Расширенный поиск
22 Марта  2019 года
Логин: Регистрация
Пароль: Забыли пароль?
  • Азыкъ аз болса, эртде орун сал.
  • Иги сеники эсе да, сюйген кесимикин этеме.
  • Къумурсхала джыйылсала, пилни да джыгъадыла.
  • Билим ат болуб да чабар, къуш болуб да учар.
  • «Ёгюз, джаргъа джууукъ барма, меннге джюк боллукъса», - дегенди эшек.
  • Сёз – кюмюш, джыр – алтын.
  • Адам къаллай бир ишленмесе, аллай бир кесин уллу кёреди.
  • Таш ата билмеген, башына урур.
  • Ата – баланы уясы.
  • Джол бла сёзню къыйыры джокъ.
  • Къан бла кирген, джан бла чыгъар.
  • Адеб этмеген, адеб кёрмез.
  • Башынга джетмегенни сорма.
  • Ана къолу ачытмаз.
  • Суу кетер, таш къалыр.
  • Босагъагъа джууукъ орун болса, ашыгъыб тёрге озма.
  • Къарт бла баш аша, джаш бла аякъ аша.
  • Ёмюрлюк шохлукъну джел элтмез.
  • Тешигини къатында, чычхан да батыр болур.
  • Эркишини аманы тиширыуну джылатыр.
  • Джахил болса анасы, не билликди баласы?
  • Этни бети бла шорпасы.
  • Аллахдан тилесенг, кёб тиле.
  • Ашарыкъда сайлагъаннга – чий гырджын.
  • Гугурук къычырмаса да, тангны атары къалмаз.
  • Кесинге джетмегенни, кёб сёлешме.
  • Мал ёлсе, сюек къалыр, адам ёлсе, иши къалыр.
  • Мухарны эси – ашарыкъда.
  • Къонагъынгы артмагъын алма да, алгъышын ал.
  • Къонакъ болсанг, ийнакъ бол.
  • Къарт болгъан джерде, берекет болур, сабий болгъан джерде, оюн болур.
  • Окъуусуз билим – джокъ, билимсиз кюнюнг – джокъ.
  • Ауругъан – джашаудан умутчу.
  • Къызгъанчдан ычхыныр, мухардан ычхынмаз.
  • Тёгюлген тюгел джыйылмайды.
  • Къонакъ хазыр болгъанлыкъгъа, къонакъбай хазыр тюлдю.
  • Иесиз малны бёрю ашар.
  • Къралынгы – душмандан, башынгы от бла суудан сакъла.
  • Аз сёлешген, къайгъысыз турур.
  • Эл ауузу – элек, анга ийнаннган – халек.
  • Ач, тоймам, дейди, тойгъан, ач болмам, дейди.
  • Акъыллы башны – тили къысха.
  • Суу ичген шауданынга тюкюрме.
  • Джаханимни кёрмей, джандетге кёл салмазса.
  • Адам къыйынлыгъын кёлтюрюр, зауукълугъун кёлтюрмез.
  • Кирсизни – саны таза, халалны – къаны таза.
  • Дуния малгъа сатылма, кесингден телиге къатылма.
  • Эли джокъну – кёлю джокъ.
  • Ёнгкюч къууана барыр, джылай келир.
  • Къыйынлы джети элге оноу этер.

За наградой... под конвоем

25.09.2006 0 2037

Магомед Салпагаров,
заслуженный журналист КЧР


"0н довел суточные привесы молодняка крупного рогатого скота до 911 граммов". Это единственная фраза в научном труде историка Рамазана Тебуева, посвященная Тильмеку Семенову, получившему в 1947 году орден Ленина.

Конечно же, при всем желании ученый не смог бы в одной книге подробно рассказать о трудовых подвигах этого народа в условиях полного бесправия, о десятках карачаевцев, которые героически трудились в тех нечеловеческих условиях, но не для славы, а чтобы прокормить своих детей, младших братьев и сестер. Так трудился и участник войны Тильмек Шамаевич Семенов, у которого была большая семья.

