Расширенный поиск
19 Июня  2018 года
Логин: Регистрация
Пароль: Забыли пароль?
  • Тиширыусуз юй – отсуз от джагъа.
  • Хар сёзню орну барды.
  • Джылар джаш, атасыны сакъалы бла ойнар.
  • Юй кюйдю да, кюйюз чыкъды, ортасындан тюйюш чыкъды.
  • Агъач – джерни чырайы, кийим – эрни чырайы.
  • Ашаса, ашамаса да, бёрюню ауузу – къан.
  • Урама да – ёледи, сатама да – келеди.
  • Ана къолу ачытмаз.
  • Акъыл неден да кючлюдю.
  • Эртде тургъан бла эртде юйленнген сокъуранмаз.
  • Эр сокъур болсун, къатын тилсиз болсун.
  • Мал тутхан – май джалар.
  • Кёз – сюйген джерде, къол – ауругъан джерде.
  • Эринчекни аурууу – кёб.
  • Джаш болсун, къыз болсун, акъылы, саны тюз болсун.
  • Байлыкъ адамны сокъур этер.
  • Ушамагъан – джукъмаз.
  • Ойнай билмеген, уруб къачар.
  • Къобан да къуру да къобханлай турмайды, адам да къуру да патчахлай турмайды.
  • Ата Джуртун танымагъан, атасын да танымаз.
  • Кёзден кетген, кёлден да кетеди.
  • Къолу уллу – асыу, аягъы уллу – джарсыу.
  • Аман адам элни бир-бирине джау этер.
  • Ачлыкъ отха секиртир.
  • Къарнынг тойгъунчу аша да, белинг талгъынчы ишле.
  • Бичгенде ашыкъма, тикгенде ашыкъ.
  • Ётюрюкчюню шагъаты – къатында.
  • Татлы сёз – балдан татлы.
  • Аманны тукъумуна къарама, игини тукъумун сорма.
  • Ёлюр джаннга, ёкюл джокъ.
  • Таукел тауну аудурур.
  • Ауругъанны сау билмез, ач къарынны токъ билмез.
  • Халкъны джырын джырласанг, халкъ санга эжиу этер.
  • Ашхы болсанг, атынг чыгъар, аман болсанг, джанынг чыгъар.
  • Бети къызарыучу адамны, джюреги харам болмаз.
  • Къарнынг ауруса, ауузунгу тый
  • Керилген да, ургъан кибикди.
  • Мал кёб болса, джууукъ кёб болур.
  • Биреуню тёрюнден, кесинги эшик артынг игиди.
  • Ач да бол, токъ да бол – намысынга бек бол.
  • Джахил болса анасы, не билликди баласы?
  • Къатыны харакетли болса, эри къымсыз болур.
  • Ашхылыкъ джерде джатмайды, аманлыкъ суугъа батмайды.
  • Иги джашны ышаны – аз сёлешиб, кёб тынгылар.
  • Экеулен сёлеше тура эселе, орталарына барыб кирме.
  • Джарашыу сюйген – джалынчакъ.
  • Ишни ахырын ойламай, аллын башлама.
  • Билмегенинги, билгеннге сор.
  • Байма, деб да, къууанма, джарлыма, деб да, джылама.
  • Тойгъа барсанг, тоюб бар, эски тонунгу къоюб бар.
Страницы: 1 2 След.
ПРОБЛЕМЫ РЕПРЕССИРОВАННЫХ НАРОДОВ., Что делается для полной реабилитации репрессированных народов
 
Бу Конференцияны ишине Къарачайдан кимле, Малкъардан кимле къошуллукъдула - билген толу хапар айтырсыз. Халкъыбызгъа джан аурутхан адамла болмасала, магъанасы болмай къаллыкъды бу джыйылыуну да.
 
70-лет со дня депортации карачаевского народа. С мая по ноябрь в Карачаево-Черкесии будут проводиться мероприятия по этой тематике
Глава КЧР Рашид Темрезов провел заседание оргкомитета по подготовке к 70-летию депортации карачаевского народа, на котором принято решение о ежемесячном заседании комитета.
Рашид Темрезов предложил всем членам оргкомитета к следующему заседанию сформулировать свои предложения и выразил уверенность в их реализации. Пресс-служба Главы и Правительства КЧР отмечает, что по предложению Рашида Темрезова последующие заседания оргкомитета будет проводить Руслан Хабов, заместитель председателя Народного Собрания КЧР.
Глава также озвучил, что финансирование всех запланированных мероприятий будет осуществляться за счет спонсорской поддержки и внебюджетных финансовых источников.
На заседании выступил руководитель общественной карачаевской организации, сообщивший, что общественники «Къарачай алан халкъ» на своем заседании приняли решение о широкомасштабном проведении мероприятий, посвященных этой скорбной дате.
 
Бу джыйылыудан халкъыбызгъа бир хайыр болур эсе уа...
"Барс Элден" киши къошуламыды бу ишге?
 
МИР..!.......?
с УВАЖЕНИЕм !
 
Примерный план проведения конференции.

(коррективы возможны после очередного заседания оргкомитета 11 мая с.г.)
Научно-практическая конференция. Тема: «К 70-летию начала депортации народов юга России и о ходе их реабилитации в соответствии с Законом РФ «О реабилитации репрессированных народов России».
Дата проведения: 17 мая 2013 г. (возможны коррективы)
Место проведения: Карачаево-Черкесская Республика, г. Черкесск, Актовый зал Карачаево-Черкесской государственной технологической академии.
Конференция проходит по инициативе Карачаевской общественной организации «Къарачай Алан Халкъ», председатель организации Хабов Р.Х. (1-й заместитель председателя Народного Собрания (Парламента) КЧР.
Приглашены на конференцию: делегации Кабардино-Балкарской Республики, Республики Калмыкии, Республики Ингушетия, Чеченской Республики, казачества юга России ( по 10 человек от каждой республики, казачества), представители федеральных и региональных органов власти юга Росси. Заезд делегаций 16-17 мая.
17 мая.
Пленарное заседание.
1. Основной доклад «К 70-летию начала депортации народов юга России и о ходе их реабилитации в соответствии с Законом РФ «О реабилитации репрессированных народов России» (Хабов Р.Х.) – до 40 минут
2. Содоклады: по одному от каждой республики. В продолжение и дополнение основного доклада материалами и положениями по каждому из репрессированных народов юга России. – до 20 минут.
3. ( приветственные выступления представителей федеральных и региональных органов власти).
Секционные заседания.
Секция 1: доклад «Об исполнении российского законодательства о реабилитации репрессированных народов России» ( докладчик: д.и.н., профессор Р.М. Бегеулов) – 20 минут;
Содоклады: по одному от каждой республики. В продолжение и дополнение основного доклада материалами и положениями по каждому из репрессированных народов юга России. – до 10 минут.
Секция 2: доклад «О ратном и трудовом подвиге репрессированных народов России в годы войны и послевоенного восстановления народного хозяйства» ( докладчик: к.и.н., профессор А.Д. Койчуев) – 20 минут;
Содоклады: по одному от каждой республики. В продолжение и дополнение основного доклада материалами и положениями по каждому из репрессированных народов юга России. – до 10 минут.
Секция 3 : доклад «Объективное освещение истории репрессированных народов России – важнейшая задача российской историографии и СМИ» ( докладчик: к.филос.н. Н-М.О. Лайпанов) – 20 минут;
Содоклады: по одному от каждой республики. В продолжение и дополнение основного доклада материалами и положениями по каждому из репрессированных народов юга России. – до 10 минут.
Заключительное заседание.
Принятие резолюции научно-практической конференции, обращений в адрес федеральных и региональных органов власти РФ.
 
Sagid,
ары хар секцияда проблемаларыгъызны къоркъмай, таб айталлыкъ адамла барыргъа керекдиле - чакъырыу болса, болмаса да.
 
Sabr,

Хар кюнден ары сёлешиб турдукъ, бир зат тюрленсе билдирибиз деб турдула. Оргкомитетге Сабанчиев бла Гуртуевни къошарбыз деп турдула. Биз да Советни заседаниясын етдюрюб он адам делегациягъа айырыб тургъанлай, бюгюн а Боташев Сюлемен бла селешдик да, ол бизге беппаев келикди конференциягъа деди. Бизни бери къошаргъа, ёргедегиле унамадыла, деди.
Им нужны там предатели типа беппаева, где этот подкаблучник опять будет утверждать, что у балкарского народа нет никаких проблем


Им нужны там предатели типа беппаева, где этот подкаблучник, опять будет утверждать, что у балкарского народа нет никаких проблем.

Пол года назад беппаев корреспондентам говорил, что его комиссия вплотную занимается вопросами реабилитации, поэтому он полностью владеет ситуацией и даже разъяснил читателям Кабардино-Балкарской Правды от 14 декабря 2012 года, что справка о реабилитации по закону считается действительной в течение трех лет для выплаты компенсации за потерянное или изъятое имущество. Те документы которые выдавались в середине девяностых годов, уже не действительны.

Настало время очередного траурного митинга у Мемориала жертвам политических репрессий балкарского народа. Не забывается то, что случилось с народом 8 марта 1944г. Не забывается уже третьим-четвёртым поколением трудолюбивых, терпеливых, но несгибаемых горцев. Тем, кого по подлому доносу кабардинского (к стыду многих его соотечественников) руководителя Зубера Кумехова на имя Наркома внутренних дел страны менгрела Лаврентия Берия загнали под дулами автоматов в вагоны-скотовозы и этапировали далеко в Среднюю Азию и Казахстан, было от месяца с рождения до ста с лишним лет. Ныне самому младшему из высланных тогда балкарцев уже семьдесят лет!
Третья часть народа (трудоспособные мужчины и женщины детородного возраста) воевали и погибали на фронтах Великой Отечественной войны. Другая треть народа (женщины-матери, дети, старики и старухи, фронтовики-инвалиды) погибла от голода, холода, болезней и тоски по родине в первые годы ссылки на чужбине. Чудом выжила одна треть народа. Чудом в виде веры, надежды, трудолюбия и упорного терпения.
Интересно, какой процент выживания народа определяют сытые политики, мудрые философы и преуспевающие чиновники для признания факта геноцида, этноцида, холокоста и т.п.? Или вовсе не признают некоторые народы как таковые?



К прискорбию, даже среди балкарцев нашёлся манкурт из чиновников суфьян беппаев, ратовавший ещё недавно за то, чтобы народ забыл об этой странице своей истории и не проводил траурные митинги. Злая ирония судьбы или умысел правителей, но именно этому чиновнику доверены вопросы реабилитации балкарского народа и защита прав человека.


09.03.2007 г.

«В Кабардино-Балкарии 8 марта отныне не день траура.


Нынешний год станет последним, когда 8 марта в Кабардино-Балкарии балкарский народ отмечал как траурный день в связи с депортацией в 1944 году из родных мест в Среднюю Азию, - заявил глава общественной организации балкарского народа «Алан» Суфиян Беппаев. «Помнить о трагедии нужно, но собираться и говорить об этом спустя 63 года нет смысла. Вместо этого балкарский народ будет отмечать 23 марта День возрождения балкарского народа как общенациональный праздник», - заявил Суфиян Беппаев 8 марта в Нальчике на митинге по случаю годовщины насильственного переселения.
Президент Кабардино-Балкарии Арсен Каноков поддержал это решение; по его мнению, каждый народ должен помнить трагические даты своей истории, но «жизнь идёт вперёд. Главное – не допустить повторения подобных событий», - отметил Каноков. «Важно, что это решение принял народ, а не власть», - сказал он.

Президент назвал основные проблемы горных балкарских сёл – безработицу, низкий уровень заработной платы, плохое состояние Домов культуры и дорог… «Будем решать их спокойно, без митинговщины», - подчеркнул Каноков. Глава республики, а также председатель правительства Андрей Ярин, председатель парламента Ильяс Бечелов, члены правительства и депутаты парламента КБР 8 марта возложили цветы к могиле основоположника балкарской письменности Кязима Мечиева и посетили Мемориал жертв политических репрессий.
www.regions.ru/news/2059783/

Спасибо, конечно, Главе республики Арсену Канокову на добром слове и что он не забывает об основных проблемах горных балкарских сёл. Кто знает, может когда-нибудь они и будут решаться. Но жаль, что его вводят в заблуждение. Решение забыть о случившейся трагедии принял не народ, а лично Суфиян Беппаев. Может быть, для него репрессии в отношении балкарского народа – вовсе не трагедия. А сам балкарский народ помнит о ней всегда, особенно 8 марта, и будет помнить, пока жив хоть один балкарец на свете. И насчёт «23 марта – День возрождения балкарского народа как общенациональный праздник» - слукавил Беппаев, или не знает истории своего народа. День возрождения балкарского народа – 9 января 1957 года, когда изданы Указы Верховных Советов СССР и РСФСР о восстановлении национальной автономии балкарского народа. А 23 марта того же года (а если уж быть точным – 28 марта 1957г.) – это лишь дата Указа Президиума Верховного Совета Кабарды об изменении названия «Кабардинская АССР» в «Кабардино-Балкарская АССР». И ничего более.




Беппаева народ гонит с митингов, с населенных пунктов Балкарии, где бы он не появлялся, а его опять по злому умыслу отправляют в Карачай на конференцию от «имени народа».
Как долго будет это продолжаться? Или испытывают терпения народа?

Из уст делегации Совета старейшин балкарского народа боятся услышать правду о состоянии бесправного балкарского народа.
Балкарский народ находится в неимоверно тяжелейших условиях, не объявленного террора соседей. Где нам искать защиту, кроме как у братьев карачаевцев, если и здесь мы натолкнёмся на чиновничье – бюрократические барьеры?
Изменено: Sagid - 14.05.2013 02:39:16
 
Цитата
Sagid пишет:
Оргкомитетге Сабанчиев бла Гуртуевни къошарбыз деп турдула. Биз да Советни заседаниясын етдюрюб он адам делегациягъа айырыб тургъанлай, бюгюн а Боташев Сюлемен бла селешдик да, ол бизге беппаев келикди конференциягъа деди. Бизни бери къошаргъа, ёргедегиле унамадыла, деди.
Это уже большой "прогресс". )))))) А то если помните, некоторое время назад, на встречу тюркоязычных народов (по моему в Баку, если не ошибаюсь) от имени балкарцев вообще два кабардинских чиновника поехали... Может в этот раз тоже хасавцев нужно было туда пригласить?... хотя... суфьян чем хуже?... в данной ситуации даже гораздо лучще для них.
Кстати... ёргедегиле дегенигизни атлары бармыды... неда бармагъын кёкке чюйелтиб "ёргедегиле" деп ми къойгъанды Боташ улу?
Бу жыйылышыу кимни инициативасыбла къуралады? Нек къатышадыла оноугъа "ёргедегиле"?
 
Sagid,

Биринчи Боташ улу Сабанчив бал сёлешгенди. Сабанчы улу "Биз Кърымда боллукъ съездге барлыкъбыз" дегенди. Андан сора чыкъгъанды арагъа Беппаев дейдиле. Алаймыды?

Къалай алай болса да, проблемаларыгъызны айталлыкъ адамла келселе, официал делегацияны тизиминде болмасала да, орамда къалмазла, сёз да берилир деб кёлюме келеди. Конференциягъа да иймей, сёз да бермей аллай затла этселе уа - аны да бир хайыры болур: халкъ энтда бир кере кёрюр не бола тургъанын. Алай а, табын, игисин кесигиз иги билесиз.

Официал делегация да къуру Беппаевчиледен къуралыб къалмай, башха организацияланы адамларындан да къуралыргъа мадар джокъмуду?
Беппаев бла сёлеширге болмаймыды? Сёлешинсе, ол да "огъай" десе, - аны да бир хайыры болур: меннге айтмагъандыла демез.
 
Цитата
Sagid пишет:
«Помнить о трагедии нужно, но собираться и говорить об этом спустя 63 года нет смысла. Вместо этого балкарский народ будет отмечать 23 марта День возрождения балкарского народа как общенациональный праздник», - заявил Суфиян Беппаев 8 марта в Нальчике на митинге по случаю годовщины насильственного переселения.
былай этерге ярамаз! ансы 10 джылдан кёчген кюн, 20 джылдан да кёчген унутулуб къаллыкъды! ачыгъанын унутхан кесин сакълай билмез!
с УВАЖЕНИЕм !
 
 
Конференция завершила свою работу. Балкарскую делегацию возглавлял Беппаев.

Толу хапар айталлыкъ бар эсе (Конференцияда болуб), джазыгъыз, билейик, не иги оноу этгенлерин.
 
БЮГЮН - МАЙНЫ 17-СИ - НОРВЕГИЯНЫ(ШИМАЛ ДЖОЛНУ) МИЛЛЕТ КЮНЮДЮ, МИЛЛЕТ БАЙРАМЫДЫ.

Bilal LAYPAN

НОРВЕГИЯНЫ ЮСЮНДЕН, КЪАРАЧАЙГЪА САГЪЫШ ЭТЕ

Норвегия (магъанасы «Шимал Джол» демекди) Шимал Европада орналгъан бир къралды. Аны джери Скандинав джарым айрымканны гъарб эмда шимал джанында 1750 къычырым узунлукъгъа созулубду. Шимал Буз океанны Баренц тенгизи, Атлантик океанны да Норвеж, Шимал тенгизлери джууалла аны джагъаларын. 150 минг айрымканы барды. Швеция, Финляндия, Россия къралла бла чеклешибди. Джерини ючден экиси таулалла. Аладан уруб келген таза тау суулары бизни къобанлагъа ушайла. Аламат нарат орманлары барды. Джурту Ингилиз тенгли болгъанлыгъына, адам саны беш миллионнга да джетмейди. Ол себебден джер къытлыкъ джокъду. Аны юсюне да табигъат байлыгъы бек уллуду. Эм уллу насыбы уа – ол байлыкъ халкъныкъыды.

Энчи кърал болур ючюн, джерине, табигъат хазнасына ие болур ючюн норманлыла кёб кюрешгендиле. Онунчу ёмюрде бютеу Норвегияны бирикдирген Харальд патчахлары болгъанды. Онбиринчи ёмюрде Норвегияда христиан дин бегигенди. 16-чы ёмюрде Норвегия Данияны къолуна кёчеди. 400 джылны кюрешиб, 1814-чю джыл майны 17-де энчи Анаясасын (конституциясын) да алыб, Даниядан къутулады. Алай а, Швеция бла бирлеширге керек болады. 1905 джыл ариулукъ бла келишиб, шведледен да айырылыб, баш эркинлик табады.. Энчи кърал болгъандан сора башланады Норвегияны не джаны бла да айныуу. 1945 джыл къралларын немец фашистледен азатлагъандан сора, ол айныу джангы кюч алады.


Бюгюнлюкде Норвегияны сатыу-алыу ишлени баджаргъан флоту дунияда тёртюнчю орундады – АБШ, Япония, Ингилиз къралладан сора. Электороэнергия чыгъарыудан а, адам башына тергеу бла, дунияда биринчиди. Норвегияны экономикасын, джашау турумун бек кёлтюрген ючюнчю заты – нефти бла табигъат газыны кёблюгюдю. Быланы юсюне да туризмни дараджасын кёлтюрюб, уллу хайыр тюшюреди Норвегия.

Ёзге, кърал, дуния малгъа къызыныб, халкъны тин байлыгъын седиретмейди. Окъуугъа-билимге, культурагъа, саулукъ сакълаугъа бек уллу эс бёлюнеди, кёб ачха джоюлады. Норвегияда 200 газет чыгъады, аны харкюннгю тиражы эки миллион бла джарымдан атлайды. Бютеу газетле бары къралны болушлугъу бла чыгъадыла. Мында эл библиотекалада огъуна, излеген китабынгы табаллыкъса, болмагъанын келтирталлыкъса. Компьютерле джетишелле, хакъсыз, интернетге да кир, башха ишлеринги да тындыр.

Окъургъа излеген джаш адам дунияда къайда окъуйма десе, анда окъур мадары барды, кърал ачха керекли этмейди, джангыз ишлеб башласанг ызына къайтарыргъа керек боллукъса. Айтыргъа, мында адамгъа саулугъун сакъларгъа, окъургъа, ишлерге, солургъа да таблыкъла къуралгъандыла. Саулукълары болгъаны себебли, ишлерге кючлери джетгени себебли, адамла пенсиягъа 67 джылда чыгъадыла. Адамны орта ёмюрю мында 80 джылды.

Халкъ къралын сюеди, багъалатады, хар адам юйюню шорбатына кърал байракъны орнатыб турады. Байрам кюнледе бютеу халкъ миллет кийимин киеди. Майны 17-де – Миллет Кюнлеринде – артыкъ да эсленеди ол зат. Миллет кийими болмагъан къыз-джаш джокъду. Къызланы чепкенлеринде алтын кямарланы, кюмюш тюймелени кёрюрге боллукъду.

Мен мында кёб джазыучу бла, сиясет адам бла кёрюше-сёлеше туруучанма. Кърал-халкъ-джурт хакъындан айтханда, ала эм уллу насыбха санагъан – энчи кърал болгъанларыды.

«Хоу, даниячыла бла, шведле бла биз къарнашлабыз. Динибиз, тилибиз, адетибиз, тарихибиз да айры тюлдюле. Алай а, сабийле да аякълансала, энчи юй-арбаз къурамай джарамайды. Хоншу бла татлы джашар ючюн, кесинги, чегинги да бегитирге керекди. Талай халкъ бирге джашаса, арада сёз-дауур чыкъмай къалмайды. Андан эсе кесини джазыуун хар ким кеси джазсын. Игисин-аманын да кесинден кёрсюн.

Хар халкъны кесини джурту-чеги белгили болмай, халкъ Ата джуртуна ие болмай, къралы-къраллыгъы болмай, ана тили джуртунда кърал тил болмай, ол кесин къалай сакълаялыр? Сакъласа да, джашауу къуру кюрешге бурулуб къалмазмы? Кесибиз сынагъан затны айтабыз. 400 джылны Дания бла, андан сора да бир ёмюр чакълыны Швеция бла тургъаныбыз бизге къаллай бир заран салгъанды.

Халкъ Халкъ эсе, аны джурту, къраллыгъы болмазгъа болурму? Миллет тамгъасы, байрагъы, орайдасы болмазгъа болурму? Алайсыз миллет ангы, тарих эс, адет-намыс къалай сакъланыр? Халкъны кеси кесине оноу этер, башчы сайлар мадары болмаса, тин байлыкъны, джурт байлыкъны да ким сакълар? Зор бла, хыйла бла талай халкъны аягъын бир уюкъгъа сугъуу, бир уюкъда тутуу – аланы джюрюмезча, айнымазча этиудю, аланы башсыз этиудю. Аланы джуртсуз этиудю, кеслерин сюрюу этиудю.

Кертиди, дуния биригирге керекди. Европа да бирлешеди. Алай а, хар кимни къралы, джурту, чеги белгилиди. Алайсыз «биригиу» ол ётюрюкдю, кимни эсе да хыйласыды. Иш джюрютюрге, иги хоншула болургъа къачан да разыбыз. Алай а, джуртубузну, туугъан джерибизни тилимди-тилимди этиб, кишиге не саталлыкъ, не саугъа эталлыкъ тюлбюз. Биз миллет атыбызны, миллет бетибизни сакълар ючюн джюзле бла джылланы кюрешгенбиз. Къыйналгъан эсек да, ахыры къууанч бла, хорлам бла бошалгъанды: бюгюн биз Миллетбиз, Къралбыз.

Мен норвегли шохларыма «насыбыгъызны Аллах къызгъанмасын» дейме. Кёзюме уа Къарачай кёрюнеди: Халкъым-Джуртум-Къралым; Тамгъам-Байрагъым-Орайдам; Тюненем-Бюгюнюм-Тамблам; Фикирим-Зикирим-Назмум; Къайгъым-Сагъышым-Умутум.

Акъ башлыгъым, къара джамчым Къарачай. Эсен бол, алгъышлыкъ бол. Тамгъалы-Байракълы-Орайдалы бол. Окъуулу-билимли бол, юлюшлю-джюрюшлю бол. Дуния сеннге сукъланырча бол. Дининге-тилинге-джуртунга тыйыншлы бол – Аллах берген затларынга сакъ бол, ие бол; аланы сакъла, къатла, айныт. Иманлы бол, насыблы бол. Джазыуунгу кесинг джаз. Джазыуунга ие бол.
 
«Ja, vi elsker dette landet» (Да, мы любим этот край) - официальный гимн Норвегии.
Автор текста — Бьёрнстьерне Бьёрнсон (
Bjørnstjerne Bjørnson) (1859), автор музыки — Рикард Нордаак (Rikard Nordraak) (1864). Впервые был исполнен 17 мая 1864 по случаю празднования 50-летней годовщины принятия конституции.
Хотя гимн состоит из 8 куплетов, как правило, исполняются только первый и последние два.


ХОУ, СЮЕБИЗ БИЗ БУ ДЖУРТНУ
«Ja, vi elsker dette landet» Норвегияны гимни (кёчюрген Лайпанланы Билал)

1
Хоу, сюебиз биз бу Джуртну
Тюз ёрге баргъан.
Таб, аны кёлеккесин да
Чайкъала тургъан.

Биз сюебиз тютюнюн да,
Оджакъдан чыкъгъан.
Отну бир да джукълатмазбыз
Бабала джакъгъан.

2
Харальд Джуртну сакълагъанды,
Хокун да алай.
Ёз джерге къууат салгъанды,
Эйвин да джырлай.

Былайда къаны бла Олаф
Къурагъанды джор.
Сверре да бек даулашханды
Римге болмай къор.

3
Душманнга къобханла бары –
Къарт, джаш да бирден.
Къайыкъларын Торденсшольд да
Урушха тизгенд.

Бийчеле да сермешгенле
Аямай къан-джан.
Джашауларын этгендиле
Ёз джуртха къурман.

4
Саныбыз бек аз болгъанды,
Болса да алай –
Джурт ючюн ёрге тургъанны
Джау хорлар къалай.

Юйюбюзню кюйдюрюрбюз,
Кирмез ючюн джау.
Фредриксхалгъа салайыкъчы,
Барыбыз махтау.

5
Джазыу бизге къаш-баш тюймей,
Турса уа айхай.
Эркинлик деген кёккёз а
Айтды ол кюн : Хай!

Аны ючюн хар неге да
Биз тёзе келдик.
Аны ючюн, аны бла
Джашадыкъ, ёлдюк.

6
Джау къачды онглар кюч табмай...
Баш ёзюр келди.
Къол берди бир сёз да айтмай,
Биз да къол бердик.

Дерт дегенни джууукъ иймей,
Къарадыкъ ёрге.
Энди ма биз юч къарнашбыз,
Ёмюрге бирге.

7
Къадарынга табын, Но́рге:
Этгенде тилек,
Ол кёкдеги эшитгенди,
Болушханды бек.

Джуртубузну къоругъанбыз
Аямай къан-джан.
Хакъыбызны джакълагъанбыз –
Биз да – халкъ, инсан.

8
Биз Ата джуртну сюебиз
Тюз ёрге баргъан.
Таб, аны кёлеккесин да
Чайкъала тургъан.

Биз сюебиз тютюнюн да,
Оджакъдан чыкъгъан.
Отну бир да джукълатмазбыз
Бабала джакъгъан.
 
Bilal LAYPAN

Бюгюн майны 18-ди - Олжас Сулейменовну туугъан кюню. Реабилитация проблеманы эм биринчи СССР-ни Баш Советинде арагъа салгъан Олжас болгъанды. Туугъан кюню бла да алгъышлай, аны юсюнден статьямы былайгъа салама - билейик аны этген адамлыгъын.


ДЖЕР ДЖЮЗЮ, АДАМГЪА БАШ УР!

Дунияда эм онглугъа саналгъан он назмучуну джаш тёлюге аманатлары Парижде китаб болуб чыкъгъанды. Ол оноуландан бири Олжас Сулейменовду. Батыда (Западда) алай аты айтылгъан адамны бизде джаш тёлю биле да болмаз. СССР чачылгъанлы союз республикала энчи къралла болгъандыла. Къазахстан да болгъанды энчи даулет. Къайнайла ала – эркин эгемен (суверенный) къралла, кеслерини онглу джазыучуларын бирер джерге келечи этиб олтурталла, алай демек – джазыучуларыны сыйларын кёрелле, ышаналла, ала келечи-дипломат ишлени кимден да иги бардырлыкъларына базалла. Сёз ючюн, Олжас Казахстанны ЮНЕСКО-да келечисиди. Ол аламатды, ашхыды, алай а соруу: ыйыкъда эки кере чыкъгъан къарачай газетни бир бетин Олжасха бергенден магъана бармыды, алайсыз да бу джергили материалланы къалай сыйындырыргъа билмей къыйынлаша тургъанлай? Андан эсе, биз Къарачай бла байламлы адамланы, хапарланы басмаласакъ иги тюлмюдю? Не игилик этгенди Сулейменов Къарачайгъа?

Ма энди адамны кёлюне келирге боллукъ бу къуджур соруулагъа джууаб да эте, Олжасны юсюнден талай сёз айтайыкъ.
1989 джыл июнь айда СССР-ни Баш Советини биринчи сессиясында Олжас Сулейменов сёзню кёнделен салыб тохтайды: «Биз ишибизни репрессиягъа тюшген халкълагъа реабилитация этиуню джолун-джоругъун джарашдырыудан башларгъа керекбиз. Аллай реабилитацион закон алынмай, кърал сюргюннге тюшген халкъладан сталинизмни мурдарлыгъы ючюн кечмеклик тилемей, алгъа барыргъа джол джокъду. Орус, гюрджю, къазах халкъла да къыйынлыкъ чегер ючюн къалмагъандыла. Алай а, миллет белги бла башдан аякъ джуртларындан сюрюлген халкъла эки къат къыйынлыкъ чекгендиле. Биз ол затны къралны атындан, закон халда ачыкъ айтыргъа керекбиз...».

Бюгюн барыбыз да билген «Репрессиягъа тюшген халкълагъа реабилитация этиуню хакъындан» законну джарашдырыу ма алай башланнганды. Биз – тутмакъдан-сюргюнден ётген халкъладан бири – Олжасны бу адамлыгъын, эркишилигин унутургъа боллукъбузму?

Алай а, «бёрю атарыкъ бёркюнден» дегенлей, Сулейменовну бютеу дуниягъа белгили этген аны «Слово о полку Игореве» атлы тарих чыгъарманы юсюнден джазгъан тинтиулери-оюмлары болгъандыла. Кърал къоркъуусузлукъну органлары 1975 джыл Олжасны «Аз и Я» китабын Совет Союзну бютеу тюкенлеринден, китабханелеринден сыйырыб, кюйдюрюб кюрешгендиле. Ол оноуну этген а СССР-ни Коммунист партиясыны идеология джанындан башчысы Суслов болгъанды. СССР-ни Илмула Академиясы да Сулейменовну китабын «ууатхан» джыйылыула, сюзюуле бардыргъанды. Казахстанны башчысы Кунаев Брежнев бла сёлешиб, Олжасны джакъларгъа, сакъларгъа кюрешгенди. Сулейменовну атасын 1937 джыл «халкъны джауу» деб къурутхандыла. Сусловну башчылыгъы бла биягъы къара кючле Олжасха да ол атны атаргъа кюрешгендиле. Кунаев болмаса, Олжасха къаллай къыйынлыкъла чекдирлик болур эдиле. Бир поэт ючюн Суслов бла арасын аман этерге бизде тамадаладан киши базарыкъмы эди экен?

Кунаев халкъын, джуртун джакълагъан адам болгъанды. 1962 джыл Хрущёв къыбыла Къазахстанны иги кесек джерин мамукъ ёсдюрюучю хоншу республикагъа берирге излегенди. Кунаев бирден эки болмагъанды. Ишинден чыгъаргъан эдиле аны ючюн. Къуру бу эки заты огъуна аны онглу адам болгъанын кёргюзтмеймиди? Бизни тамадалада туугъан джерлерин чачдырмаз ючюн, башха субъектлеге къошдурмаз ючюн, халкъларын-джуртларын къоруулар-сакълар ючюн Кунаевча кюрешген (кюреширик) бармыды экен?

Къазах халкъы бек уллу къыйынлыкъ кёрген халкъладанды. 1926 джыл адам санау къагъытлада былай джазылады: «Къазахлыла – СССР-ни эм кёб санлы тюрк тилли халкъыдыла – 6 миллион 200 минг адам». 1939 джыл къазах халкъны саны саны къуру 2 миллионду. Аллай бир адамы къырылгъан къазах халкъыны Олжасча назмучусу, алими, Кунаевча да башчысы болгъаны насыб эди...


Сусловгъа да, академиклеге да Олжасны китабы не къыйынлыкъ салгъан болур эди?

Олжас «Слово о полку Игореве»-ни тинтиб, дуния бла бир тюрк сёз табханды. Бу тарих чыгъармада академикле окъуялмай къалгъан джерлени, не да ала терс окъугъан джерлени ачыкълагъанды. Славянла бла тюрк къауумланы арасында бурун кючлю байламлылыкъ болгъанын, тил, культура джаны бла ала бир-бирин байындыра хоншу джашагъанларын кёргюзтгенди. Алай а, олсагъатда орус илму «бизге культура келген эсе, Европадан келгенди, къарангы Азия, тюркле – къазауат, чабыуул этгенден башха джукъ билмеген джахилле – бизни культурабызгъа не юлюш къошаллыгъелле, бюгюн-бюгече да аланы адам эталмай, цивилизациягъа къошалмай кюрешебиз, сора уа» деб, бу кёзден къарагъанды тюрк-муслиман миллетлеге.

Ма быллай тутхучсуз, джалгъан «илму» оюмгъа къаршчы тургъанды Олжас Сулейменов, СССР-ни тюрк халкъларына эс табдыргъанды, тарихибизге кёзюбюзню ачханды, кёлюбюзню кёлтюргенди. «Тюркбюз» дерге къоркъуб, буюгъуб тургъанла, Олжасны китабын окъуб, «Биз халкъбыз, адамбыз – тюркбюз биз» деб ёхтемленнгендиле. «Тауланы энгишге этмегенлей, тюзлени ёрге кёлтюргенди» Олжас. Бютеу тюрк дунияны ёрге кёлтюргенди ол. Сусловчу идеологиягъа, ол идеологияны къулу-къарауашы болгъан СССР-ни илмула Академиясына да къаршчы тургъанды Олжас джангыз кеси.

Назмуларындача, илмуда да джангы сёзню, керти сёзню айталгъанды. Керти Сёзню айтыр ючюн а фахму да, билим да, бет да, ёт да керекди. Тюрк дунияны, тюрк эсни, тюрк тарихни уятханы ючюн, биз – тюрк дунияны бир бурхусу – Олжасха сау бол дерге керекбизми?

Алай а, Олжас къуру къыйынлыкъ кёрген халкъланы, не да тюрк къауумланы ёкюлю тюлдю. Олжас «Невада-Семипалатинск» атлы организацияны къураб, бютеу дунияда атом сауутну сынагъан полигонланы джабдырыргъа излейди. Къазахстанда полигонну джабдыргъанды. Сулейменов бютеу дунияны атом джаханимден-къоркъуудан къутхарыр джанындан кюрешеди. Ол джаны бла кёб иш да этгенди. Биз джашагъан Джерни, дунияны ёлюмден къоруулаб кюрешген Олжас махтаугъа тыйыншлы тюлмюдю?

1960-1980 джыллада Олжас башларына эркин болур ючюн кюрешген колонияланы тарихлерин тинтиб кюрешгенди. Алай а, аланы муратлары къуру азатлыкъ бла бошалса, ол колонияла аякъ юсюне туралмай къыйынлашадыла. Эркинлик-эгеменлик керекди, алай а халкъланы, къралланы арасында байламлылыкъ юзюлмезге керекди. Метрополия бла да, хоншула бла да иш джюрютюрге тыйыншлыды.

Кесини оюмун Олжас формула халда айтханды: «от веков колониальной зависимости через период независимости к эпохе осознанной взаимозависимости». Эшта, баш эркинлиги ючюн кюрешген хар бир халкъ, сагъыш этерча бир акъылман фикирди бу.


Олжас Сулейменовну арт кёзюуде джазгъан китабы «Язык письма» да, бютеудуния илмуда джангы сёздю. Адам улу бары да бир джерде джаратылыб, алайдан тёрт джанына чачылгъаны – ол белгили затды. Дин тилде айтсакъ, барыбыз да Адам бла Хауадан джаратылгъанбыз. Алай а, ол биринчи талай джюз адам къаллай тилде сёлешгендиле – ма аны юсюнденди китаб. Биринчи тамгъаладан-иероглифледен Сёзге, джазма тилге адам улу къалай кёчгенин кёргюзтюр ючюн, Олжас къаллай бир китаб окъугъанын, къаллай тинтиуле бардыргъанын айтыб чыкъгъан да къыйынды. Ахыры быллай оюмгъа келгенди: « Алгъа Белги, ызы бла Сёз. Ол белгиле Аллахны белгилеридиле, ол сёзле да Аны атлары». Бу китабны окъугъан адам англарыкъды, Олжас Сёзню таша магъанасын ачханы алимле атомну ачханча бир зат болгъанын. Алай а, атомну ачхан-чачхан – дуниягъа къоркъуу сала эсе, Олжасны биринчи Сёзню, тилни ачханы адам улу бир болгъанын, бир ата бла анадан джаратылгъанын кёргюзтеди, адам улуну биригиуге чакъырады.


Алгъаракълада Олжас «Тюрки в доистории» деген къол джазмасын «Ас-Алан» журналда басмаланырын тыйыншлыгъа санаб, манга берген эди. Анда да тюрк къайдан чыкъгъанын, дуниягъа къалай джайылгъанын тинтеди. Сулейменов тюрк къауумла ючюн къанын-джанын аямай ишлейди. Олжасны этген ишине къарасам, 726 джыл Бильга-Тоньюкук джазгъан тизгинле эсиме келедиле:

Тунь удумадым – кече джукъламадым,
Куньдуз олтурмадым – кюндюз олтурмадым,
Кара теримди тёктим – къара терими тёкдюм,

Къзъл канъмдъ юггуртдтим – къызыл къанымы сюрдюм

Тюрк будун учун – Тюрк халкъ ючюн.


Сулейменовча адамы болгъан халкъ насыблыды. Алай а, Олжас къуру кесини халкъыны тюл, бютеу адам улуну къайгъысын кёрюрге болуму, билими, фахмусу джетген адамды. Адам улуну керти тарихин тюз окъугъан бла къалмай, адам улуну джазыуун иги джанына джазаргъа къолундан келген насыблы къауумданды Олжас.

Дагъыда бир чертерге излегеним: бютедуния проблемаладан баш кёлтюралмай тургъанлыкъгъа, Олжас къалам тутханлагъа айырыб эс бёлгенлей турады. Тюрк джазыучулада аллай къайгъырыуну мен джангыз Къайсын Къулиевде эмда Чингиз Айтматовда кёргенме. Кесими юсюмде сынагъан затымы айтама.


Тюрк къарнашыбызны Юбилейине джораланнган сёзюмю Анга аталгъан назмум бла бошаргъа сюеме.


АДАМНЫ ДЖОЛУ, ДЖАЗЫУУ ДА – СЁЗДЕ

Олжас Сулейменовгъа


Къыркъ джылда кимге келгенди Къуран,

Кимге – «Аз и Я».
Суу эски ызына къайытады:
Джангырады Евразия.


Ит иесин танымагъан сагъатда,
Адамгъа Тейрисин танытхан да бар.
Мен – Тейри адамы – къарайма ауалгъа:

Белгиден-Сёзден башланады Адам.

Кёкге къарай, джулдузлагъа узала,
Адам аякъ юсюне сюелгенди,

Кюн таякъча, элибча тюзелгенди –
Къара таныгъан кюнюнден башланады Адам.


Эниклей табигъатны

Тилленнгенди адам улу.

Тауушдан-белгиден-тамгъадан кёче Сёзге

Тюрленнгенди адам улу...


...Адам сёзню, Сёз да адамны –
Бир-бирин джаратханла ала.
Мурулдагъандан, кёз бла, бармакъ бла сёлешгенден къутулуб,

Адам джазыуун джаза тебрегенди кеси.

Мен да кюндюз Кюнню ызындан бардым,

Кече уа – Айны.
Тамгъаларында Адурхайны,

Будиянны, Наурузну эмда Трамны
Кёреме джулдузну, Айны.

Китаб ачханча ачама Къарачайны:

Къара – джети къат магъанасы Аны.

Кёкден башланады джол,

Кёкге да къайтарады ол.


Кёкдеди биз джашагъан Джер.

Не бек кюрешсек да биз,

Кёкден айырылыргъа джокъду мадар.

Джер ауруулагъа да Кёкдеди дарман,

Джер соруулагъа да Кёкдеди джууаб.


Джер джолу адамны башланады Белгиден-Сёзден.

Ол кетгенча кёрюнсе да кёзден эм кёлден,

Бир кераматлы чыгъад да ичибизден,
Ачады бизге джангыдан аны:


Сёзде джашыныбды джолу Адамны,
Сёзде джазылыбды джазыуу Адамны.

Къыйынлыгъыбыз бизни –
Тюз окъуй, ангылай, джаза билмейбиз Сёзню.


Алай а, бир кераматлы чыгъад да ичибизден

Таша магъанасын, керти магъанасын ачады Сёзню –

Хакъ джолгъа къайтарады бизни.


Адам улугъа къайытады джаз –

Ачылады Кёк, энеди джарыкъ, келеди ауаз:

Къара таны – джай аны –

Керти Тарихинги, джазыуунгу да джаз.
 
Дата: Понедельник, 13 мая 2013, 23:13 +04:00
Тема: По поводу предстоящей конференции в г. Черкесске (15-17 мая 2013 года)

Дорогие друзья, приветствую!

На скорую руку прочитал материалы предстоящей первой международной конференции "Права репрессированных народов в современном мире"
(К 70-летию начала депортации народов Юга России" которая состоится в г. Черкесске (15-17 мая 2013 года) и что хотелось в связи с этим отметить:
- во - первых, первая международная конференция( не мной это отмечено) - именно первая проходит на 70-м году начала депортации и последующего
геноцида наших народов.
Не запозднились ли, господа?!
И почему нам понадобилось долгих 70 лет, чтобы мы наконец осознали глубину трагедии, которая случилась с нашими народами?
И почему именно международной? Хотя в декларации первой международной конференции заявлено следующее:
- о недопустимости внешнего вмешательства в дела суверенных народов, строящих свои государства на основе национальных ценностей и традиций.
А это, как я считаю, испуг и запоздалая реакция администрации Кремля на нашу инициативу провести в Крыму Съезд репрессированных народов СССР.
Первая международная конференция проводится именно в те же дни ( 16-17 мая 2013 года), когда намечалось проведение Съезда репрессированных народов СССР,
дабы нивелировать сам Съезд и итоги его работы - как бы ему в пику!
Но мы вовремя передёрнули "затвор"!
Съезд репрессированных народов СССР будет проходить 23 августа 2013 года в г. Симферополе (Крым, Украина). Почему именно - 23 августа?
А вот почему:
- 23 августа - день подписания пакта Молотов -Риббентроп, когда две тоталитарные системы, по обоюдному согласию, разделили Европу, невзирая на права и свободы других народов;
-23 августа - Европейским Парламентом объявлен днём жертв тоталитарных режимов!
Поэтому проведения Съезда именно в этот день - свидетельство нашей сопричастности к общечеловеческим ценностям.
Ничего не имею против тех, кто будет участвовать в этой международной конференции - многие из них достойные люди! - но то, как это собираются провести, как минимум, настораживает-
во-первых, уж очень скорополительно и наспех( нет глубокой концепции ) готовится конференция, во-вторых, эту конференцию (после долгих консультаций с Москвой) всё-таки спустили сверху, после того, как Руслан Хабов доложил в Москву о нашей инициативе.
(На его имя, как руководителя одной из крупных общественных организаций Карачаево-Черкессии "Къарачай Алан Халкъ" мною было
направлено письмо о предстоящем Съезде репрессированных народов СССР и о их возможном участии).
А теперь о самих документах предстоящей первой международной конференции - все они( что резолюция, что сама декларация) носят действительно декларативный характер!
Опять этот просительный тон - "решили обратиться, решили предложить!" - и всё это касается второстепенных вопросов нашей реабилитации!
При этом авторы хотят сохранить как бы лицо и в то же время создать эффект "кипучей деятельности" в вопросах реабилитации наших народов.
На этой международной конференции не ставятся вопрос ребром: - "Почему живя в правовом и демократическом государстве -Российской Федерации- основной принцип которого:-
неукоснительное исполнение федерального закона, до сих пор не исполнен Федеральный закон "О реабилитации репрессированных народов" от 26 апреля 1991 года?"
Приходиться с горечью констатировать, что Кремль обладая всею полнотою власти: - как исполнительной, законодательной так и судебной, а так же неограниченными финансовыми возможностями-
не хотел, не хочет и не будет выполнять свой же принятый федеральный закон! Это свидетельство того, что Мы продолжаем жить в тоталитарном государстве, когда права целых народов
попросту - игнорируются!!!
Проведение же Съезда репрессированных народов СССР - это прежде всего свидетельство нашей твёрдой решимости и воли в отстаивании наших прав и свобод, это свидетельство консолидации наших народов, это свидетельство интеграции в международные институты и это, прежде всего, первый шаг к Международному военному трибуналу (Нюрберг-2) над сталинским режимом, который Мы репрессированных народы России инициировали.
Предстоящий Съезд - это огромное общественно-политическое событие для репрессированных народов не только России, но и народов проживающих на постсоветском пространстве, а так же
это сигнал Европе и всему мировому сообществу того, что репрессированных народы бывшего СССР сознательно подталкивают Россию на правовой и цивилизованный путь развития!
В заключении, хотелось бы сказать только об одном (и это только моё мнение) - само проведение первой международной конференции "Права репрессированных народов в современном мире" в г. Черкесске - это очередное подыгрывание Кремлю, очередные иллюзии в отношении Кремля! Непреложный факт того, что в течении 22 лет не исполнена ни одна из 13 статей федерального закона
"О реабилитации репрессированных народов" - свидетельство недееспособности нынешней Кремлёвской администрации.
Как бы Мы не хотели, но Российская Федерация сползла к изгороди тоталитарного государства.
И тому Мы, репрессированные народы,- Свидетели!!!

С искренним уважением
Аркадий Горяев, председатель
"Союза репрессированных народов России"
 
Краткая Справка


о реабилитации репрессированных народов в РФ


Важным шагом на пути полного восстановления исторической справедливости в отношении репрессированных в годы советской власти народов явилось принятие Декларации Верховного Совета СССР от 14 ноября 1989 г. "О признании незаконными и преступными репрессивных актов против народов, подвергшихся насильственному переселению, и обеспечении их прав". Вопросы реабилитации репрессированных народов в законодательстве РФ регулируются несколькими основными законодательными и множеством нормативных актов. Наиболее важные из них:



– Закон РФ "О реабилитации репрессированных народов" от 26 апреля 1991 года;
– Закон РФ "О реабилитации жертв политических репрессий" от 18 октября 1991 г.
Действие Закона РФ "О реабилитации жертв политических репрессий" распространяется на жертв политических репрессий по национальному признаку.



Законодательство РФ о реабилитации репрессированных народов противоречиво и не проработано, что является прямым и объективным показателем негативного отношения российских властей как к этой проблеме, так и вообще – к проблематике прав и защиты интересов национальных, расовых, религиозных, культурных и языковых меньшинств России. В этой части законодательства РФ совершенно не прописаны права коренных народов России, нет системного правового подхода к обеспечению прав и интересов сохранения и развития вышеназванных меньшинств, в т.ч. репрессированных народов, не говоря уже о ресурсах, принципах и механизмах реализации законодательства. Принципиальная ошибка или умышленно заложенный изъян законодательства РФ о реабилитации репрессированных народов состоит в том, что оно сливается и поставлено в зависимость от законодательства о реабилитации жертв политических репрессий. Тем самым, объединены две, хотя и близкие, но всё же разные сферы групповых, коллективных и индивидуальных прав и свобод. С момента принятия актов 1989 и 1991 годов прошло уже более 20 лет, но до сих пор российским руководством не сделано ничего, чтобы выполнить в полной мере обязательства, взятые государством в отношении реабилитации репрессированных народов.
На сегодняшний день невыполненными остаются практически все статьи Закона "О реабилитации репрессированных народов":

Статья 1. «Реабилитировать все репрессированные народы РСФСР, признав незаконными и преступными репрессивные акты против этих народов.».
Тем не менее, не признаны незаконными и преступными все репрессивные акты СССР сталинского и хрущёвского периода против репрессированных народов, т.к. в их отношении продолжают действовать отдельные положения актов, принятых в 1940-е – 1950-е гг.
Не полностью осуществлена территориальная и политическая реабилитация репрессированных народов, т.е. восстановление национально-государственные образований и национально-территориальных границ, существовавших до их антиконституционного насильственного изменения (Статьи 6–8 Закона РФ "О реабилитации жертв политических репрессий";).

Статья 3. «Реабилитация репрессированных народов означает признание и осуществление их права на восстановление территориальной целостности, существовавшей до антиконституционной политики насильственного перекраивания границ, на восстановление национально-государственных образований, сложившихся до их упразднения, а также на возмещение ущерба, причиненного государством.
Реабилитация предусматривает возвращение народов, не имевших своих национально-государственных образований, согласно их волеизъявлению, в места традиционного проживания на территории РСФСР.»
Не признано и не осуществлено право на восстановление территориальной целостности национальных регионов, существовавшей до антиконституционной политики насильственного перекраивания границ (Республика Калмыкия и Ингушетия), на восстановление национально-государственных образований (АССР немцев Поволжья), сложившихся до их упразднения, не в полной мере обеспечено возвращение народов, не имевших своих национально-государственных образований, согласно их волеизъявлению, в места традиционного проживания на территории России.


Статья 4. «Не допускается агитация или пропаганда, проводимые с целью воспрепятствования реабилитации репрессированных народов.
Лица, совершающие подобные действия, а равно подстрекающие к ним, привлекаются к ответственности в установленном законом порядке.».
Вопреки этому государственными органами допускается агитация или пропаганда, проводимые с целью воспрепятствования реабилитации репрессированных народов, а лица, совершающие подобные действия, а равно подстрекающие к ним, не привлекаются к ответственности в установленном законом порядке.
Не возмещён ущерб, причиненный репрессированным народам и отдельным гражданам со стороны государства в результате репрессий


Статья 9. Закона РФ "О реабилитации репрессированных народов" «Ущерб, причиненный репрессированным народам и отдельным гражданам со стороны государства в результате репрессий, подлежит возмещению…
Возмещение ущерба реабилитированным народам и отдельным гражданам осуществляется поэтапно.», а также Статья 12. Закона РФ "О реабилитации жертв политических репрессий" – «">«Реабилитированные лица восстанавливаются в утраченных ими в связи с репрессиями социально-политических и гражданских правах, воинских и специальных званиях, им возвращаются государственные награды, предоставляются льготы, выплачиваются компенсации в порядке, устанавливаемом настоящим Законом и другими нормативными актами Российской Федерации…
Реабилитированным лицам и их наследникам возмещается причиненный в связи с репрессиями материальный вред за счет республиканского бюджета Российской Федерации.»).
Не реализованы обязательства по социальной реабилитации, т.е. гражданам, подвергшимся репрессиям, время их пребывания в спецпоселениях (местах ссылки) не засчитано в стаж в тройном размере, не увеличены размеры пенсий по возрасту за каждый год работы


(Статья 10. «Социальная реабилитация репрессированных народов означает, что гражданам, подвергшимся репрессиям, время их пребывания в спецпоселениях (местах ссылки) засчитывается в стаж в тройном размере. В связи с этим предусматривается также увеличение размера пенсий по возрасту за каждый год работы с учетом периодов, предусмотренных Законом РСФСР "О пенсионном обеспечении граждан в РСФСР"»).
Не в полной мере осуществлена культурная реабилитация репрессированных народов, предусматривавшая осуществление комплекса мероприятий по восстановлению их духовного наследия и удовлетворению культурных потребностей (Статья 11. «Культурная реабилитация репрессированных народов предусматривает осуществление комплекса мероприятий по восстановлению их духовного наследия и удовлетворению культурных потребностей.
Это означает также признание за репрессированными народами права на возвращение прежних исторических названий населенным пунктам и местностям, незаконно отторгнутым у них в годы советской власти.»).
Не все акты союзных, республиканских и местных органов и должностных лиц, принятые в отношении репрессированных народов, за исключением актов, восстанавливающих их права, признаны неконституционными и утратили силу (Статья 12. «Все акты союзных, республиканских и местных органов и должностных лиц, принятые в отношении репрессированных народов, за исключением актов, восстанавливающих их права, признаются неконституционными и утрачивают силу.»). Возможно, что следовало бы дать полный перечень таких актов в приложении к Закону или отдельным законодательным актом. До сих пор отдельные регионы отдельные свои действия основывают на актах, принятых в годы, когда потерпевшие народы подвергались репрессиям.



До сих пор не выполнены Указы Президента РФ и постановления Правительства РФ в отношении реабилитации репрессированных народов. Вот некоторые из них:



§ Указ Президента РФ от 15 июня 1992 г. №632 "О мерах по реализации Закона РФ "О реабилитации репрессированных народов" в отношении казачества";
§ Указ Президента РФ от 25 декабря 1993 г. № 2290 "О мерах по реабилитации калмыцкого народа и государственной поддержке его возрождения и. развития";
§ Указ Президента РФ от 3 марта 1994 г. № 448 "О мерах по реабилитации балкарского народа и государственной поддержке его возрождения и развития";
§ постановление Правительства РФ от 30 октября 1993 г. № 100 "О мерах по реабилитации карачаевского народа и социально-экономической поддержке Карачаево-Черкесской Республики" и т.д.



До сих пор законодательно не перечислены все народы и этнические группы, которые подвергались репрессиям по этническому принципу. Это касается таких групп, как например, корейцы, крымские греки, украинцы, поляки, цыгане, крымские армяне, ингерманландцы и др.
В нормативных актах о реабилитации репрессированных народов не разделены права народов и права конкретных лиц, граждан, относящихся к этим народам.



Наиболее наглым и беззастенчивым актом российских властей стало их решение о том, что меры социальной поддержки репрессированных лиц должны оказывать регионы. Тем самым федеральный центр снял с себя финансовые обязательства выполнять Закон РФ "О реабилитации репрессированных народов" в части льгот представителям репрессированных народов. Перечень льгот реабилитированным лицам был установлен ст. 16 этого Закона РФ. 22 августа 2004 года вышел ФЗ №122 "О внесении изменений в законодательные акты РФ и признании утратившими силу некоторых, законодательных актов РФ в связи с принятием федеральных законов... ". Перечень этих льгот из ст. 16 Закона РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» Федеральным законом № 122 был исключен. Одновременно было установлено, что указанные лица обеспечиваются мерами социальной поддержки, а расходные обязательства являются расходными обязательствами субъектов РФ. Такое исключение указанных льгот и передача регулирования, защиту прав и свобод человека и гражданина субъекту РФ противоречит нескольким статьям Конституции РФ и не способствует надлежащему возмещению вреда, причиненного репрессиями государства и центральными органами власти, учитывая, что львиную часть налогов (доходов российских регионов) отбирает себе федеральный центр.



В российском законодательстве народы, в том числе репрессированные, не являются субъектами права, соответственно их права государство напрямую не учитывает, не соблюдает и не защищает.
Права народов Российской Федерации проигнорированы. Так с введением новой Конституции РФ 12 декабря 1993 г. отменено положение Конституции РСФСР-РФ о том, что «Земля и ее недра, воды, растительный и животный мир являются достоянием народов, проживающих на соответствующей территории». Хотя в Конституции России 1993 г. и провозглашается в статье 69, что Российская Федерация «гарантирует права коренных малочисленных народов», на практике это не реализуется и вся остальная система права в РФ не признает народы особыми субъектами права.



Необходимо отметить постановление Верховного Совета РФ от 16 июля 1992 г. № 3321-1 "О реабилитации казачества", направленное на восстановление правового статуса этой группы населения. Закон "О реабилитации репрессированных народов" обращён не только к репрессированным народам Кавказа и калмыкам, но распространяется и на казаков, которые конкретно в нём указаны. Следуя логике права и Закона "О реабилитации репрессированных народов", должно быть осуществлено восстановление в правах казаков. В действительности же казаки оказались вне поле действия этого Закона, как и немцы бывшего СССР. В отношении казаков действующая власть в РФ идёт на антиконституционные действия, пытаясь уйти от исполнения принятых Россией законов. Её представители и нанятые ученые относят казаков к сословию, отказывая казачеству в праве быть народом и замалчивая тот неоспоримый факт, что Войско Донское являлось национально-государственным образованием с самоуправлением, т.е. Казачьей автономией. Закрываются глаза на то, что сословия были упразднены еще одним из первых декретов Советов, что было закреплено впоследствии положениями Конституции РФ. Многие акты современной России лишь закрепляют за казачеством статус сословия: "Концепция государственной политики РФ в отношении Российского казачества", закон РФ "О Государственной службе Российского казачества" и т.д. Так что казаки также не реабилитированы.
Дискриминация в плане реабилитации репрессированных народов была и остаётся наиболее острой в отношении таких народов, как немцы, турки-месхетинцы, корейцы и другие народы, не имеющие своих национально-территориальных образований.



Такая политика властей современной многонациональной России по игнорированию прав народов России, в т.ч. автохтонных (т.е. коренных), и невыполнению обязательств государства, взятых им на себя по закону РФ "О реабилитации репрессированных народов" противоправна и недопустима. Она нарушает не только российское законодательство, но и международное законодательство, регулирующее права и свободы человека и меньшинств.

Боромангнаев Б.Б.
 
Цитата
Sagid пишет:

Беппаева народ
гонит с митингов, с населенных пунктов Балкарии, где бы он не появлялся, а
его опять по злому умыслу отправляют в Карачай на конференцию от «имени
народа».
Как долго будет это продолжаться? Или испытывают терпения
народа?

Sagid, Ол адамны бети къаишден этилген болур.
 
Цитата
0707 пишет:
некоторое время назад, на встречу тюркоязычных народов (по моему в Баку, если не ошибаюсь) от имени балкарцев вообще два кабардинских чиновника поехали...
)))))))) ДЖЫЛАРЫ КЕЛИБ КЮЛЮР АДАМ. АСЫРЫ КЁБ КЮЛГЕНДЕН ДЖЫРЧАДЫ АДАМ))))))))))))))

))))))къыстеке Быдырла)))) мыжыкъла юч-тёрт сёз айтыб къалтыратыучуладан не излейсиз?! Къаш тююб къоркъутхандан сора , джюз доллар да бериб "тура бер, олтур пока орнунгда, бизге къуллукъ эте .." десе , Быдырла аланы аталарын кёргенча кёрюб тебрейдиле ! ..жалко...!
Алай а "къулнукъулуну ангысы" болгъанла болмасала адамланы ичлеринде , "сый,онг,бет,ата,табыныу,сёз,джан,джашау,ёмюр,тюзлюк,джурт,къан,борч, д.а.к." кёёёб иги,керекли затланы(сёзлени) магъаналарын толу ангылаялмай турлукъ эдик! Ол себебли,аланла келигиз кечеик бу Б... тукъумлуланыда, аланы башларында олтургъанланыда, бош дыгаласдан ышарыла билмеген чыгырлыланыда ,колхозу оюлуруна къоркъгъан мыжыкъланыда.
Кесибизни болумсузлугъубузну сёзюн этеик джашла-къызла!
(къартлагъа джукъ айтмайма,ичимде аз дауум болсада)
с УВАЖЕНИЕм !
 
Бек сейир Конференция ётгенди. "Юй ишлеген балта эшикде къалыр" деб, халкъыбызны реабилитациясы ючюн ёмюрлерин кюрешген организацияла, адамла чакъырылмай, реабилитациябызны тунчукъдуруб кюрешген адамла уа чакъырылгъандыла.

Алай болса да, Конференция алгъан Резолюциясын былайгъа бир салсын - бир иги оноу этген эселе уа...
 
В Карачаево-Черкесии прошла первая Международная конференция репрессированных народов

Сегодня в г. Черкесске Карачаево - Черкесской республики состоялась первая Международная конференция репрессированных народов «Права репрессированных народов в современном мире (к 70-летию начала депортации народов Юга России)». Организатором форума является Общественная организация «Къарачай алан халкъ».


В работе конференции приняли участие депутаты Государственной Думы РФ, члены Совета Федерации ФС РФ, депутаты региональных Парламентов субъектов СКФО, ученые, политологи, общественные деятели и эксперты по межнациональным отношениям из разных стран, включая членов Европейского Парламента и Национальных Парламентов стран Европы: Латвии, Италии, Польши, Франции, Австрии, Бельгии и Голландии.


Также в конференции участвовали делегаты из регионов Юга России, где компактно проживают репрессированные народы РФ. В частности, в Карачаево-Черкесию прибыли представители казачества, балкарского, чеченского, ингушского, калмыцкого и других народов РФ.

С приветственным словом к участникам конференции обратился Глава Карачаево-Черкесской республики Рашид Темрезов. Он назвал символичным факт, что первая конференция репрессированных народов проходит именно в Карачаево-Черкесии в год 70-летия депортации карачаевского народа.

«Рассматриваемый сегодня вопрос, несомненно, имеет большое значение, так как репрессиям в разные периоды истории были подвергнуты порядка двадцати народов, населявших СССР. Мы обязаны хранить память о тех, кто стал безвинной жертвой режима, кто так и не вернулся к родным очагам. Принятие закона о реабилитации репрессированных народов явилось крайне важным историческим событием, настоящим торжеством истины и справедливости. Вместе с тем, подчеркну, что дальнейшие позитивные преобразования должны быть сопряжены с развитием общественных инициатив, с активным участием граждан в социально-политической жизни региона, в выработке решений, от которых зависит наше будущее», - отметил в своем выступлении Глава Карачаево-Черкесии Рашид Темрезов.


В адрес конференции поступила приветственная телеграмма от председателя Комитета Государственной Думы по делам национальностей РФ Гаджимета Сафаралиева.

Проведение конференции именно на Кавказе, свидетельствует о том, насколько велико внимание не только российского, но и международного сообщества к вопросам реабилитации репрессированных народов. Высокий уровень представительства гостей конференции – депутатов Европейского Парламента и национального Парламента Европейских стран - тому весомое подтверждение и залог продуктивного межпарламентского диалога на непростую эту тему», - говорится в телеграмме.

Перед началом пленарного заседания, которое вел председатель общественной организации «Къарачай алан халкъ» Руслан Хабов, ее участникам был продемонстрирован документальный фильм «Память не знает забвения», посвященный трагедии депортации карачаевского народа и других народов России, подвергшихся политическим репрессиям.


С основным докладом «Права репрессированных народов в современном мире» выступил председатель Карачаево-Черкесской региональной общественной организации «Къарачай Алан Халкъ» Руслан Хабов.

Докладчик подробно остановился на теме депортации народов Юга России, коснулся вопросов развития взаимоотношений государства, как системы органов власти и репрессированных народов на разных этапах, начиная с момента депортации до сегодняшних дней.

В своем докладе Руслан Хабов подробно проанализировал степень реализации основных законодательных актов Российской Федерации, касающихся реабилитации репрессированных народов.

Руслан Хабов предложил внести в УК РФ положения об ответственности за публичное одобрение или оправдание всех видов репрессий по этническому признаку.

Докладчик отметил, что прекращение деятельности республиканской Комиссии по реабилитации репрессированных народов было преждевременным решением. Он высказался за возобновление работы комиссии.


На конференции выступили руководители делегаций субъектов РФ, которые рассказали о вопросах, связанных с реабилитацией своих народов: руководитель делегации балкарского народа Суфьян Беппаев, руководитель делегации чеченского народа Абдулла Бугаев, руководитель делегации ингушского народа Ваха Хамхоев, руководитель делегации калмыкского народа Владимир Ушаев, представители казачества и др.

В ходе конференции выступили директор Московского Бюро по правам человека, член Совета по правам человека при Президенте РФ Александр Брод.

«Всех нас объединяет тема восстановления исторической справедливости, сохранения исторической памяти, извлечения уроков из нашей общей трагической истории. Все вопросы, связанные с историей, с восстановлением справедливости репрессированных народов необходимо рассматривать в неразрывной правовой среде», - сказал Александр Брод.

Он подчеркнул, что для решения обозначенных задач, оргкомитету конференции необходимо усилить работу с институтами гражданского общества на Северном Кавказе, Общественным советом СКФО, Общественными палатами субъектов Северного Кавказа, с Уполномоченными по правам человека.

Александр Брод предложил рассмотреть вопросы, касающиеся прав репрессированных народов Юга России, на базе Совета по правам человека при Президенте Российской Федерации.
[/JUSTIFY] [JUSTIFY]Президент Общественной организации «Федеральная национально-культурная автономия российских немцев» Генри Мартенс в своем выступлении заметил, что необходимо привести законодательные документы, касающиеся репрессированных народов, в соответствие с сегодняшними условиями, поскольку за 22 года, прошедших с момента принятия закона «О реабилитации репрессированных народов», ситуация существенно изменилась.

Он выразил уверенность о необходимости создания рабочей группы совместно с Комитетом Государственной Думы РФ по делам национальностей и другими государственными органами, состоящую из экспертов и представителей общественности, которые должны разработать рекомендации и предложения по совершенствованию законодательной базы, направленной на продолжение практической реабилитации репрессированных народов в рамках Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации.


Кроме того, в ходе конференции выступили депутат Европейского Парламента Йохан Эвалд Штадлер, вице-президент Академии геополитических проблем Деньга Халидов, депутат Сейма Латвии Игорс Мельниковс и др.
[/JUSTIFY] [JUSTIFY] После окончания пленарного заседания, состоялась работа в 3-х секциях, на которых обсуждались вопросы депортации народов России и круг проблем, связанных с реализацией Закона РФ «О реабилитации репрессированных народов», а также – средства и методы реабилитации репрессированных народов и отношение к проблеме депортации в современном мире.

После завершения работы по секциям состоялось обсуждение и принятие итоговых документов - Резолюции и Декларации участников форума. [/JUSTIFY] [JUSTIFY]Одно из резолюционных решений – создание Координационного совета репрессированных народов Юга России для обсуждения и решения на системной основе текущих проблем социально-экономического и культурного развития в рамках реабилитационного процесса. [/JUSTIFY] [JUSTIFY]В рамках конференции были организованы выставки работ скульпторов, художников, выставлена научная и литературная продукция, архивные документы.

http://www.kchr.ru/


Участники международной конференции пообщались с представителями региональных и федеральных СМИ

Участники первой международной конференция "Права репрессированных народов в современном мире", приуроченной к 70-летию начала депортации народов Юга России, пообщались с журналистами федеральных и региональных СМИ. Встреча состоялась в малом зале Дома Правительства.

Организации конференции Карачаево-Черкесской республикой была дана высокая оценка. Представители Европарламента отметили, что мероприятие проведено на должном уровне.

Говоря о роли и значимости конференции в решении вопросов реабилитации репрессированных народов, первый заместитель председателя Народного Собрания Карачаево-Черкесской республики, председатель общественной национальной организации "Къарачай алан халкъ" Руслан Хабов отметил, что в принятой резолюции отражены основные предложения участников конференции.

«Мы приняли резолюцию, где конкретно указали, что необходимо делать на федеральном уровне и региональном уровне, чтобы принятые законы и нормативные акты исполнялись. Ни один из участников не сказал, что нужно принять какой-то новый законодательный акт. Мы будем рекомендовать федеральному центру, соответствующим ведомствам РФ и регионов, чтобы основной закон исполнялся ", - сказал Руслан Хабов.


