Расширенный поиск
3 Декабря  2016 года
Логин: Регистрация
Пароль: Забыли пароль?
  • Биреуню эскиси биреуге джангы болмайды.
  • Джюрекге ариу – кёзге да ариу.
  • Аякъларынгы джууургъанынга кёре узат.
  • Къонакъ хазыр болгъанлыкъгъа, къонакъбай хазыр тюлдю.
  • Намысы джокъну – дуниясы джокъ.
  • Орундукъ тюбюнде атылсам да, орта джиликме, де да айлан.
  • Тойгъан джерден туугъан джер игиди.
  • Ургъан суудан башынгы сакъла.
  • Насыблы элин сюер, насыбсыз кесин сюер.
  • Аман адам этегингден тутса, кес да къач.
  • Ашхы сёз таш тешер.
  • Онгсузну – джакъла, тенгликни – сакъла.
  • От этилмеген джерден тютюн чыкъмайды.
  • Адебни адебсизден юрен.
  • Ишни аллы бла къууанма да, арты бла къууан.
  • Ёлюр джаннга, ёкюл джокъ.
  • Айныгъанлы алты кюн, тогъайгъанлы тогъуз кюн.
  • Кеси юйюмде мен да ханма.
  • Ариу сёз джыланны орнундан чыгъарыр.
  • Уллу къазанда бишген эт, чий къалмаз.
  • Къошда джокъгъа – юлюш джокъ.
  • Хар сёзню орну барды.
  • Тыш элде солтан болгъандан эсе, кесинги элде олтан болгъан игиди!
  • Кёрмегеннге кебек – танг, битмегеннге сакъал – танг.
  • Иги – алгъыш этер, аман – къаргъыш этер.
  • Байлыкъдан саулукъ ашхыды.
  • Адамны адамлыгъы къыйынлыкъда айгъакъланады.
  • Иги болса, тамадама – махтау, аман болса, меннге – айыб.
  • Ёзденликни кёбю ётюрюк.
  • Аллахха ийнаннган кишини, Аллах онгдурур ишин.
  • Кёл – къызбай, къол – батыр.
  • Къартха ушагъан джаш – акъыллы, джашха ушагъан къарт – тели.
  • Бойнуму джети джерден кессенг да, мен ол ишни этеллик тюлме.
  • Биреу къой излей, биреу той излей.
  • Биреуге аманлыкъны тилеме да, кесинге ашхылыкъны тиле.
  • Халкъны джырын джырласанг, халкъ санга эжиу этер.
  • Соргъан айыб тюлдю, билмеген айыбды.
  • Адамны аты башхача, акъылы да башхады.
  • Адеби болмагъан къыз – тузсуз хант.
  • Киштикге къанат битсе, чыпчыкъ къалмаз эди.
  • Айтхан сёзюне табылгъан.
  • Аджаллыгъа окъсуз шкок атылыр.
  • Ёпкелегенни ашы татлы болады.
  • Эл бла кёргенинг эрелей.
  • Бети – къучакълар, джюреги – бычакълар.
  • Ёнгкюч къууана барыр, джылай келир.
  • Адам къаллай бир ишленмесе, аллай бир кесин уллу кёреди.
  • Ата – баланы уясы.
  • Юйюнгден чыкъдынг – кюнюнгден чыкъдынг.
  • Аманнга да, игиге да оноусуз къатышма.

По чести и совести

23.12.2015 0 977  Накохов М.
Предчувствие наступающей поздней осени в трех аулах Большого Карачая – Хурзуке, Учкулане и Карт -Джурте – ощущается, как правило, очень рано. Еще вчера, кажется, ласково светило и обогревало землю солнце, обещая впереди теплые дни, а сегодня уже приходится доставать зимнюю одежду и во всеоружии готовиться к первому снегу. Такой уж здесь климат: непредсказуемый и суровый. Под стать ему и коренные жители: сильные, выносливые, терпеливые, стоически и молча умеющие переносить трудности, не сетуя на судьбу. Готовые всегда прийти друг другу на помощь, поддержать, искренне обрадоваться радости соседа или разделить с ним невосполнимую потерю. Эти правила и составляют свод не писанного никем закона гор. Донельзя мудрого, как сама жизнь.

Именно в одном из этих аулов – Учкулане 90 лет назад родился Азрет-Али Шахым-Гериевич Шаманов, которому выпало в жизни перенести немало трудностей и невзгод. И не потерять себя на трудных жизненных дорогах. Семья была многодетной: две сестры и три брата. Едва ему исполнилось шесть лет, внезапно умер отец, в самом расцвете жизненных сил. На руках матери пятеро еще несмышленых детей. Впору растеряться, опустить руки, замкнуться. Но до чего же была сильной Шахи Ажгериевна, сумевшая взять себя в руки и одновременно настроить детей на ежедневную борьбу за право жить на земле! А другого варианта и не представлялось. Надеяться приходилось только на себя. Каждое утро, какая бы не стояла погода, маленький, очень быстро повзрослевший Азрет-Али гнал личный и общественный скот на расположенное за аулом пастбище. За пазухой испеченная матерью с утра лепешка и кусок домашнего сыра – весь дневной рацион. Возвращался уже в сумерках, уставший, измотанный, мечтая лишь слегка перекусить и забыться сладким сном. На разговоры с матерью, братьями и сестрами не было сил. Нужда заставляла делать все молча и также молча переносить трудности. Все мысли были только о хлебе насущном. Время было нелегкое. В горах триумфально утверждалась советская власть, менялись давно принятые стереотипы мышления и образа жизни. Азрет-Али мечтал во что бы то ни стало получить образование. И когда, не поставив в известность мать, он переступил порог местной школы, та испугалась, что лишается помощника, и жить станет еще тяжелее. Но сын успокоил мать, рационально распределив свое время так, что первую половину дня он посещал школу, а вторую полностью посвящал себя хозяйственным делам: заменял братьев на пастбище, таскал воду, ходил в лес собирать дрова…В школе более всего ему давалась математика. Не последнюю роль в этом сыграл учитель от Бога Мудалиф Кёккёзович Батчаев, личность овеянная легендами. Блестяще закончив в конце 20-х годов Московский государственный университет, Мудалиф Кёккёзович возвращается на родину и до конца своих дней посвящает всего себя без остатка благородному делу просвещения своих земляков. Трудно сосчитать скольким из них он помог встать на ноги, обрести в себе силы, получить достойное образование и стать полезным своему отчему краю. В сонме его достойных учеников значится и имя не менее достойного сына карачаевского народа Азрет-Али Шахым-Гериевича Шаманова


Азрет-Али и Медиха Шамановы

При всех трудностях, школьные годы протекали почти незаметно. Азрет-Али учился с азартом и неослабеваемым любопытством. Он не мог позволить себе ни одну оценку, кроме «отлично». Молва о грамотности и образованности сына Шахым-Герия Шаманова быстро облетела не только Учкулан, но другие аулы Большого Карачая. А вскоре, случилось это в классе седьмом или восьмом, вызвал как-то Азрет-Али начальник местной почты и предложил разносить почту. 

- Хватит тебе при такой начитанности пасти телят,  даже не спрашивая желания, пожилой начальник почты протянул юноше листок и попросил заполнить его. – А на работу надо выходить уже завтра. Прямо с утра. Разнесешь эти письма. – И он протянул пачку связанных конвертов. 

А еще через пару недель Азрет-Али Шаманову доверили не менее ответственное задание - разносить пенсии. Ему даже вручили настоящий пистолет. 

- Только вечером, после работы, будешь обязательно сдавать его обратно. Таковы правила. И смотри, никому не говори о пистолете! – начальник почты внимательно посмотрел на молоденького почтальона, дабы убедиться, что тот все понял и осознал важность момента. 

С того дня Азрет-Али больше не пас после школы скот, а только успевал управляться на почте и продолжал учиться, готовя себя к более самостоятельной жизни. Разумеется, мать не могла нарадоваться на сына, наблюдая, как он растет, мужает, набирается сил, обретает свое место в обществе. 

