет