Расширенный поиск
6 Декабря  2016 года
Логин: Регистрация
Пароль: Забыли пароль?
  • Бир онгсуз адам адет чыгъарды, деб эштирик тюлсе.
  • Азыкълы ат арымаз, къатыны аман джарымаз.
  • Арыгъан къош чамчы болур.
  • Телини эшигин, махтау джабар.
  • Нарт сёз къарт болмаз.
  • Джылкъыдан – ат чыгъар, тукъумдан – джаш чыгъар.
  • Къарт айтханны этмеген, къартаймаз.
  • Къарт болгъан джерде, берекет болур, сабий болгъан джерде, оюн болур.
  • Ариу – кёзге, акъыл – джюрекге.
  • Эки итни арасына сюек атма, эки адамны арасында сёз чыгъарма.
  • Кёз – сюйген джерде, къол – ауругъан джерде.
  • Адамны джюреги нени кёрюрге сюйсе, кёзю да аны кёрюрге ёч болады.
  • Оюмсуз атлагъан, аджалсыз ёлюр.
  • Эте билген, этген этеди, эте билмеген, юретген этеди!
  • Ётген ёмюр – акъгъан суу.
  • Этни да ашады, бетни да ашады.
  • Билими азны – ауузунда кирит.
  • Аджалсыз ёлюм болмаз.
  • Дуния мал дунияда къалады.
  • Ауурну тюбю бла, дженгилни башы бла джюрюген.
  • Насыблы элин сюер, насыбсыз кесин сюер.
  • Мадар болса, къадар болур.
  • Айтхан – тынч, этген – къыйын.
  • Айраннга суу къош, телиге джол бош.
  • Уллу къазанда бишген эт, чий къалмаз.
  • Акъыллы – эл иеси, тели – эл баласы.
  • Адамны адамлыгъы къыйынлыкъда айгъакъланады.
  • Бичгенде ашыкъма, тикгенде ашыкъ.
  • Ишни аллы бла къууанма да, арты бла къууан.
  • Халкъгъа джарагъан, джарлы къалмаз.
  • Гырджын – тепсини тамадасы.
  • Къатын байлыкъны сюер, эр саулукъну сюер.
  • Ашына кёре табагъы, балына кёре къалагъы.
  • Адеб этмеген, адеб кёрмез.
  • Ашхы – джыяр, аман – джояр.
  • Адамны аты башхача, акъылы да башхады.
  • Танг атмайма десе да, кюн къоярыкъ тюйюлдю.
  • Къарыусузгъа кюлме, онгсузгъа тийме.
  • Адеб базарда сатылмаз.
  • Арба аугъандан сора, джол кёргюзтюучю кёб болур.
  • Этек чакъмакълары баш джаргъан, сёлешген сёзлери таш джаргъан.
  • Билмейме деген – бир сёз
  • Хар сёзню орну барды.
  • Къатын къылыкъсыз, эр тынчлыкъсыз.
  • Ашыкъгъан cуу, тенгизге джетмез.
  • Рысхы – сют юсюнде кёмюк кибикди.
  • Урама да – ёледи, сатама да – келеди.
  • Къарын къуру болса, джюрек уру болур.
  • Айтханы чапыракъдан ётмеген.
  • Урунуу – насыбны анасы.

Человек среди людей

28.08.2007 0 1195

Ильяс Теппеев,
Нальчик

Весть о Победе Миналдан Шаваева встретила утром 9 мая 1945 года на трассе Джалалабад - Ош в Киргизии. По этой дороге она обычно ходила на работу в школу. Так и запомнился ей тот день - на шоссе, в окружении коллег, учеников и случайных прохожих, забывших от радости обо всем на свете, крики, смех, взлетающие вверх головные уборы, недоуменные взгляды проезжающих водителей и солнце, которое в тот день, конечно же, светило особенно ярко.

Радость человеческая - она ведь бывает такой разной. Где-то тихая и семейная, где-то неожиданная, стихийная и бурная, иногда - шумная и не совсем трезвая. Но вот приходит день, который с надеждой ждешь годами. И уже не знаешь точно, это просто разновидность особо яростного и необузданного веселья или крик души, изможденной и уставшей от испытаний, выпавших на ее долю. Пусть призрачная, но все-таки надежда на то, что с этого дня все начнет складываться иначе. Что бедствия и страдания в прошлом, а впереди - счастливое будущее, где нет места ни одному поводу для печали. И ведь знаешь, что счастье на этой земле - вещь очень редкая, но все равно надеешься.