Работая на почте, Азрет-Али успешно окончил 9-й класс. В ауле давно привыкли к новому смышленому почтальону, быстро снискавшему уважение среди односельчан. А тут война… 


Азрет-Али Шаманов

Быстро опустели аулы. Мужчины, один за другим, становились под ружье. Остались старики, женщины и дети. События на фронтах Великой Отечественной разворачивались с центробежной силой. В Учкулан, как и по всей стране, стали приходить черные треугольники. Азрет-Али Шаманов так и не запомнил, сколько их, несущих горе и слезы, стенания и надрыв истерзанной душ, он разнес в родном ауле, каждый раз холодея перед взором тех, кому они адресовались. Едва вручив извещение, он тут же спешно, словно за ним гнались, исчезал за соседским домом, чтобы не услышать, как вскрикнет, словно белуга, чья-то мать, узнав о гибели сына. И этот крик еще долго стоял в его ушах, как укор всем, кто сеет смерть в этом подлунном мире. 

В 1942 году Азрет-Али Шаманова и еще пятерых его односельчан направляют на учебу в Орджоникидзевское военное пехотное училище. Всем им уже по 17 лет. По дороге они впервые встречаются с коварным лицом войны - попадают под страшную бомбежку в районе Невинномысска. Им повезло: без потерь и с большим трудом они добираются до столицы Северной Осетии. 

Через годы Азрет-Али Шахым -Гериевич вспоминал, как трудно пришлось привыкать к армейской дисциплине, даже ему, неизбалованному, с детства привыкшему только трудиться, не зная сна и покоя. Серьезные проблемы возникли с процедурой наматывания портянок. Это ведь тоже настоящее искусство. И многим, в том числе и ему, долго не удавалось за определенное время правильно обмотать ноги портянками, чтобы они не мешали при ходьбе, не сдирали кожу, не высовывались из-под сапог. Рассказывая своим подраставшим сыновьям Борису и Казиму о премудростях жизни в армии, Азрет-Али Шахым-Гериевич непременно упоминал о необходимости еще дома научиться обращаться с портянками, ибо именно с них и начинается познание воинской службы, как таковой. 


Азрет-Али и Медиха Шамановы с сыновьями Борисом и Казимом

Учиться в Орджоникидзевском пехотном училище Шаманову и его сослуживицам долго не пришлось. Фашисты рвались на Кавказ. 

Молодых, прямо скажем, не совсем обученных курсантов спешно перебрасывают на защиту перевалов Северного Кавказа. 

На Марухском перевале лютой зимой 1942 года рядовой солдат Красной Армии Азрет-Али Шаманов в жуткой схватке с ненавистным врагом примет свое боевое крещение. Спустя годы, в своих воспоминаниях живой очевидец тех страшных событий опишет леденящие кровь сцены сражений, гибель своих однополчан, яростное сопротивление, оказанное нашими солдатами и офицерами до зубов вооруженным фашистским полчищам. Читать без волнения и содрогания эти воспоминания на изрядно пожелтевших листках, бережно сохранившихся в семейном архиве Шамановых, нельзя. Но как важно их вновь перечитывать сегодня, когда таким хрупким и зыбким стал мир, за который была заплачена столь высокая цена. 


Азрет-Али с однополчанином

За захваченный вражеский «язык», давший весьма ценные военно-стратегические сведения, 18 летний рядовой Азрет-Али Шаманов вскоре получает свою первую и весьма престижную боевую награду – медаль «За отвагу». Бог миловал, в боях за перевалы Кавказа вражеская пуля обошла его. Но сколько раз коварная и всегда подстерегающая рядом смерть ходила рядом с ним, почти вплотную!... 

15 августа 1942 года комсорга стрелкового батальона 370 Запасного Стрелкового полка 38-й Запасной Стрелковой бригады Закавказского фронта Азрет-Али Шаманова принимают в ряды РКП(б). Для молодого парня этот факт стал большим и значимым событием в жизни, во многом предопределившим его дальнейшие жизненные вехи. 