По натуре своей он был человеком необычно добрым, мягкосер­дечным. Может, это потому, что Тильмек в восемь лет потерял мать, Рахиму? Правда, сиротой он не рос, о нем, как о собственном сыне, заботилась тетя Гытды. Отец женился второй раз и увез сына в Учкулан, откуда он сам был родом. Но Тильмек там прожил всего пять лет и вернулся в Верхнюю Теберду к тете, дядям, двоюродным братьям и сестрам. Асланбий, Мусос и Хусеин Салпагаровы очень любили сво­его племянника-первенца и в полном смысле слова на руках носили. Но при этом учили его труду, тяжелому, каждодневному.

Уже будучи стариком, Тильмек вспоминал, как летом на коше его будил на заре дядя и отправлял пасти овец, завернув в башлык небольшой кусок брынзы и кукурузную лепешку. И четырнадцатилетний мальчик в любую погоду с утра до вечера ходил за животными. Асланбий научил пле­мянника мудрой "методике" пастьбы овец: в первой, половине дня их нужно было держать на солнечной стороне горного склона, а после обеда - на теневой, и при этом всегда стоять перед отарой, тогда животные хорошо поедали зеленую сочную траву.

В этом же возрасте Тильмеку вручили косу, и подросток наравне с взрослыми участвовал в заготовке сена. При хорошей погоде работа­ли весь день с коротким перерывом на обед. По словам дяди, Тильмеку полагалось есть стоя на коленках. Почему? Асланбий ему объяснил, что, если он сядет на время обеденной трапезы, то ему захочется еще и полежать. А нужно было работать, используя каждый погожий час.

В 1932 году всех согнали в колхозы. Их в Верхней Теберде было три. Тильмек к этому времени уже женатый на односельчанке Абидат и имевший двух дочерей - Хаджар и Хаби, был назначен учетчиком колхоза имени Ленина. Обязанности свои Семенов испол­нял добросовестно, работал с людьми очень деликатно, ни на кого не повышал голоса, все вопросы по мере возможности решал спра­ведливо. И через пять лет его избрали председателем колхоза. За это время его семья пополнилась тремя сыновьями Рамазаном, Мухамматом и Шамбулатом. Потом родились Иммолат и Назияхан.

Колхоз имени Ленина к началу войны считался одним из лучших в Учкуланском районе. На фронт председатель Семенов ушел сразу же вместе с лучшими чабанами и скотниками. Правда, долго воевать ему не пришлось. При бомбежке передовой его тяжело ранило, к тому же взрывной волной Тильмека отбросило на край траншеи и сломало ногу. После двух месяцев в госпитале его отправили до­мой для полного излечения. А тут немцы оккупировали Северный Кавказ. Председателю колхоза и фронтовику при­шлось прятаться на дальнем коше вместе с девятилетним сыном Рамазаном.

Прошло полгода оккупации. Тильмек пошел в Микоян-Шахар /Ка­рачаевок/ и попросил, чтобы его отправили на фронт. Его и еще десять парней с сопроводительными письмами отправили в Ростов. Однако после прохождения медицинской комиссии Семенова посчитали непригодным для боевых действий. Изучив его документы, полковник пожал ему руку и со словами "Восстанавливай колхоз. Там от тебя больше будет пользы", отправил домой.

Тильмек с головой окунулся в работу. Почти полностью собрал колхозный скот, который, при немцах, был роздан аульчанам. Несколько раз проводил собрания, призывал всех работать для фронта, для победы. И люди трудились на совесть. Посадили картофель, посеяли кукурузу, капусту, морковь, лук и на основном землепользова­нии, и на, так называемых, прирезках в Усть-Джегутинском районе. С фронта приходили солдатские письма: треугольники и… "похоронки". То в одном, то в другом доме слышен был плач женщин, детей. А второго ноября 1943 года запричитал, заголосил весь карачаевский народ: рано утром вооруженные солдаты и офицеры ворвались в дома, гром­кими криками разбудили спящих детей и женщин и приказали собирать­ся. На сборы давалось полтора часа. Когда Тильмек Семенов сказал офицеру НКВД, что нужно по акту сдать колхозное добро, тот ему грубо ответил:
- То, что не успел украсть ты, растащат другие.
И действительно, еще не успели погрузить в машины плачущих женщин и детей, а по домам уже шныряли какие-то незнакомые люди, опустошали сундуки и шкафы, забирая все ценное. В сараях мычали коровы, скулили все понимающие собаки.

