Расширенный поиск
8 Декабря  2016 года
Логин: Регистрация
Пароль: Забыли пароль?
  • Ким бла джюрюсенг, аны кёзю бла кёрюнюрсе.
  • Эри аманны, къатыны – аман.
  • Акъыллы эркиши атын махтар, акъылсыз эркиши къатынын махтар.
  • Хар сёзню орну барды.
  • Илму – джашауну джолу.
  • Кёзню ачылгъаны – иги, ауузну джабылгъаны – иги.
  • Айтханы чапыракъдан ётмеген.
  • Къарт айтханны этмеген, къартаймаз.
  • Аш берме да, къаш бер.
  • Ата Джуртуму башы болмасам да, босагъасында ташы болайым.
  • Келгинчи, къонакъ уялыр, келгенден сора, къонакъбай уялыр.
  • Экиндини кеч къылсанг, чабыб джетер ашхам.
  • Билим ат болуб да чабар, къуш болуб да учар.
  • Джырчы ёлсе, джыры къалыр.
  • Тюзлюк шохлукъну бегитир.
  • Сабий кёргенин унутмаз.
  • Тойгъа барсанг, тоюб бар, эски тонунгу къоюб бар.
  • Кеси юйюмде мен да ханма.
  • Билимден уллу байлыкъ джокъду.
  • Эки къатын алгъан – эки ташны ортасына башын салгъан.
  • Ат басханны джер билед.
  • Таугъа чыгъаллыкъ эсенг, тюзде къалма.
  • Бир онгсуз адам адет чыгъарды, деб эштирик тюлсе.
  • Тилчиден кери бол.
  • Байны къызы баймакъ болса да, юйде къалмаз!
  • Ашлыкъны арба юйге келтирир, чана базаргъа элтир.
  • Халкъгъа джарагъан, джарлы къалмаз.
  • Атлыны ашхысы, ат тизгининден билинир
  • Биреуню тёрюнден, кесинги эшик артынг игиди.
  • Тик ёргени, тик энгишгеси да болады.
  • Татлы тилде – сёз ариу, чемер къолда – иш ариу.
  • Мен да «сен», дейме, сен да «кесим», дейсе.
  • Кийимни бир кюнню аясанг, минг кюннге джарар.
  • Эллинг бла джау болсанг да, юйюнг бла джау болма.
  • Таула не мийик болсала да, аууш табылыр.
  • Элиб деген, элге болушур.
  • Булут кёкге джарашыу, уят бетге джарашыу.
  • Кёб джат да, бек чаб.
  • Юйюнг бла джау болгъандан эсе, элинг бла джау бол.
  • Къыйынлы джети элге оноу этер.
  • Ойнай билмеген, оюн бузар.
  • Байлыкъдан саулукъ ашхыды.
  • Башсыз урчукъ тюзюне айланмаз.
  • Байдан умут эте, джарлыдан ёгюз багъасы къорады.
  • Кёкдеги болмаса, джердегин кёрмейди.
  • Эли джокъну – кёлю джокъ.
  • Билгенни къолу къарны джандырыр.
  • Билим насыб берир, билим джолну керир.
  • Ауругъан – джашаудан умутчу.
  • Эм уллу байлыкъ – джан саулукъ.

«Я – мусульманка, мать, жена, сестра...»

14.09.2006 0 2557

Мне сердце дарит новые стихи,
Я чувствую, как чудо происходит,
А зависть и наветы - пустяки,
Они пройдут, как серый дождь проходит.
И не страшна любая мне гроза,
Уже и мяла жизнь меня и била.
Я об одном молюсь, - чтобы глаза
Ни с кем при встрече я не отводила.

Л.Балагова "Дар сердца"

Я знаю Любу 17 лет, и за эти годы она совсем не изменилась. Она училась в МГУ, меняла работы, выходила замуж, защищала диссертацию, рожала детей, переезжала, искала себя, но никогда не переставала писать. И ценность ее творчества растет день ото дня, потому что пишет она на родном - кабардинском языке.

То, что Люба - гений, было понятно с первого же сборника ее стихов. Оказалось, что эти сильные и необычные образы, эта красота слога и стиля, это глубокое проникновение в человеческие чувства и отношения вышли из-под юношеского пера.

Первый поэтический сборник Любы Балаговой "Къудамэ закъуэ" ("Одинокая ветка") вышел в Нальчике в 1992 году. К этому времени Люба уже закончила факультет журналистики МГУ им.Ломоносова, но писала она их гораздо раньше, еще со школы. Книжка пролежала долгие годы в издательстве, наверное, потому что у молодой девушки не было пробивных возможностей, необходимого блата или какой-то поддержки, а может просто не пришло ее время.