Участники конференции рассказали, что поддержали решение образовать Координационный совет репрессированных народов Юга России. В его состав войдут по два-три человека от всех репрессированных народов.


« Это будет мобильный рабочий орган, где будут собираться и обрабатываться предложения, замечания и рекомендации от всех репрессированных народов и региональных органов власти, где сегодня живут представители репрессированных народов, чтобы выходить на федеральный уровень с согласованными предложениями», - отметил Р. Хабов.

http://www.kchr.ru/


 
Люди, оставьте свои надежды, возложенные на эту конференцию. Идея проведения данной конференции была спущена сверху, в пику "крымской " для нивелирования её деятельности."Крымская"конференция рассматривается властью РФ как антироссийская. Очень жалко, что для этого маневра была выбрана карачаевская организация "Карачай Алан Халк". Так как она является ручной организацией власти КЧР, отказаться она не смогла. Почему не ингуши? Не чеченцы? Не калмыки? На нашу организацию возложили эту не благоприятную миссию по спасению РФ от претензий репрессированных народов(обоснованную претензию, так как РФ правопреемница СССР ).Понятно одно- власти страны не собираются как либо решать данную проблему:неа:
Я не держу зла. Мое зло неудержимо.
 
Цитата
dreamer пишет: Понятно одно- власти страны не собираются как либо решать данную проблему:неа:

если бы они ее хотели бы решить, то довели бы до конца все по закону о репрессированных народов, не было бы острых проблем ни у карачаево-балкарцев, ни у вайнахов (ингушей и ауховцев), калмык, даже в Дагестане с их локальными насильственными депортациями с гор на равнину и по равнине, ни у нас.
Цитата
dreamer пишет:
Идея проведения данной конференции была спущена сверху, в пику "крымской " для нивелирования её деятельности.
а где можно почитать, про крымскую конференцию?
 
Цитата
Sagid пишет:
Первая международная конференция проводится именно в те же дни ( 16-17 мая 2013 года), когда намечалось проведение Съезда репрессированных народов СССР,
дабы нивелировать сам Съезд и итоги его работы - как бы ему в пику!
Но мы вовремя передёрнули "затвор"!
Съезд репрессированных народов СССР будет проходить 23 августа 2013 года в г. Симферополе (Крым, Украина).
А власти Украины дали добро на его проведение или противодействуют?
 
http://www.smikbr.ru/2013/zaman/05/21.pdf

Болумну тынгылы тинтгендиле, тамамланырыкъ ишлени белгилегендиле

Бу кюнледе Къарачай-Черкес республиканы ара шахарында репрессиялагъа тюшген миллетле биринчи Халкъла аралы конференциялары болгъанды.

Форумгъа малкъарлыланы, къалмукълуланы, ингушлуланы,чеченлилени, къарачайлыланы, къазакъланы, поволжьячы немецлилени, дагъыстанлыланы жамауат организацияларыны келечилери, Москвада адамны
эркинликлери жаны бла Бюрону директору, Россейни Президентинде адамны эркинликлери жаны бла Советни члени Александр Брод, Европарламентни депутаты Фабрицио Берто, къырал-дин байламлыкъла жаны бла проблемаланы тинтген АНО-ну «Информ-центр» арасыны директору Давуд Кахриманов, Европаны Миллет къымылдаула жаны бла альянсыны генеральный директору Валерио Циннети, республиканы Халкъ жыйылыууну депутатлары, правительствосуну келечилери, министерстволаны эм ведомстволаны башчылары, алимле,жазыучула, поэтле, илмуну эм культураны келечилери къатыш жамауат организацияларыны келечилери, Москвада адамныэркинликлери жаны бла Бюрону директору, Россейни Президентинде адамны эркинликлерижаны бла Советни члени Александр Брод, Европарламентни депутаты Фабрицио Берто, къырал-дин байламлыкъла жаны бла проблемаланы тинтген АНО-ну «Информ-центр» арасыны директору Давуд Кахриманов,
Европаны Миллет къымылдаула жаны бла альянсыны генеральный директору ВалериоЦиннети,
республиканы Халкъ жыйылыууну депутатлары, правительствосуну келечилери, министерстволаны эм ведомстволаны башчылары, алимле, жазыучула, поэтле, илмуну эм культураны келечилери къатышхандыла.
Дагъыда Москвадан,жууукъ эм узакъ тыш къыралладан Латвиядан, Голландия
дан, Австриядан, Бельгиядан,Чехословакиядан къонакъла да болгъандыла.

Джыйылыуну «Къарачай алан халкъы» жамауат организация къурагъанды. Аланы бу
ишлеринде уллу себепликни буреспубликаны Башчысы Темрезланы Рашид этгенди.

Малкъар халкъны атындан форумну ишине «Алан» жамауат организацияны башчысы
Беппайланы Суфиян эм аны членлери Беппайланы Муталип, Созайланы Ахмат, Абшаланы
Магомет, Мокъаланы Локъман, Беккиланы Азрет, КъараланыРасул, Жаболаны Жабраил
баргъандыла.


Къарачайлы къарындашларыбыз, конференциягъа келген делегацияланы барына да чекде
туз-гыржын бла тюбеп, Черкесск шахарда «Эдельвейс» къонакъ юйге ашыргъандыла. Орта кюн,


16-чы майда, сагъат онда уа форум Север Кавказны аграрно-технологический академиясыны
жыйылыула бардырылыучу залында башланнганды.

Эм алгъа жыйылгъанла ёлгенлеге дууа тутхандыла.Ызы бла сёз КъЧР-ни Башчысы Темрезланы Рашидге берилгенди.


Халкъланы туугъан жерлеринден зор бла кёчюргенли келир жыл 70-жыл боллукъду.
Бу конференция уа биринчиди.Анга Россейни таматалары уллу магъана бередиле, нек дегенде
жыйырмагъа жууукъ миллет артыкълыкъ сынагъандыла, дегенди. Ызы бла сюргюнде
ёлгенлени атларын ёмюрлюк этер эмда аллай къара кюнлени бир миллетни адамы да кёрмез
ючюн китап жарашдырып чыгъарыргъа тийишлиди, деп белгилегенди.
Ол, россейлиле биригип, къыралыбызны мындан ары кючлендирирге, игилендирирге
себеплик этерге кереклисин да айтханды. «Биз, жаланда уллу Россей бла бирге болуп, алгъа барлыкъбыз»,-деп чертгенди.

Форумда баш докладны «Къарачай-алан халкъ» жамауат организацияны председатели
Хабланы Руслан этгенди. Ол бу жыйылыуну ишине къатышыргъа ыразылыкъларын билдиргенлени барына да ыспас этгенди.

-Репрессиялагъа тюшген халкъланы проблемалары тамамланнгандыла, ала тарыхчы
ланы, окъуу китапла жазгъанланы ишлериди, дегенле адамла дачыгъадыла. Ала кеслерин, башхаланы да алдайдыла. Жашауда реабилитация этиу процесс ахырына жетдирилмегенди, ма аны ючюндю жыйырма жылны ичинде ол вопросланы Гаагский сюдню къараууна берирге итиниу да. Бу затланы Конференцияны ачып, аны биринчи ишчи минутларында айтханым да, ол ишни конституциядан таймай тамамларгъа кереклисин эсигизге
салыргъа сюйгеним бла байламлыды,- дегенди Хабланы Руслан.
Ол къарачайлыланы, чеченлилени бла ингушлуланы, малкъарлыланы ол замандагъывластьла не сылтаула бла азап чекдиргенлерини юсюнден шартла келтиргенди. «Аланы баш сылтаулары - бизни жокъ этип, жерлерибизни къолгъа алыу бла байламлы эди. Къарачайлыланы кёчюрюуге Ставрополь крайны ол замандагъы башчысы Михаил Сусловну уллу хатасы жетгенин айтхандыла.

Дагъыда докладчы кёчгюнчю халкъланы Орта Азияда эм Къазахстанда эркинликлери сыйырылып, къаллай къыйынлыкъла сынап жашагъанларыны, ол затлагъа кимле къатышханын, артха къайтхандан сорада, бир-бир жерледе тохтаргъа онг берилмегенини, бёлюннген ахча толусунлай эм кереклисича хайырланылмагъаныны, къарачайлыланы эркинликлери толусунлай къайтарылмагъаныны, битеу ол шартлагъа да къарамай, бусагъатда анда-мында бир-бир алимле, жазыучула да Сталинни ишлерин тюзге санап, кёчгюнчю халкъланы аманларгъа кюрешгенлерини юслеринден кесгин юлгюле келтиргенди.

Докладчы бу кюннге дери да къарачай халкъны кёп проблемасы болгъанын, аланы, болжалгъа салмай, тамамларгъа заман жетгенин да белгилегенди.РФ-ни УК-сыны 10-чу статьясына кёре, репрессиялагъа тюшген гражданланы сюргюнде болгъан жыллары юч кереге аслам болуп, ишчи стажгъа къошулургъа, культура жаны бла кёп иш этилирге, алагъа ушаш бир къауум иш тамамланыргъа кереклисин чертгенди. Сёзюню ахырында Хаб улу къарачай халкъны реабилитация этиу жаны бла тамамланылгъан жумушланы юсюнден да айтханды.

Бу жыйылыугъа кёз къарамы бла Беппайланы Суфиян да сёлешгенди. Кёчгюнчюлюкню юсюнден бек кёп заманны айтып турургъа боллукъду, нек дегенде ол бизни халкъланы жюреклерине теренжара салгъанды. Болсада къырал башчыланы ол заманда этген осал ишлерине женгдиргенлерин, артха,туугъан журтларыбызгъа къайтыргъа эркинлик берилгенин, репрессиялагъа тюшгенлени айнытыу жаны бла федеральный законла жашауда бардырылгъанларын да унутмазгъакерекди. 90-чы жыллада ол мурат бла аслам ахча берилген
эди. Болсада контроль къатыланмагъаныны хатасындан аланы иги кесеги тийишлисича хайырланылмагъанды, деп республикада болумну юсюнден тынгылы айтханды.

2005 жылдан бери репрессиялагъа тюшген хар пенсиячыгъа ахча берилгенди. Биринчи заманда ол 400 энди уа 700 сом болгъанын, жашау-коммунальный жумушлагъа деп ахча бёлюннгенин да эсгертгенди. Алай а ол тёлеулени кесини боюнуна Федеральный бюджет алса тап боллугъун да билдиргенди.

Битеу тау эллеге газ келгенин,Тёбен Черек гидроэлектростанция да салынып бошала тургъанын, Къабарты-Малкъарда федеральный эм республикалы бюджетден политика репрессиялагъа тюшгенлени хурметине М емориал ишленнгенин, КъМР-де Къулийланы Къайсын атлы Малкъар къырал драма театр, «Балкария» тепсеу-этнография ансамбль къуралгъанларын,жыл сайын 28-чи мартда Малкъар халкъны жангырыууну кюню белгиленнгенин, биз да башха миллетле бла тенг жашагъаныбызны эм айныгъаныбызны айтмай жарамаз, дегенди.

Уллу Ата журт урушну кезиуюнде Совет Союзну Жигити деген атха эки жашыбыз
тийишли болгъанды. Тогъуз да Социалист Урунууну Жигитлери, Ленинчи, эм Къырал саугъаланы лауреатлары, академикле, генералла, СССР-ни эм РФ-ни халкъ артистлери, илмуланы докторлары эм профессорларыбыз бардыла.