Как надеялась Миналдан, молодая женщина, которой в 1945 году не было еще и тридцати. А ведь в эти годы стараешься не думать о плохом. Сама природа дает неисчерпаемые силы, и это в атмосфере всеобщего подъема, мощнейшей энергетики и энтузиазма тех лет, порожденных победой в войне. Можно было бы сказать, что это тот самый возраст, когда все только начинается и вся жизнь впереди. Но это, к сожалению, было не совсем так. У многих молодых людей тогда, в 1945-м, было уже несколько жизней за плечами. Иначе и не скажешь, когда пережитого каждым из них хватило бы на несколько "обычных" жизней.

Во многом поэтому очень сложно понять внутренний мир женщины, сумевшей получить высшее образование, когда одно лишь умение читать считалось ученостью. Увидевшей сталинский беспредел 1937-го своими глазами, пережившей войну, оккупацию и насильственное переселение 1944 года. Самое печальное, что таких как Миналдан было немало в то время. Скорее, даже, они были в подавляющем большинстве. Прошедшие через сотни испытаний на прочность, но так и не утратившие человеческие качества и некоторую юношескую наивность, которая просто излучается с фотографий тех лет.

Не правда ли, люди разных эпох даже внешне отличаются друг от друга? Это особо остро чувствуется, к примеру, когда смотришь фильм о войне, сделанный в наши дни. Лица не те. Движения, энергетика речи, взгляд - не то. Да и не сможет, видимо, наш с вами современник перевоплотиться в человека, жившего на этой же самой земле несколько десятилетий назад. Когда насмотревшись кино и начитавшись Жюль Верна, молодежь рвалась в авиацию и на флот. Когда в любом конце этой необъятной страны можно было чувствовать себя как дома, а умереть за Родину считалось делом обычным.

Миналдан всегда мечтала "стать ученой". Видимо, в тайных глубинах подсознания сработал некий закон компенсации. Когда душа народа, воплощенная в его сынах и дочерях, уставшая от тяжелой и однообразной жизни, искала выход в чем-то ярком и новом.

Сколько потенциальных ученых рождала наша земля - мы никогда не узнаем. Равно как число одареных горцев, которые так и ушли в небытие, не дав раскрыться своим талантам. И не только потому, что в горских обществах не было элементарной системы народного просвещения. Все гораздо проще - большую их часть забрали войны, эпидемии и прочие беды, столь часто посещавшие Кавказ. А образ жизни, даже в мирное время граничащий с борьбой за выживание, просто не давал времени заниматься науками.

Тридцатые, в этом смысле, подарили шанс многим молодым людям. Среди которых была Миналдан, уроженка затерянного в горах селения Шики. С трех лет она росла без матери, умершей от "испанки". Не по годам самостоятельная и самодостаточная, крепкая и решительная, она не хотела идти "проторенными дорожками". Для многих ее односельчан в то время даже переезд в областной центр на "ПМЖ" считался грандиозным делом. А Миналдан, на свой страх и риск, решила пробиваться в столицу.

Поступление в Московский пединститут имени Ленина в 1935 году больше напоминало "испытание солдата" - 8 вступительных экзаменов при конкурсе 15 человек на место. На следующий год были сделаны серьезные послабления для абитуриентов, но Миналдан попала именно в самый "жаркий сезон". Тем не менее, она блестяще справилась со всеми трудностями "вступительной эпопеи" и стала студенткой столичного вуза.

Трудно сказать, как этот процесс выглядел бы сегодня, с нашей насквозь коррумпированной системой образования. Но дипломы того времени, я полагаю, сильно отличаются от сегодняшних "справок о высшем образовании". Равно как и от дипломов кандидатов наук, большую часть из которых можно было бы, как говорил Черномырдин, сложить "в одно место".

Если судить по кадрам кинохроники тех лет, страна была на подъеме. Но чувствуется, что и люди (особенно молодые) тоже верили в светлое будущее. О теневой стороне жизни общества старались не думать, не замечать, а иногда даже "не видеть" в упор (впрочем, как и сейчас). А иначе безрадостная и фальшивая получилась бы картина. С одной стороны - общенародная "аэробика", говоря словами Кости Кинчева, с ее парадами "физкультурниц", а с другой - ГУЛАГ, страшная машина смерти, пожирающая все, что несоответствовало понятиям "первого в мире государства рабочих и крестьян".

У Миналдан, как она думала, начиналась новая жизнь. Все складывалось удачно. Через немного она станет дипломированным специалистом. Потом, скорее всего, будет работать в родной республике. Выйдет замуж, займется диссертацией, напишет много книг и статей. И конечно же, будет растить детей, как и всякая нормальная женщина.

Все изменилось в одну из осенних ночей 1937 года. За несколько часов были арестованы 19 журналистов газеты "Социалистическая Кабардино-Балкария" из всех трех редакций - "русской" и двух национальных. В их числе - Салих Шаваев, родной брат Миналдан, руководитель балкарской редакции.