Люба говорила, что к моменту выхода сборника она уже "выросла" из этих стихов. Тем не менее, они уже тогда были недетскими. Поэзия Любы, многогранная и разносторонняя, вместила в себя и любовную и философскую лирику, тему поэта и поэзии, иториии своего народа и ностальгии.

Вторая книга "Мывэ сэрей" ("Каменная ограда") увидела свет в 1997 году. Еще через несколько лет появилась "Дыгъэм и гъуэгу" ("Дорога солнца"), а также сборник стихов "Молюсь я на адыгском языке...", который могут полюбить и русскоязычные читатели благодаря талантливому переводу Игоря Ляпина.
Многие произведения этого сборника написаны в эмиграции, в Иордании, и в них сквозит тоска по родине. Вот, например, отрывок из стихотворения "Голубая ель":

Ель голубая, - ты моя сестра,
И по истории... И по судьбе...
О как тоска по родине остра!
Не мне о ней рассказывать тебе!...
Ты служишь украшением земли
Тебе чужой. И разве не обидно,
Что родина твоя в такой дали,
Что век смотри - и все равно не видно.
В твоей голубизне не счесть седин,
Нет, мы судьбу не выбираем сами...
Давай с тобой молча посидим,
И родина в душе, а значит, с нами.

В 2005 году вышла новая книга - роман-поэма "Гуащэнэ" - рассказывающая историю жизни кабардинской княжны Марии Темрюковны, жены русского царя Иоанна Грозного. Изучив архивные материалы той эпохи, Люба предлагает читателю свою поэтическую интерпретацию любви молодой кабардинки и властного правителя Руси, новую картину взаимоотношений русского и кабардинского народов. По мнению Любы Балаговой, многие историки неправомерно рисуют Марию необразованной и своенравной дикаркой, напротив, в ее произведении - это духовная, цельная натура, обладающая сильной волей, позволившей совсем юной кабардинке добиться уважения русского царя и его окружения. Роман-поэма основана на исторических фактах, ее герои - реальные личности: русский царь Иоанн Грозный, его жена Мария, ее брат Солтан, митрополит Макарий, Михаил Черкасский, Александр Адашев, Андрей Курбский и другие.

Книга написана на кабардинском языке и продается в магазинах Нальчика. А всем, кто не может внимать красивому литературному языку Любы Балаговой и Марии Идаровой, остается ждать перевода на русский и художественного фильма, который уже в проекте. Сценарий фильма, рабочее название которого "Иван и Мария", написал по поэме Любы Балаговой ее муж Мухадин Кандур, интересный и разносторонне талантливый человек, адыг, родом из Иордании, автор известного романа-трилогии "Кавказ", многих классических музыкальных произведений, а также режиссер и сценарист.

Люба и Мухадин - не просто прекрасная адыгская семейная пара, но и творческий дуэт. Она была переводчиком романа Кандура "Легенда", а также они работали в тандеме над фильмом "Потерянная в Чечне", который был выдвинут на кинопремию "Золотой орел". Режиссером, автором сценария и музыки к фильму стал Мухадин Кандур, Люба взяла на себя продюсирование "Потерянной в Чечне". Это ее первый опыт в качестве продюсера, и она ни о чем не жалеет. Работа, по словам Любы, была трудной, но интересной, а приобретенный опыт в жизни еще пригодится.

- Многие авторы обращаются к бессмертному образу Марии. А что побудило тебя? Неравнодушие к своему родному народу и родному языку?

- Это произведение для меня очень ценно. Я вложила в него много бессонных ночей, сомнений и веры. Мне со студенческих лет безумно хотелось понять кабардинку, ставшую русской царицей. Ее мысли, чувства... Ее тоску по матери, которую она уже никогда больше не увидела. Мне хотелось понять, что двигало главным князем Кабарды Темрюком Идаровым, ее отцом, когда он принимал решение породниться с русским народом. Было ведь много других путей. Но дело даже не в этом. Мне было трудно соглашаться с российскими историками, которые искажали характер Марии, издевались над ее памятью. Мой ум в течение пятнадцати лет занимал только ее образ. Зная хорошо историю адыгского народа, его законы и обычаи, невозможно было мириться с грандиозной ложью, которую создавали вокруг Марии. И памятник в центре Нальчика так непохож на настоящий образ адыгской аристократки. Спустя много лет я поняла, что пишу сложное, историческое по характеру и поэтическое по жанру произведение.

- Смогут ли прочитать твой роман-поэму иностранные читатели?