15 суток пути в холодных вагонах для скота. Только на третьи сутки раскрыли на остановке двери и разрешили набрать воды. Умерших оставляли рядом с путями. Семеновых и их соседей привез­ли в село Садовое на севере Киргизии, где в основном жили русские. Большую семью Тильмека подселили к женщине с детьми, Ольге Митиной, которая делилась с переселенцами всем, что имела. Подоит корову и дает всем детям но стакану молока, обращаясь к их матери с такими словами: " Абидат, надо спасать младших, стар­шие смогут выжить". Но не выжили, умерли от голода два сына Тильмека и дочь Ольги - Зоя.

Семенова сразу же увезли на строи­тельство Большого Чуйского канала. От непосильного труда и голо­да многие переселенцы, в том числе и подростки, там умерли. Тильмек выжил.
Председатель местного колхоза потом назначил его заведующим племенной фермой. Через полтора года, когда с войны вернулись муж и сын Ольги, семья Тильмека купила небольшой домик рядом с усадьбой Митиных, и они продолжали жить как одна большая семья.

На работе Семенову очень пригодился опыт, приобретенный на Кавказе: он и Алексей, муж Ольги, пасли колхозных бычков, осенью кормили их ботвой сахарной свеклы, жомом, жмыхом. Пред­седатель колхоза не скупился на корма, так как знал, что хозяй­ство получит немалые деньги, реализуя быков на племя. Несколько раз из района приезжала комиссия, чтобы перенять опыт работы Семенова и заодно проверить достоверность результатов. По итогам работы за 1947 год Семенова Тильмека Шамаевича наградили орденом Ленина, Алексея Митина - орденом "Знак Почета". Торжественное вручение состоялось в городе Фрунзе, и было приурочено к 30-летию Ок­тябрьской революции. Чтобы поехать в город, нужно было получить у коменданта пропуск, но его на месте не оказалось. А помощник коменданта хоть и мог наказать каждого взрослого карачаевца за самовольный выезд за пределы района, но вот выписать пропуск не имел права. Не мог этого сделать и первый секретарь РК ВКП /б/, но выход он все же нашел: отправил Тильмека Семенова под ... кон­воем.

На следующий день в село приехала легковая машина и остано­вилась возле дома Тильмека. Из нее вышел Магомед Семенов, отец генерала армии Владимира, мальчику тогда было семь лет. Семенов привез жирного барашка на курманлык. Состоялся большой праздник на который собрались все карачаевцы, жившие в селе Садовом. Впервые за четыре года люди по-настоящему радовались. Даже орга­низовали той! Больше всех, конечно, были рады Митины. Ольга да­же попыталась потанцевать по-карачаевски. Но веселье быстро закончилось. Пришел помощник коменданта, положил руку на гармонь и громко сказал: - Кончайте танцульки! Приехал комендант, идите расписываться!
- Лучше бы вместо ордена дали разрешение ездить куда хочешь и быть свободным, - ответил на это Тильмек.
- Ничего, потерпи, брат, придет и это время. Будем и мы рав­ными среди равных, как все, - успокоил его Магомед Семенов.
Так и случилось. Только для этого понадобилось еще долгих десять лет...

Эту удивительную историю мне рассказал сын покойного Тильмека 73-летний Рамазан, который вместе с родителями, братьями и сестрами перенес в начале своей жизни все тяготы переселения.

(Нет голосов)

  • Нравится

Комментариев нет