Салих Шаваев 

До начала войны оставалось меньше четырех лет. Повсюду общегосударственный оптимизм, яркие плакаты и радостные лица трудящися на парадах. Но Миналдан уже не видела всего этого. Каждый час ее существования был посвящен брату. Она писала письма и обивала пороги всех возможных инстанций. Рисковала собственным будущим, когда шла напролом. Иногда приходило ощущение слабости и безысходности. Временами наваливалось отчаяние от непродуктивности всех этих попыток выручить брата. Но на следующий день надо было снова брать себя в руки и начинать все сначала.

Кто-то, кто видел Салиха в камере, говорил, что от побоев его уже трудно узнать. Били жестоко и профессионально. Говорили: "Просто подпиши и сразу полегчает". Но Салих не сдавался. Мужество и сила духа не оставили его до последнего часа. Он конечно же понимал, что этой злосчастной бумаге не верят даже его истязатели. Обычный шаблон, в котором, скорее всего было написано о заговоре против Сталина или шпионской деятельности в пользу врагов. Он ее так и не подписал. Даже когда находился на грани потери рассудка от ударов по голове.

Сестру он всегда старался беречь. Знал, что ей тоже очень тяжело. Пытался даже шутить. Когда им удалось увидеть ненадолго друг друга, он, в свойственной кавказцам манере предупредил сестру, что скоро выйдет из тюрьмы и непременно займется организацией ее свадьбы. Миналдан, в свою очередь, и не представляла себе иного развития событий. Разум отказывался верить, что ей не удастся вытащить брата. Она ответила со всей присущей ей прямотой и серьезностью: "Моя свадьба будет только с твоим присутствием. Или ее не будет никогда".

Говорят, что вера творит чудеса. А Миналдан всем своим существом верила в брата, в его скорое освобождение. И как знать, не это ли сыграло главную роль. Потому что логикой очень трудно объяснить новый поворот в расследовании: дело против Салиха Шаваева было прекращено за отсутствием состава преступления и недоказанностью обвинений.

Счастье, иначе и не скажешь. Полное и безграничное счастье. Только знающий человек может понять, что значит быть отпущенным на свободу из НКВД в 1939 году. Случаи прекращения уголовных дел с такой формулировкой были не то что бы редкими, а просто небывалыми.


Миналдан Шаваева

Миналдан летала от радости. Жизнь снова наполнилась смыслом. Казалось, ничто больше уже не мешает быть счастливой. Дело было за малым - дождаться брата, которому предстояла долгая дорога из Магадана в Нальчик.

Но этому не суждено было сбыться. Новая весть с другого края земли оглушила своей ирреальностью и циничностью: Салиха убили. Кто-то очень не захотел, чтобы этот молодой и красивый человек доехал до родной земли. Ничего не стали придумывать, чтобы скрыть преступление. Отвезли куда-то и убили. А тело одного из лучших балкарских журналистов просто выбросили в Охотское море...

Миналдан еще не понимала, что живет в системе, которая очень подозрительно относится к ярким и сильным личностям. Когда лучшая одежда - серая, а лучшие слова - которые так и остались невысказанными. Жуткая по своей сути фраза "не отделяйся от коллектива", дожившая до наших дней - не что иное, как девиз ущербного общества, в своем стадном понимании не приемлющего ничего индивидуального. А власть, идущая на поводу у самых низменных человеческих инстинктов и всеми силами их поощряющая - порочна изначально.

С какой стороны ни посмотреть, талант - это всегда индивидуальность. Равно как внешняя природная красота и представительность. Но как раз именно эти качества идут вразрез с установками большевизма, для которого народ должен быть однородной серой массой, шагающей строем. И конечно же, яркость и талант во все времена имели огромное число завистников, не брезгующих никакими методами, чтобы навредить.

Все это время Миналдан жила как в страшном сне. Время словно остановилось. И если бы еще была возможность уединиться. Но к таким как она всегда предъявлялись повышенные требования. Одна из немногих по-настоящему грамотных специалистов в то время, Миналдан для очень многих простых людей была последней надеждой. Человеком, умеющим разъяснить непонятное, похлопотать где надо или, к примеру, помочь устроиться на работу. Уже тогда ее знали как человека, который никогда не откажет в помощи.

Такая активная жизнь, с другой стороны, помогала справиться с психологическим грузом. Возможно, ей было бы немного легче, будь у нее спутник жизни, дети и семейные обязанности. Но личная жизнь не сложилась. Одна из самых привлекательных девушек Балкарии так и не вышла замуж, помня свое обещание, данное брату во время свидания в тюрьме. Что-то очень горькое и трагичное есть в этой истории, которая не закончилась и по сей день. И сейчас единственным своим имуществом Миналдан считает фотографию Салиха, которая всегда с ней. Разум понимает, но душа до сих пор не хочет верить, что его больше нет. И вся жизнь после того злодеяния в Магадане поделена на две части, в одной из которых Салих, а в другой - работа и общественная деятельность. Нечто очень горькое и трагичное есть в этом пожизненном трауре, на который Миналдан обрекла себя после смерти Салиха.

