Расширенный поиск
18 Февраля  2018 года
Логин: Регистрация
Пароль: Забыли пароль?
  • Намысы джокъну – дуниясы джокъ.
  • Акъыллы эркиши атын махтар, акъылсыз эркиши къатынын махтар.
  • Аджалсыз ёлюм болмаз.
  • Иши джокъну, сыйы джокъ.
  • Бети къызарыучу адамны, джюреги харам болмаз.
  • Джарлы джети элни сёзюн этер.
  • Мен да «сен», дейме, сен да «кесим», дейсе.
  • Башынга джетмегенни сорма.
  • Таш бла ургъанны, аш бла ур.
  • Окъдан джара эртде-кеч болса да бителир, сёз джара, ёмюрге къалыр.
  • Джыланны къуйругъундан басарынг келсе, аны башы болгъанын унутма.
  • Адамны аманы адамны бети бла ойнар.
  • Ач, тоймам, дейди, тойгъан, ач болмам, дейди.
  • Хатерли къул болур.
  • Ач къарным, тынч къулагъым.
  • Къатыны харакетли болса, эри къымсыз болур.
  • Болджал ишни бёрю ашар.
  • Ач да бол, токъ да бол – намысынга бек бол.
  • Ауругъан – джашаудан умутчу.
  • Къонагъынгы артмагъын алма да, алгъышын ал.
  • Иги сёз – джаннга азыкъ, аман сёз башха – къазыкъ.
  • Къайгъыны сюйген, къайгъы табар.
  • Ана къойну – балагъа джандет.
  • Ёлген эшек бёрюден къоркъмайды.
  • Джырына кёре эжиую.
  • Иги бла джюрюсенг, джетерсе муратынга, аман бла джюрюсенг, къалырса уятха.
  • Керти сёзге тёре джокъ.
  • Джюрек кёзден алгъа кёрюр.
  • Адам боллукъ, атламындан белгили болур.
  • Баш – акъыл ючюн, акъылман – халкъ ючюн.
  • Эл элде бирер малынг болгъандан эсе, бирер тенгинг болсун.
  • Окъуу – билимни ачхычы, окъуу – дунияны бачхычы.
  • Къар – келтирди, суу – элтди.
  • Кёкдеги болмаса, джердегин кёрмейди.
  • Этни да ашады, бетни да ашады.
  • Айтхан – тынч, этген – къыйын.
  • Бир онгсуз адам адет чыгъарды, деб эштирик тюлсе.
  • Бек ашыкъгъан меннге джетсин, дегенди аракъы.
  • Ач бёрюге мекям джокъ.
  • Биреуню тёрюнден, кесинги эшик артынг игиди.
  • Чомарт бергенин айтмаз.
  • Ат басханны джер билед.
  • Терслик кетер, тюзлюк джетер.
  • Адамгъа аман кюн соруб келмейди.
  • Аман хансны – урлугъу кёб.
  • Биреу къой излей, биреу той излей.
  • Таула не мийик болсала да, аууш табылыр.
  • Ёлмесенг да, къарт дамы болмазса?
  • Къарыусузгъа кюлме, онгсузгъа тийме.
  • Тенги кёбню джау алмаз, акъылы кёбню дау алмаз.

«Только, пожалуйста, пусть будет поскромнее...»

09.02.2009 0 1215

Фатима Магулаева,
Ставрополь

Во дворе Ставропольского госуниверситета рядом со старыми тополями и самой современной на Кавказе студенческой библиотекой стоит старинный двухэтажный особняк. Здесь, в небольшой квартире с высокими потолками, хранятся главные ценности профессора В.П. Невской - редкие книги, рукописи, документы, награды. Среди них - Орден Трудового Красного Знамени, медали "За трудовую доблесть", "За доблестный труд", "За долголетний доблестный труд" и простая новогодняя открытка со словами: "Помните, что в любом карачаевском доме Вы - желанный член семьи, родной и близкий человек..."

Золотой век человечества

"Хвалить, превозносить будете? Прочту в газете, и представится: присутствую на собственных поминках... Давайте побеседуем, но прошу: без славословия!"*

Первые уроки истории будущий профессор Валя Скворцова получила не в школе - дома, слушая удивительные рассказы мамы о древних царствах и великих правителях. "Моя мама, окончившая гимназию, обучалась в ней языкам, а уж историю знала не хуже, чем нынешний выпускник с университетским дипломом. Особенно древнюю историю, мифы - первые знания, очень обширные, я от нее получила... А в школе мы учились по бригадному методу. Формировалась группа человек в восемь - один бригадир сдавал за всех все предметы. Остальных он должен был подготовить сам. Потом внедрялся другой метод: по всем предметам проходили одну и ту же тему. У нас в школе завели курятник, и моей обязанностью было ухаживать за его обитателями. Во время любого урока я поднимала руку и говорила: "Мне нужно кормить кур". Меня тут же с пониманием отпускали. На уроках биологии мы изучали кур, по математике решали задачи тоже про них. Истории как таковой вообще не было, потом ее ввели, но начиналась она почему-то с английской революции. Двадцатый век тяжелый, жестокий - ломки, войны, революции..."