Полк, в котором служил Шаманов на протяжении всей войны, был уже далеко от гор Кавказа, когда в судьбе его родного народа наступил, пожалуй, самый черный период. 2 ноября 1943 года поголовно все карачаевцы были насильственно выселены в безжизненные районы Средней Азии и Казахстана. Впереди в основном стариков, женщин и детей ждали 14 страшных лет депортации, 14 лет невиданных мук и страданий, 14 лет ежеминутной и ежесекундной борьбы за простое право жить и верить в будущее. Но рядовой солдат Великой Отечественной Азрет-Али Шаманов, не щадивший себя в жестоких сражениях с врагом, мужественно сражавшийся за каждую пядь земли великой страны, узнает о невиданной по размаху и варварству трагедии родного народа только спустя год.


Азрет-Али с сыном Борисом, матерью Шахи и женой Медихой

15 августа 1944 года его вызвали в штаб полка и долго не могли начать разговор. Комсорг одного из лучших батальонов, старший лейтенант Шаманов метался в догадках: что же такого он натворил? И не мог найти ответа. А ларчик открылся просто. С натяжкой в голосе начальник штаба сообщил сначала показавшееся нелепым о том, что его снимают с фронта по национальному признаку и приказывают немедленно отправиться на лесоповал во Владимирскую область. Как, какими словами описать чувства человека, лишившегося в одночасье дара речи, вдруг оказавшегося в абсолютном вакууме, не понимавшего что вообще случилось?! 

И только в 1945 году, проработав в Вязниковском леспромхозе Владимирской области год, он получает возможность выехать в Казахстан к родным. И находит их в селе Гродикове Джамбульской области. 

В последующие годы Азрет-Али Шаманов работает в сфере торговли Казахстана, пройдя путь от простого товароведа, директора райунивермага до заместителя председателя райпотребсоюза. 

В 1950 году Азрет-Али, наконец, заканчивает 10-й класс и полный курс средней школы. И в том же году поступает на заочное отделение физико-математического факультета Алма-Атинского педагогического института имени Абая. Однако отсутствие высшего специального образования не помешало Азрет-Али Шахым-Гериевичу остаться после окончания в школе и успешно преподавать математику наравне с опытными учителями. Подобные факты в те годы встречались не так часто. Впрочем, обратимся в характеристике, подписанной директором Гродековской средней школы Кривобоковым: «Несмотря на то, что тов. Шаманов не имел высшего образования, дирекция школы в первые же годы нашла возможность доверить ему преподавание математики в 10-х классах. Это доверие он с честью оправдал. Как прежде, так и сейчас учащиеся тов. Шаманова получают по математике глубокие и прочные знания». И в этой же характеристике директор рекомендует А-А.Шаманова в аспирантуру. Заметим: руководитель школы рекомендует в аспирантуру человека, пока еще не имеющего высшего образования. А это говорит о многом. 

В 1955 году Азрет-Али Шахым-Гериевич с отличием оканчивает Алма-Атинский педагогический институт и поступает в виде особого исключения (не будем забывать, что гриф спецпереселенцев с карачаевцев пока снят не был) в аспирантуру Академии Общественных наук при ЦК КПСС. Случай просто уникальный. Шаманов продолжал работать в школе, активно занимался наукой; уже была определена тема будущей диссертации и её научный руководитель. Но жизнь внесла свои коррективы. Причем, весьма существенные. 

В марте 1957, еще до возвращения карачаевского народа на свою историческую родину, Азрет-Али Шаманова из Казахстана приглашают в Карачаево-Черкесию и как опытного, грамотного, проявившего себя специалиста, назначают инструктором в идеологический отдел обкома КПСС. А осенью того же года направляют на шестимесячные курсы повышения квалификации партийно-советских работников в Высшую партийную школу при ЦК КПСС в Москву. Преподавателям не могло не броситься в глаза стремление Шаманова узнать как можно больше, его безграничное желание максимально расширять горизонты полученных знаний. Он знал о каждой новинке, появлявшейся в то время, проявлял глубокий интерес к разработкам известных ученых в области общественных наук. По рекомендации ректората школы и с согласия обкома партии Азрет-Али Шаманов по окончании курсов получает возможность остаться и продолжить обучение в этой же школе еще на 2 года. 

