Расширенный поиск
24 Февраля  2018 года
Логин: Регистрация
Пароль: Забыли пароль?
  • Ата Джуртуму башы болмасам да, босагъасында ташы болайым.
  • Ёлген аслан – сау чычхан.
  • Нёгер болсанг, тенг бол, тенг болмасанг, кенг бол.
  • Адам къаллай бир ишленмесе, аллай бир кесин уллу кёреди.
  • Арбаз къынгырды да, ийнек сауалмайма.
  • Суу кетер, таш къалыр.
  • Окъдан джара эртде-кеч болса да бителир, сёз джара, ёмюрге къалыр.
  • Билген билмегенни юретген адетди.
  • Кёб ашасанг, татыуу чыкъмаз, кёб сёлешсенг, магъанасы чыкъмаз.
  • Кёб къычыргъандан – къоркъма, тынч олтургъандан – къоркъ.
  • Ачылгъан эт джабылыр, кёрген кёз унутмаз.
  • Сангырау къулакъ эл бузар.
  • Билим къая тешер.
  • Билмезни кёзю кёрмез, этмезни къулагъы эшитмез.
  • Къазанны башы ачыкъ болса, итге уят керекди.
  • Кёбню кёрген – кёб билир.
  • Ишге юренсин къоллары, халкъ бла болсун джоллары.
  • Баш болса, бёрк табылыр.
  • Эркишиге тары кебек танг кёрюнюр.
  • Этек чакъмакълары баш джаргъан, сёлешген сёзлери таш джаргъан.
  • Олтуруб кёрюнмей эди да, ёрге туруб кёрюне эди.
  • Сескекли кесин билдирир.
  • Ётюрюкню башын керти кесер.
  • Билмейме деген – бир сёз
  • Рысхы – насыбха къор.
  • Элде адам къалмаса, ит тахтагъа минер.
  • Къарыусузгъа кюлме, онгсузгъа тийме.
  • «Ёгюз, джаргъа джууукъ барма, меннге джюк боллукъса», - дегенди эшек.
  • Мени джылытмагъан кюн, меннге тиймесин!
  • Ашда уялгъан – мухар, ишде уялгъан – хомух.
  • Къызын тута билмеген, тул этер, джашын тута билмеген, къул этер.
  • Хазыр ашха – терен къашыкъ.
  • Билим насыб берир, билим джолну керир.
  • Aдам боллукъ, сыфатындан белгили.
  • Чабакъ башындан чирийди.
  • Адеб джокъда, намыс джокъ.
  • Чабакъсыз кёлге къармакъ салгъанлыкъгъа, чабакъ тутмазса.
  • Аууз сакълагъан – джан сакълар.
  • Ана къойну – балагъа джандет.
  • Адам къыйынлыгъын кёлтюрюр, зауукълугъун кёлтюрмез.
  • Тил – кесген бычакъ, сёз – атылгъан окъ.
  • Эм ашхы къайын ана мамукъ бла башынгы тешер.
  • Ашхы болсанг, атынг чыгъар, аман болсанг, джанынг чыгъар.
  • Алма терегинден кери кетмез.
  • Ауругъанны сау билмез, ач къарынны токъ билмез.
  • Кюлме джашха – келир башха.
  • Джолунга кёре – джюрюшюнг, джагъанга кёре – юлюшюнг.
  • Ашын ашагъанынгы, башын да сыйла.
  • Арба аугъандан сора, джол кёргюзтюучю кёб болур.
  • Тёрени джагъы джокъ.

Путешествие по Сванетии и Карачаю (Часть II)

30.07.2017 0 412
- Ким-дур? 
- Конак, конак, - ответил я. 

Дверь открыли, и меня встретила пожилая няня Отара. Я еле стоял на ногах. Мои товарищи, думаю, были не в лучшем состоянии. После этого я ничего не помню. Как мне потом сказали, я упал без чувств. Очнулся я с чувством ужасной боли, полопались сосуды как с задней стороны ноги, так и всей нижней части ног, горят страшно. В течение двух недель няня Отара ходила за мной и выходила. Спрашивает меня:

- Что с тобой приключилось, что привело тебя сюда зимой, в чем нуждаешься?

- Из Исысу, - отвечаю я, - пришел, из Кисловодска.

- Тогда что у тебя с ногами? А, гяур, - шутя, спрашивает меня няня, - врешь, лукавишь, урус фуади – изменник шаха, - бунтовщик ты.

«Няня, Отар олм, сен, менм, келаген бирадамга айтма. Нечедесун башна саке³ (жизнью Отара заклинаю, не говори никому о моем приходе, так как сам боюсь)» - когда придешь в Аланию, так скажи им, научил меня Гела (мой двоюродный брат - Дадешкелиани), эти аланские слова я записал, так как не очень владел карачаевским. Он же похож на татарский. У няни я провел с 16 марта до того, как зажили ноги. И Спиридон невольно свыкся с тамошней жизнью. По правде говоря, за нами очень хорошо следили и ухаживали. Представьте, не ушел от нас и старый Михай, пока не довел нас в селение Бахсан, к двоюродному брату моей матери Наврузу Урузбиеву. 

Мурза же через неделю вернулся в Сванетию. Здесь студент пятого курса Московского университета Навруз Урузбиев оказал нам особое уважение, он предоставил нам прекрасную, хорошую квартиру в гостевом доме, в котором была размещена отличная библиотека – книги на русском, немецком, французском языках, вся подшивка газет и журналов за 1904-1905 гг., газеты «Пятигорск» известного лидера пятигорских революционеров, доктора Горбунова. Читая эту газету, мы удивлялись, куда исчезла та вера в победу революции, тот восторг, которым было охвачено, так сказать, большинство населения? Все намеченное ей. 