Доктор наук, автор десятков монографий и статей, Валентина Невская никогда не обращалась к истории "тяжелого и жестокого" века, наступившего в России после 1917 года. Писала про другое: "Про пятый век - золотой век человечества. Или про девятнадцатый - век расцвета нравственности и духовности".

Сначала - после войны, эвакуации, работы на Ташкентском хлопковом заводе - в жизни Валентины Павловны наступил век пятый. Послевоенная разруха, голод и диссертация на тему "Византий в классический и эллинистический периоды" - так начиналась мирная жизнь аспирантки Московского госпединститута Валентины Невской.

В 1953 году в издательстве Академии наук СССР вышла одноименная книга исследовательницы. Работа вызвала большой интерес в антиковедении: отзывы на книгу вышли в австрийском и французском исторических журналах; монографию перевели на немецкий язык, в сокращенном виде поместили в японском журнале "Шихо". Но к тому времени специалист по античности Валентина Невская по личным обстоятельствам уехала из Москвы на Северный Кавказ, лишилась возможности изучать "золотой век", и начала преподавать древнюю историю в учительском институте Черкесска.

В маленькую горскую область Валентина Павловна привезла небольшой багаж: книги, выписки из архивов, статьи, диплом кандидата наук и бережно хранимую семейную реликвию - старинные карманные часы с монограммой на крышке "Честному воину Павлу Михайловичу Скворцову от ВЦИК. 1919 год. Самара". "Эту почетную награду получил мой отец - красный командир - из рук Михаила Васильевича Фрунзе. Родилась я в тот грозовой год в походной фронтовой обстановке..." Часы с монограммой - все, что осталось на память об отце - работнике Внешторга СССР, арестованном вместе с матерью за "шпионаж в пользу иностранных разведок" в феврале 1937-го и расстрелянном в том же году. Наверное, есть какая непостижимая и неизбежная логика в том, что 20 лет спустя, в 1957-м, дочь репрессированного командира начала писать историю репрессированного народа, став для него "желанным членом семьи, родным и близким человеком".

Драгоценная история

Четверть века в тихих залах библиотек и архивов коренная москвичка, которую назовет своей дочерью целый народ, по крупицам собирала летопись истории Карачая, канувшего в небытие ноябрьским утром 1943-го. "Когда я приехала в Черкесск, народ Карачаево-Черкесии не имел даже учебника истории своей автономии, не было создано и ее концепции. Были книги, но в 30-е годы их изъяли из библиотек, а авторов репрессировали. Поэтому приходилось работать почти на голом месте..."

Мерно тикали часы на стене, покашливал за соседним столиком пожилой профессор, строгий архивариус бесшумно подвозил на тележке архивные документы из хранилища - донесения чиновников, рапорты офицеров, жалобы крестьян, отчеты приставов и начальников области, без которых было не создать концепции и не написать учебника для народа, обретшего право на имя и историю после многолетнего изгнания.

В свете электрических ламп оживали дела минувших лет, наступал XIX век - время расцвета нравственности и духовности, и специалисту по истории Византийского царства Валентине Невской открывалась новая жизнь - жизнь аулов, спрятанных высоко в горах, где южные ветры иссушали почву, а весенние заморозки и осенние холода губили всходы и дозревающие хлеба. Где люди, добывая трудный хлеб, очищали от камней каждый клочок земли, окружали каменным забором и приносили в тяжелых корзинах навоз. Где мужчины круглый год проводили на кошах, спускаясь в аулы только, чтобы заготовить на зиму корм и дрова, остричь овец и отвезти на осеннюю ярмарку в Баталпашинск овчины, сукно, породистых лошадей и барашков с пудовыми курдюками. Где женщины валяли бурки, пекли в золе очага лепешки из ячменной муки, сбивали в бурдюках масло и расшивали серебряными нитями нагрудники нарядных платьев...

Чтобы воссоздать историю горского народа, Валентине Павловне пришлось объездить архивы и библиотеки десятка городов. Маршрут ученого лежал через Москву, Ленинград, Тбилиси, Владикавказ, Нальчик, Майкоп, Краснодар, Ростов, Ставрополь... А еще - Хурзук, Карт-Джурт, Карачаевск, Учкекен, Сары-Тюз... "Другой, полевой материал приходилось собирать в аулах - карачаевские я почти все объехала. И, знаете, меня всегда трогало чуть ли не благоговейное отношение этого народа к своей истории. В некоторых карачаевских домах хранились бумаги, где от руки были записаны основные исторические события. Их хранили, как драгоценность. Интерес простых людей к своей истории очень большой. В одном ауле однажды ко мне подошел старик и сказал: "Вы в городе живете, купите мне книжку, вот на бумаге название". Это была моя книжка..."