Возможно, это были самые счастливые годы в его богатой событиями биографии. В 1957 году он знакомится с красивой и до невероятности скромной девушкой Медихой Семеновой, жившей с родными в Казахстане недалеко от Шамановых. Всего лишь один раз хватило молодому бравому парню увидеть Медиху, чтобы сердце прикипело к ней навсегда. История их знакомства и последующее за ним создание семьи – тема большого романа, каждая страница которого проникнута глубоким уважением друг к другу, искренним теплом и взаимопониманием. 

На двухгодичные курсы в Москву Азрет-Али уезжал уже вместе с молодой супругой Медихой Шамановой. Будущей известной журналисткой и писательницей, автором целого ряда романов, повестей, поэм, рассказов и очерков, вошедших позже в её книги, изданные в разные годы на русском и карачаевском языках в Ставрополе и Черкесске. 

Бурная московская жизнь закрутила молодую чету. Они только успевали посещать одну выставку за другой, стали завсегдатаями концертного зала имени П. Чайковского, Большого театра, модных в то время московских театров с их премьерными показами. Все это, вкупе с учебой в ВПШ, обогащало внутренний мир Азрет-Али, впрочем, как и его молодой супруги, как губка впитывавших все новое и прогрессивное, входившее в жизнь. Под самый занавес учебы Шаманову, как одному из самых лучших выпускников, предложили остаться преподавать на кафедре философии Академии Общественных наук и одновременно заниматься практической детальностью непосредственно в идеологическом отделе ЦК КПСС. 

Верный своему правилу поступать всегда честно, порядочно и справедливо, Шаманов по телефону ставит в известность тогда первого секретаря Карачаево-Черкесского обкома партии С. Антонова о полученном предложении и услышал в ответ категоричное: 

- Шаманов, мы посылали вас в Москву не для того, чтобы вы остались там после учебы! Карачаево-Черкесии тоже нужны квалифицированные и грамотные кадры. Возвращайтесь! 

И вместе с семьей он возвращается домой, в Черкесск, в надежде по максимуму реализовать в родном крае полученные знания и приобретенный в идеологическом отделе ЦК КПСС опыт работы. Но, увы, как чаще всего это и случается, достойную работу Азрет-Али Шахым-Гериевичу по приезду не предложили. Его назначают заведующим кабинетом политпросвещения обкома партии, а еще через год – начальником областного управления культуры. Шаманов, невзирая ни на что, втянулся в работу. А её хватало с лихвой. В тогда автономной области катастрофически не хватало Домов культуры, библиотек, особенно в отдаленных населенных пунктах. Серьезного внимания требовали вопросы организации национальных театров, филармонии, подготовки кадров, их пополнения за счет представителей местных народов. За этими, казалось бы, казенными словами – огромный, титанический ежедневный труд, который не всегда можно оценить сразу и в полном объеме. И только спустя время можно понять и осмыслить сделанное теми, кому выпало трудное дело, образно говоря, прокладывать первую борозду. И так, чтобы она уже никогда не исчезла. К тому же, чего уж греха таить, культура всегда финансировалась по остаточному принципу. 

1962 год стал для Азрет-Али Шахым-Гериевича годом серьезных испытаний. На прочность характера, судьбы и памяти о тех, кто достойно пережил ад сталинского геноцида, но не сломился до конца.

21 марта в Черкесске состоялся пленум обкома партии, на котором острейшей критике была подвергнута деятельность второго секретаря обкома партии С-У. Токаева и нескольких ответственных работников, занимавших высокие посты в партийных и советских органах. А речь шла всего лишь, по мнению попавших в немилость, о недостаточной реабилитации карачаевского народа и необходимости проявления внимания к этим злободневным проблемам со стороны руководства области и страны в целом. Заметим, это было только начало 60-х годов прошлого столетия. До активного процесса восстановления исторической справедливости в отношении карачаевского народа было еще далеко. 