- Да, конечно. Книгу переводят на русский и английский языки довольно сильные поэты. Я не буду называть пока их имена. Более того, в Англии я уже нашла издательство, которое готово опубликовать мою поэму. И, надеюсь, в скором времени и в Москве найдется достойное издательство.

- Расскажи, как проходит подготовка к съемкам фильма?

- Этот проект только набирает обороты. Сценарий к фильму написали известные авторы М.Кандур и Р.Лазэр. У любой работы есть своя судьба. В фильме мои герои оживут и обретут звучание. Надеюсь, что мое видение картины совпадет с режиссерским.

- До этого ты написала поэму "Сатинай", которую неоднозначно приняли литературные круги КБР, с чем это связано?

- Это поэма о легендарной женщине, которая, по адыгской мифологии, родила Сосруко, нарта, принесшего огонь своему народу. Я развила образ Сатинай, может, даже расшифровала код ее сущности. В моей поэме она является как мать адыгов, и все беды, происходящие с ее детьми, она пропускает через себя. И погибает в конце от рук своих же детей. Для меня это истина: адыги разрушают сами себя, предавая свой язык, литературу, историю, культуру... Это касается, конечно, не всех, но части моих соотечественников, живущих в Кабардино-Балкарии и не читающих на кабардинском.

Композитор Мухадин Кандур написал квартет и трио к поэме "Сатинай". Они были исполнены в Малом Зале Московской консерватории в день моего рождения в 1999 году. Я очень люблю эту музыку, она мне напоминает саму историю написания поэмы.

- Ты живешь за границей. Ностальгию испытываешь?

- Наверное, можно сказать, что я живу в Лондоне, потому что у нас там дом, хозяйство, и большую часть года я провожу там. Но в то же самое время я живу еще в трех других странах, и привязана к ним навсегда. Это Испания, где у нас дом под Малагой на берегу моря. Это Иордания, где большая черкесская диаспора, а мой муж - выходец из этой диаспоры. И Россия. Нальчик, Кабардино-Балкария, где я родилась, и, конечно, мой любимый город - Москва, где я училась, стала тем, кто я есть, и откуда уехала в поисках себя и своей участи. Я принадлежу ко всем вышеназванным странам. Но живя за границей, я о себе поняла одну серьезную вещь: я - действительно кабардинский поэт и неизменно пишу стихи и прозу на родном языке.

- Твое стихотворение "Я - мусульманка" было написано задолго до трагических событий в Нальчике 13 октября. Это обычное поэтическое пророчество?

- Я никогда не думала, что своей родной стране я могу стать неинтересна только потому, что я кабардинка, лицо кавказской национальности, "враг народа", да еще и немодной веры. Я читала это стихотворение в странах Европы и Ближнего Востока, видела понимание и поддержку. Эти стихи были опубликованы и в газете "Российский писатель", а оттуда перепечатаны и в другие российские СМИ, и меня это делает очень счастливой. Я не могу спокойно взирать, когда разрушаются взаимоотношения русского и северокавказских народов. Не могу смириться, что народ, давший миру Михаила Лермонтова, может быть антикавказским... Я хочу, чтобы москвичи имели возможность прочитать меня, несмотря на все ужасы, которые им внушают обо мне, потому что я кабардинка, кавказка, мусульманка... Пусть заглянут мне в душу.

- Какие адыги в Иордании? Похожи они на нас?

- Я очень люблю эту страну. Мое представление о себе самой изменилось здесь. Я впервые ощутила то, что в какой-то мере утеряно на Северном Кавказе: гордость и великое достоинство, которые несет в себе каждый иорданский адыг, будь то стар или млад. В каждом адыгском доме здесь хранятся семейные реликвии - вещи, вывезенные двести лет назад эмигрантами. Седла, кинжалы, черкески, женские пояса - одним словом, детали адыгской культуры, символизирующие родину. Они сохранили музыку, пословицы, поговорки, мифологию, фольклор. Они забрали с собой гордость и достоинство адыга. Местные черкесы занимают высокие посты при короле Иордании еще со времен создания королевства, и это, по-видимому, поддерживает их веру в себя как в нацию. Читая стихи перед иорданской аудиторией, я всякий раз испытываю особое наслаждение, потому что они любят адыгскую поэзию, понимают ее и гордятся ею.

В настоящий момент Люба Балагова воспитывает двух сыновей, пишет новую книгу с условным названием "Возвращение" и является главным редактором международного альманаха "ЩIэплъыпIэ" ("Горизонт").

Интервью записала Мума Будищева

(Нет голосов)

  • Нравится

Комментариев нет