Результатом многолетней работы Валентины Невской в архивах и горских аулах стали монографии "Карачай в XIX в. (Дореформенный период)", "Карачай в пореформенный период", "Аграрный вопрос в Карачаево-Черкесии в эпоху империализма". В 1967 году в свет вышел двухтомник "Очерки истории Карачаево-Черкесии", в первой книге которого Невская выступила как автор нескольких глав и ответственный редактор. "Что может быть дороже для историка, чем постоянное общение с живой памятью народа, встречи и долгие, долгие беседы с почтенными и мудрыми горцами! Солидное двухтомное издание "Очерков истории Карачаево-Черкесии", подготовленное большой группой историков и экономистов, было бы просто немыслимо без драгоценных фактов, которыми одарили нас столетние Локман Эбзеев из Карачаевска, Казбот Эбзеев из Джаги, Чонай Чичханчиев из Мары, Курманбий Бердиев из Учкекена..."

"Наша бабушка"

13 июня 1966 года в "Ставропольской правде" была напечатана короткая заметка от собкора из Черкесска: "Работник Карачаево-Черкесского научно-исследовательского института истории, языка и литературы Валентина Павловна Невская - неутомимый пропагандист истории Северного Кавказа. Труды кандидата исторических наук В. Невской, посвященные Карачаю, отличаются глубиной исследования, насыщены интересными фактами. Многолетняя работа легла в основу докторской диссертации "Карачай в XIX веке. Эволюция аграрного строя и сельской общины". Диссертация защищалась в Ростовском государственном университете и получила высокую оценку. В. Невской первой в области присвоено звание доктора исторических наук".

"На защите докторской диссертации, оппонент обратился ко мне и сказал: "Это не только научный, но и моральный подвиг: суметь так вникнуть в жизнь другого народа". Я благодарна была за такую высокую оценку моего труда, которому посвятила столько лет. Однако признание простых людей Карачаево-Черкесии для меня еще дороже, ни с какими наградами не сравнится. На Новый год вот получила поздравительную открытку из тех мест. Так приятно было читать, что каждая карачаевская семья считает меня своей родственницей. А когда в газете написали, что мне нужно выкупить за валюту свой диплом и книгу о Кембриджском биографическом центре, то одна карачаевская фирма предложила взять на себя эти расходы".

Книга, которую профессор Невская должна была выкупить в одном из старейших университетских центров Европы, называлась "Кто есть кто". На страницы этого ежегодника в 1993 году было внесено имя Валентины Павловны, выбранной по решению Кембриджского международного центра Женщиной года и награжденной "Медалью века". В письме, пришедшем в старинный особняк на задворки Ставропольского пединститута из Объединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии, говорилось: "Международный биографический центр Кембриджа с удовольствием подтверждает Ваше избрание женщиной 1993 года. Эта престижная награда присуждается путем провозглашения, дается только индивидуальностям, чьи достижения, лидерство являются выдающимися в международном сообществе". "Ну какое лидерство? Нет у меня никакого лидерства в мировом сообществе... Я сама не знаю, почему именно меня выбрали в Кембридже "Женщиной года". Случайность, очевидно: надо же кого-то выбирать... Ничего особенного я не сделала в жизни... Ну, троих детей вырастила..."

1 февраля Валентины Павловны не стало. Но все, что она оставила после себя, имеет продолжение: два сына, дочь, три внучки, пять правнуков; 40 лет научной и преподавательской деятельности; 70 научных работ и целая плеяда учеников - кандидатов и докторов наук, в студенческие годы называвших ее "нашей бабушкой" и сочинявших такие стишки:

Рассказывает лекции, как сказки,
На всех хватает бабушкиной ласки,
Читает речь Тутанхамона вескую
Нам Валентина Павловна Невская...

P.S. Когда в 1994 году профессору Невской сообщили, что к выпуску готовится библиографический очерк о ней, Валентина Павловна написала редактору брошюры С. Дудареву: "Спасибо Вам за желание написать обо мне в серии "Российские исследователи Кавказа". В недавнем интервью я сказала: "Для меня важнее всего признание народа". И это действительно так! Только, пожалуйста, пусть будет поскромнее..."

* В статье использованы фрагменты интервью В.П. Невской: Госданкер В. Негасимый пламень // Ставропольская правда, 1972 - 8 марта. Денежная М. Для меня важнее признание своего народа // Вечерний Ставрополь, 1994. - №18. Коркина Т. Высота профессора Невской // Кавказский край, 1994. - № 14. Чечулина Н. Дар не случайный, не напрасный // Ставропольская правда, 1994. - № 44.

(Нет голосов)

  • Нравится

Комментариев нет