Среди тех, кто значился в группе осуждаемых был и Азрет-Али Шаманов. Более того, многие считали именно его идейным вдохновителем и координатором решения всех вопросов поднятой темы.

Сохранившийся протокол пленума – яркий образчик подлинной партократии в полном смысле этого слова и убедительное доказательство изощренной казуистики начинавшейся тогда долгой эпохи застоя и политической регрессии огромной страны. О том, как проходил пленум и чем он закончился, подробно рассказала Медиха Шаманова в своей книге «Дерево держат корни», посвященной бывшему председателю облисполкома М.А. Боташеву. Заметим лишь, что самому Азрет-Али Шаманову только чудом удалось избежать серьезного наказания. Хотя без выговора и не обошлось. А многим его сотоварищам пришлось оставить занимаемые должности и, говоря языком чиновников, уйти в отставку. Что и говорить, за правду в те уже далекие годы приходилось платить слишком дорого. 

Разумеется, случившаяся история не могла не отразиться на последующей карьере А-А. Шаманова. Проще говоря, о ней, карьере, уже не могло быть и речи. Если бы не случай. 

В 1965 году в Черкесск приехала большая комиссия из ЦК КПСС. В неё входили и в том числе и сотрудники идеологического отдела, в котором хорошо помнили Азрет-Али Шахым-Гериевича Шаманова еще по годам его учебы в Москве. Не увидев его на ознакомительной встрече, московские гости задали тогдашнему руководству области вопрос: «А где же Шаманов?». И услышали ответ, крайне удививший их: «А ему поручен сложный участок в сфере культуры». «Вот как! - не унимались члены солидной комиссии. - Надо полагать, что кадровые вопросы у вас решены на столь высоком уровне, если такие, как Шаманов, готовый секретарь обкома по идеологии, занимается лишь вопросами культуры». Это было серьезное нарекание в адрес руководства области со стороны Москвы. И уже через несколько дней после отъезда комиссии на заседании бюро обкома партии Азрет-Али Шаманова утверждают заместителем председателя облисполкома, курирующим блок социальных вопросов. 

- И с первого дня в новой должности, - вспоминает сегодня верная спутница жизни Азрет-Али Шаманова Медиха Хызыровна, - не помню, чтобы хотя бы один выходной день он провел дома. Карачаево-Черкесия в те годы активно строилась. Возводились новые больницы, фельдшерско-акушерские пункты, клубы и Дома культуры, началось возведение нового здания драматического театра, а сколько социальных объектов требовало капитального или косметического ремонта.

Необходимы были деньги. И немалые. Карачаево-Черкесия входила тогда в состав Ставропольского края. Будучи человеком весьма коммуникабельным Азрет-Али Шахым-Гериевич умел находить общий язык с любым чиновником и любого ранга. Это помогало выбивать дополнительные финансовые ресурсы, обеспечивать устойчивое развитие социальных отраслей автономной области. Да разве обо все расскажешь… 

На протяжении десяти лет Азрет-Али Шаманов занимал высокий пост заместителя председателя облисполкома. Но это никак не отражалось на благополучии его семьи. 

- Поверить трудно, но факт остается фактом, - Медиха Хызыровна слегка улыбается, вспоминая те времена, - на руках маленькие дети. Один меньше другого. По утрам Азрет брал трехлитровый бидон и шел за молоком. Стоял в очереди, как и все остальные. И ничего зазорного в этом не видел. Жили скромно, на зарплату его и мою. Тогда я уже работала на радио. Детей отводили кого в школу, кого в садик. И ни разу я не почувствовала себя женой большого начальника. Излишеств никаких не было. И даже намека. А гостей зато всегда было полно. 


Азрет-Али с дочерью Люазой

К ордену Отечественной войны 2-й степени и многим боевым медалям Азрет-Али Шаманова в 1967 и 1971 годах прибавились два ордена «Знак почета», а к каждому юбилею Великой Победы соответствующие медали, каждая из которых олицетворяла мужество и непоколебимую стойкость его владельца. Всего лацкан пиджака Азрет-Али Шахым-Гериевича Шаманова украшали более 10 орденов и медалей разного уровня и достоинства. Но он редко надевал их, и в жизни оставаясь до невероятности скромным человеком, считая свой фронтовой путь явлением обычным для любого искренне любящего свою Родину человека. 