Грохот артиллерийской каннонады прервал напряженную тишину прифронтового Нальчика. Немцы уже подходили к городу. Было раннее утро 24 октября 1942 года. Миналдан с несколькими коллегами нашла укрытие в городском парке. Было ясно, что город сдадут. А таких как Миналдан, красных активистов, будут уничтожать всеми известными способами.

Жизнь молодой девушки вновь перевернулась. Но в ситуации, когда никто не стал бы ее обвинять в некотором эгоизме, продиктованном инстинктом выживания, она не стала паниковать и повела себя так, словно давно готовилась к этой роли: оставив город Миналдан начала пробиваться в горы, надеясь на встречу с партизанами. По дорогам перемещаться было невозможно. Большая их часть уже контролировалась немцами, а мосты были взорваны.

Организм не выдержал трудный переход по горам. В одну из ночей она попала в буран и чудом выжила, найдя себе укрытие под каким-то камнем. Сил хватило только на то, чтобы добраться до родного аула Шики. Нервное перенапряжение последних лет, непомерные физические нагрузки и тяготы военного времени сделали свое дело: Миналдан слегла.

Надо было срочно поправлять здоровье и не попадаться на глаза односельчанам. Среди них были и те, кто с удовольствием навел бы полицию. Но был у Миналдан и другой односельчанин, стихи которого, по ее словам, помогли ей выжить в том погребе у родственников, где ей пришлось провести несколько недель. С детства в ее доме главным авторитетом был Кязим Мечиев. Это он, как любит говорить Миналдан, научил ее смотреть на горы по-настоящему, как могут смотреть только горцы. Видеть в них силу и уметь заряжаться ею.

Молодость брала свое. Миналдан пошла на поправку, но когда до освобождения оставались считанные дни, возникла угроза ареста. Пришлось покинуть гостеприимный дом, чтобы не навлечь неприятности на его обитателей. Миналдан вышла ночью 27 декабря 1942 года. Шла быстрым шагом, иногда бегом, чтобы к рассвету успеть выйти из ущелья.

После изгнания гитлеровцев она вновь при деле. Работает с беспризорниками, ищет людей, которых война раскидала по всей стране, помогает соединиться семьям. Трудоустраивает всех, кто к ней обращается. Тогда большим счастьем считалась работа с общежитием и трехразовым питанием. И неизвестно, сколько человек выжили благодаря Миналдан Шаваевой, забывшей о своих личных проблемах, и посвятившей себя народу.

Судьба словно играла с ней в какую-то страшную игру, еще и еще раз ипытывая ее на прочность. Депортация балкарского народа сама по себе была огромным испытанием. Но для Миналдан все обернулось гораздо хуже. За три дня до выселения она похоронила отца. И в этом состоянии она смогла собраться с духом и пережить весь ужас мартовских дней 1944 года. Все это время она была с двоюродной сестрой и тремя ее детьми. Муж сестры погиб в Сталинграде.

Так они и ехали впятером. А Волга многим тогда показалась морем. И когда кто-то пустил слух, что переселенцев хотят, скорее всего, утопить, Миналдан не среагировала. Она отрешенно и устало смотрела на мутную весеннюю воду. Ей было уже все равно. Прошедшая через столько испытаний, она знала, что человека, который хочет жить и умеет бороться, невозможно испугать каким-то там морем. Она позволит себе минутную слабость, но если понадобится, вновь возмет себя в руки и станет бороться за жизнь и за своих близких. И не будет в мире никакой силы, которая сможет ее сломать. И умирать нельзя, ведь вокруг так много дел, которые еще надо успеть сделать, и столько соплеменников, которым надо успеть помочь.


Юбилей М.Шаваевой 

Миналдан больше не стремилась к заоблачным высотам. Да и не нужно было это ей. Сказать по правде, что может быть выше служения простым людям? А это как раз то, чем она занималась сутками, не покладая рук. И в довоенное время, когда только устроилась на работу. И во время войны, и многие годы после нее, пока хватало сил.

Если представить, что жизнь планеты - это год, то жизнь человека - одна секунда. Получается, что независимо от возраста, все мы, живущие сегодня, в чем-то ровесники, сколько бы ни длилась наша с вами "секунда". И поздравления с юбилеем в адрес Миналдан, столь многочисленные и от стольких разных людей, еще одно подтверждение тому, что ее заслуги вовсе не в количестве лет, проведенных на земле.

 

(Голосов: 1, Рейтинг: 5)

  • Нравится

Комментариев нет