Реакция охватила сердце народа и заняла его место. Спиридону такая жизнь вскоре наскучила, и он поделился со мной своим желанием вернуться в Кутаиси, а оттуда отправиться в Европу для завершения образования. Я также подчинился его намерению. Сейчас было необходимо на лошадях добраться до станции «Невинномысская», откуда через Баку легко можно было перебраться в Тифлис, но где деньги! Мы и так были многим обязаны Наврузу Урузбиеву, и никак не смогли бы попросить у него денег на поездку. Поэтому было решено, что Спиридон отправится назад тем же путем, которым мы пришли, – через Бечо. Я же решил продолжить свою нелегальную жизнь здесь в надежде на то, что в ближайшее время вспыхнет новая революция, так как, попади я в руки властей в то время, ничего хорошего мне это не обещало, так как я имел сведения о том, что я был внесен в список «проскрипции», т.е. был приговорен к смерти (заочно смертная казнь). 



19 апреля я и Спиридон, со слезами на глазах, расстались. Он, готовый отправиться в направлении Тифлис-Кутаиси, я же – в направлении Кубанской области, в Большой Карачай, к Исмаилу Кырым Шамхали, который жил в Теберде. Навруз отправил со мной одного верного человека, имени которого я не помню, посадил меня на хорошего мегрельского коня, и мы вдвоем, 19 апреля, по дороге через селение Крдук, отправились к Бал-Баши (так по-карачаевски называется гора у верховья реки Малки). Всю ночь мы бродили в этих горах и на рассвете пришли к шатру одного пастуха, который на карачаевском называется «кош». Здесь мы отдохнули, накормили лошадей сеном и напоили водой, поспали. Около полудня меня разбудил хозяин, был готов обед – вкуснейшие бараньи ребрышки, жареные, политые мацони. Мацони у него было таким, хоть ножом режь, как говорится. Пообедав, мы снова отправились в путь, и к полуночи перешли Малку, разделяющую Терскую и Кубанскую области. Ехали всю ночь, весь следующий день. Вечером на загнанных лошадях, изможденные сами, мы добрались до одного богатого пастуха, у которого, как рассказывал мой попутчик, было около десяти тысяч голов баранов, помимо табунов лошадей и коровьих стад. Светало, когда два тетерева, сев на большой камень, начали биться и кудахтать. Я взял обоих на мушку своего двуствольного ружья «Маузер» и выстрелил: один упал замертво, второй – был ранен в крыло.

Хозяин был очень доволен нашим приходом, однако более его заинтересовала моя винтовка «Бенелли». Всю ночь он провел, рассматривая её, и несколько раз просил вынуть из чехла. 

Ночь мы провели в большой пещере, схожую с которой я никогда не видел. Гостеприимство алана-пастуха было щедрым: он заколол для нас огромного барана, угостил лицмари (лыцмар), мы выпили бузу, сра, айран. Выяснилось, что этот карачаевец из рода Хаджилар, был сыном няни моей матери. Когда он узнал о том, что я – сын Даумхан, очень обрадовался, обнял меня. На второй день, узнав о моих неприятностях, он долго просил меня остаться у него. Не думай, я, мои друзья сложим ради тебя головы, с тобой ничего не случится, но я отказался. Когда мы собрались в путь, смотрим, он шлет к нам двух посланцев, дарит 200 рублей, одного прекрасного коня и просит оставить ему моё ружье. Тогда я понял, почему так рьяно хозяин приглашал меня остаться. Но даже если бы я хотел этого всем сердцем, как бы я мог это сделать? Я извинился и отказался оставить ружье. Как я мог оставить свое оружие, когда на него возлагал надежды во время своих скитаний? 

Я и мой спутник попрощались с хозяином и отправились в путь к селению «Карт-Джурт». По пути нам встретились шесть стражников, русских казаков верхом на лошадях. Они направлялись к нам. Мы уже должны были спуститься вниз, нас разделяла небольшая речка и ущелье. Я раньше увидел их бинокль, убедился в том, что это были стражники. Мы с моим спутником нашли удобное место и устроили засаду, лошадей спустили в овраг и привязали, подпустили стражников поближе. Оба взвели курки, когда те приблизились к нам на расстояние ста шагов, мы велели им поднять руки вверх, если он не хотят смерти, что они тотчас исполнили. Ружья их были свешены, так с поднятыми руками, не дав им оглянуться, мы проводили их и, когда они удалились на достаточное расстояние, мы сели на лошадей и продолжили путь. Они настолько были напуганы, что не пустились за нами в погоню. 

Мы ехали всю ночь и на рассвете подошли к серебропереобрабатывающему заводу у истоков Кубани. Там я увидел огромных птиц, похожих на индюков. Я хотел поохотиться, но они и близко меня не подпустили, настолько были осторожны. Мы отдохнули у одного пастуха, накормили коней, поспали. Затем поели и продолжили путь.

_______________________

³"Няня, Отар ёлмесин, мени келгеними бир адамгъа айтма. Не ючюн десенг, башыма сакъ" (?)

Бегеулов Р.М. Новые материалы из Грузии // Известия КНИИ им. А.И. Батчаева. Вып. 12. Черкесск, 2017. С. 4-21.

(Голосов: 2, Рейтинг: 4.5)

  • Нравится

Комментариев нет