В 1975 году Азрет-Али Шахым-Гериевича Шаманова назначают на новую должность – начальником Карачаево-Черкесского областного управления снабжения и сбыта. Такового было решение бюро обкома партии. И он, как впоследствии показало время, с честью выполнил возложенные на него задачи. Хотя далеко и не простые, как это кажется на первый взгляд. И в этой должности он проявил свои лучшие качества, не позволяя никому переходить рамки дозволенного. Однажды встретил его бывший первый секретарь обкома партии Ф. Бурмистров и как-бы между прочим промолвил: «Повезло тебе, Шаманов, если бы только знал, на каком золотом дне сидишь у себя, в управлении сбыта». Ничего не сказал в ответ Азрет-Али Шахым-Гериевич, лишь только пожалел чиновника, не знавшего, как пахнет порох, как нельзя привыкнуть к смерти вообще, как трудно, а порой и невозможно жить долгие годы вдали от родных очагов, и не все можно купить и продать на этой земле. Что можно сказать человеку, который так и не поймет в жизни главного и важного, без чего сама жизнь не имеет смысла? 

А вот он, прошедший страшные испытания войной, лишениями и невзгодами, потерями и нанесенными обидами, коварством и злобой жил по самым простым законам, законам добра и разума. Воспитал прекрасных детей Бориса, Люазу и Казима. Всем им дал высшее образование. Борис закончил, как и отец, физико-математический факультет Карачаево-Черкесского госпединститута, Люаза и Казим – стоматологический факультет Ставропольского медицинского института. Никому из них поступать не помогал, хотя мог, стоило только поднять телефонную трубку. С детства приучил детей к предельной самостоятельности. Стоически, молча, месяцами переживал за младшего Казима, участвовавшего в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской атомной станции в период прохождения службы в армии. И опять ничего не предпринял, чтобы вырвать сына из горящего пепелища. Вот такой характер. До предела сильный и независимый, как горы в его родном Учкулане. Характер, вызывающий только уважение и восхищение. 


Сыновья А-А. Шаманова Борис и Казим

Азрет-Али Шахым-Гериевич Шаманов много и активно занимался научно-аналитической работой. Из-под его пера в 1975 году в Карачаево-Черкесском отделении Ставропольского книжного издательства вышла книга монографического характера «Возрастание роли Советов в коммунистическом воспитании трудящихся». К сожалению, так и не защищенная им кандидатская диссертация. Разумеется, с позиций сегодняшнего дня название книги для многих покажется, мягко говоря, не столь важным и существенным. Но не будем забывать, что без ушедшего, пройденного, пусть и сложного и противоречивого, нет настоящего. А сослагательное наклонение не всегда лучший попутчик в изучении и осмыслении нашего далекого и недавнего прошлого. 

Азрет-Али Шахым-Гериевичу Шаманову, к сожалению, было отпущено не так много лет земной жизни. Всего 64 года. Но какую добрую и светлую память оставил этот замечательный и порядочный человек! Дай то Бог каждому такую! Когда остановилось его сердце более четверти века назад, в дом Шамановых пришло немало народу. Многие впервые переступали порог этого всегда гостеприимного дома. И не верили, что здесь жил большой руководитель областного уровня, имевший возможность жить совсем по-другому. Слишком все было скромно, если не сказать просто. 

- Так мог жить только Шаманов, - сказала, придя на соболезнование в те годы заведующая отделом агитации и пропаганды обкома партии Зоя Ивановна Истоминская. 

- Как? - попыталась уточнить сопровождавшая её сотрудница.

- Вот так - по совести и чести! Рядом с простыми людьми, с их тревогами и переживаниями. И никак по-другому. 

Михаил Накохов,
Черкесск
(Голосов: 1, Рейтинг: 5)

  • Нравится

Комментариев нет