Бизни халкъ, кёчгюнчюлюкню къыйынлыкъларына да къарамай, бир кишиге къара ниет
тутмагъанды. Аны бла бирге белгилемей кетерге дурус кёрмейме. Биз, башхалача, бусагъатда экономика къытлыкъны сынайбыз. Арт кезиуде таулула аслам жашагъан жерледе промышленный предприятияла, колхозла, совхозла, халкъныжумушларын тамамлагъан предприятияла жокъ болгъандыла, жерле федеральный неда республиканы оноууна берилгендиле. Битеу ол сылтауланы хатасындан ишсизлик ёсгенди, жаш адамла республикадан тышына кетип, амал табаргъа кюрешедиле. Болсада, биз билебиз, Россей Федерацияны,Къабарты-Малкъарны башчылары да ол тюрлю проблемаланы тамамлауну жолларынизлейдимле.

Дагъыда чертип айтыргъа сюеме: бизни бир-бир келечилерибиз, репрессиялагъа
тюшгенлени проблемаларын кеслерини неда тыш къыралланы сейирлерин толтурур мурат-
да бармакъгъа чёргеп, Россей Федерацияда къаугъала къозгъаргъа кюрешедиле. Биз а,
халкъларыбызны атларындан сёлеше, ол тюрлю ниетлеге жол бермезге керекбиз. Бизни
оюмубузгъа кёре, болгъан жарсыуларыбызны россейли законлагъа тийишлиликде тамамларгъа
керекди. Бу жумушлагъа тышындан къатышыуну биз унарыкъ тюйюлбюз. Проблемаларыбыз-
ны къыралыбыздан, кесибизден сора киши тамамларыкъ тюйюлдю деп, Беппай улу репрессиялагъа тюшген халкъланы келечилеринден Координация совет къураргъа, аны арасы
Черкесск шахарда болурча деген предложение этгенди.

Конференцияда Александр Брод, Берто Фабрицио, Давуд Кахриманов, чечен, ингуш, къалмукъ, Поволжье немецлилени, къазакъланы делегацияларыны башчылары да сёлешгендиле. Ала да тюрлю-тюрлю оюмла айтхандыла, халны игилендирир жолларын ачыкълагъандыла.

Ызы бла делегацияланы къауумлары секциялада ишлегендиле. Ала «Россейни халкъларыны депортациясы эм 1991 жылда 26-чы апрельден Россей Федерацияны «Репрессиялагъа тюшген халкъланы реабилитациялау» деген Закону къалай толтурулгъаныны проблемалары», «Репрессиялагъа тюшген халкъланы реабилитациялауну амаллары эм мадарлары», «Депортация бла байламлы СМИ-де дурус жазыу,кёргюзтюу эм айтыу» деген атла бла бардырылгъандыла.

Конференцияда кёп вопросла кётюрюлгендиле, предложенияла берилгендиле. Ахырында
резолюция эм декларация къабыл этилгендиле. Форум республикада белгили жырчыланы эм
«Эльбрус» тепсеу коллективниконцерт программасы бла бошалгъанды.

ХОЛАЛАНЫ Марзият.
Суратла авторнудула
 
Научно-практическая Конференция «Права репрессированных народов в современном мире (к 70-летию начала депортации народов Юга России)».

Доклад кандидата философских наук Нюр-Магомета ЛАЙПАНОВА:
«Объективное освещение истории репрессированных народов России – важнейшая задача российской историографии и СМИ»

Уважаемые коллеги, товарищи! Тема объективного освещения истории репрессированных народов России – это, прежде всего, проблема объективного отношения к этим народам. В тяжелые годы репрессий именно об этой объективности мечтало наше старшее поколение. И, видимо, наивно полагало, а вот, если бы там знали в Кремле, если бы знал тов. Сталин, он бы распорядился…

Читая материалы съездов репрессированных народов перестроечных лет, тоже замечаешь вот эту особенность: упрямую веру представителей репрессированных народов, что вот, если услышат их власти на самом верху, то непременно восторжествуют справедливость и объективность…Лейтмотивом в них всех проходит мысль, что «они хотят быть равными среди равных»… Но проходят десятилетия и, несмотря на принятие высшей законодательной властью страны Закона РФ «О реабилитации…», отдельных законных и подзаконных актов по каждому из репрессированных народов, отдельных, скажем прямо, куцых, практических шагов, призванных реабилитировать наказанные народы, тема объективного освещения их истории, а, стало быть, и объективного к ним отношения остается актуальнейшей задачей не только историографии и СМИ, но реальной политики возрождения России как демократического многонационального и социального государства.

Да, ради той же объективности, следует подчеркнуть, что реабилитационные процессы пришлись на непредвиденные годы исчезновения СССР, политического и экономического хаоса, начало строительства нового государства, когда встал реальный вопрос о новой историографии России, где история репрессированных народов является только одной из составляющих ее частей. Причем ревизии требовало все и вся как в советский период нашей истории, так и в дореволюционный. Как мы знаем, эта проблематика стоит и по сей день как задача номер один перед нынешней российской историографией. Я об этом говорю именно потому, чтобы мы, критикуя за отсутствие вот этой вожделенной объективной историографии депортированных народов, не забывали о главном: что нет объективной историографии у страны в целом и по сей день. Иначе говоря, объективная историография депортированных народов России - невозможна без объективной историографии страны вообще. Полагаю, что этот посыл важен не только для нынешней исторической науки, но и для отечественного обществоведения. Причем очень важно отметить, что историю депортированных народов невозможно сегодня рассматривать вне контекста Второй Мировой – Отечественной войны, историография которой самым непосредственным образом детерминирует причины, ход и следствие репрессий целых народов России.

Образно говоря: объективное отношение к депортированным народам России и объективное освещение их истории – тот оселок отечественной историографии, который способен исправить и вернуть ее в строго научное поле. Полагаю, имея в виду саму историографию Великой Отечественной войны, настал период ее рассмотрения и как продолжающейся Гражданской, иначе вообще невозможно сколь-нибудь объективно оценить и объяснить так называемый коллаборационизм миллионов советских людей (армий, дивизий и соединений), 90% которых являлись представителями самых многочисленных народов СССР, причем в большей доле, чем у репрессированных народов. Думаю, тут надо согласиться с доктором исторических наук Игорем Чубайсом, который, пожалуй, первым заявил, что объяснение тут может быть одно: генералиссимус Сталин вел одновременно гражданскую войну с собственным народом. А, стало быть, надо сегодня ставить перед отечественной историографией задачу об объективном отношении к тем небольшим по численности группам или бандам в годы войны из числа депортированных народов, кого и историки самих депортированных народов, относят по сегодня к предателям и коллаборантам. Думается, что не только для честного историка, но для всякого трезвомыслящего человека, очевидно: что с момента революции и все годы ленинско-сталинского террора эти будущие «коллаборанты» были выдавлены на обочину истории самой властью, которая исковеркала жизнь и судьбы целых слоев населения практически у всех народов бывшего СССР. Когда речь идет о миллионах людей, которые сознательно, в условиях тотальной войны выбрали из двух зол сторону, нападающую на их родину, то надо думать: а была ли другая разумная (вне лагерная) альтернатива для них? Исследования последних лет историками депортированных народов убедительно показывают: те немногие люди из их числа, сотрудничавшие с врагом на оккупированной территории, на самом деле спасали советских и партийных работников, раненых и отставших красноармейцев, евреев и партизан. Эти примеры приведены в работах карачаево-балкарских, чечено-ингушских, калмыцких историков и диссертантов. Очевидно, что дифференцированный подход к судьбам наших людей в те непростые лютые годы – единственный возможный и честный прием современной историографии.


Ради той же объективности, следует сказать: за прошедшие 20 лет со дня принятия закона о реабилитации, наблюдается явный прогресс у целого ряда советских-российских историков в объективном освещении истории депортированных народов. В 2012 году издан солидный обобщающий труд коллектива авторов: Безугольный А.Ю., Бугай Н.Ф., Кринко Е.Ф. Горцы Северного Кавказа в Великой Отечественной войне в 1941-1945 гг.: проблемы истории, историографии и источниковедения. С тиражом 3000 экз. Причем монография обсуждена и рекомендована к изданию на заседании Центра изучения Центральной Азии, Кавказа и Урало-Поволжья Института востоковедения РАН 7 сентября 2011 г. При в целом положительном освещении всех процессов в указанный период истории Северного Кавказа, попытке периодизации, декларируемой объективистской методологии подхода к этим процессам, обращает внимание на себя некритическое отношение авторов к архивным данным, сфабрикованным как партийно-советскими органами автономий Северного Кавказа, так и органов НКВД и госбезопасности, которые на потребу дня и в защиту мундира, составляли удобные для себя оправдательные доклады для Центра, призванные аргументировать как свое бездействие, так и произвол, чинимый ими в отношении местного населения. Обращает внимание, что от данных авторов не скрыты сотни статей, специальных работ, диссертаций, которые успешно защищены представителями репрессированных народов по данной проблематике, но, ссылаясь на них, в данной монографии основная фактология и аргументация черпается из официальных данных НКВД И ГБ, советско-партийных органов. Достаточно сказать, что то немногое, справедливое, сделанное федеральной властью в отношении депортированных народов за последние десятилетия, не нашло отражения ни в таблицах, обильно приведенных в монографии, ни в дополнении или опровержении ложных цифр и % соотношений, которые призваны показать, что доля участия репрессированных горцев Кавказа в Великой Отечественной войне, несмотря на то, что их сняли с фронта в 1943-44 годах, не только не ниже, чем у остальных, но и зачастую выше, а по числу героизма, с учетом присвоения в начале 90-х годов ХХ в. многим из них званий Героев России за совершенные подвиги в годы войны, они выбиваются в первые ряды по их числу в целом среди всех народов СССР. Но, к сожалению, такие данные и таблицы остались за бортом этой свежей монографии. Между тем, конечно же, ее нужно рассматривать все же как труд, который приближает отечественную историографию к объективному освещению истории депортированных народов.


Совершенно негативно нужно оценить, несмотря на массовые и судебные протесты карачаевцев и казачества КЧР, повторные выпуски в Ставропольских издательствах тиражей злобной книги Христинина и Попутько «Именем ВЧК», само название которой убедительно показывает, чьим именем и по чьим цифрам, но и по молчаливому согласию снова тиражируется эта макулатура, построенная полностью на фальсификации истории карачаевского народа.

Неоднократно раздавались протесты по поводу диссертации А. М. Гонова, в которой проводится мысль, что сталинско-бериевская депортация народов юга России была «насильственным» (вынужденным) переселением.

К особо злопыхательскому «труду», просто подрывающему реабилитационный процесс наших народов, нужно, бесспорно, отнести изданную и переиздаваемую многотысячными тиражами злопыхательскую книжонку И.В. Пыхалова «За что Сталин высылал народы? Сталинские депортации – преступный произвол или справедливое возмездие? М.,2008 г. Он прямо называет сталинские депортации народов «как справедливое», «гуманное» в условиях военного времени возмездие. Отрадно отметить, что авторы указанной выше обобщающей монографии «Безугольный А.Ю., Бугай Н.Ф., Кринко Е.Ф. крайне негативно оценили эту тенденциозную кавказофобскую работу Пыхалова, как откровенно фальсифицированную, однобокую, констатировав, что ряд статей этого автора признаны судом Республики Ингушетия экстремистскими, включенными в федеральный список экстремисткой литературы.


За неимением времени, а также, считая, что одно перечисление авторов и краткие характеристики их работ по истории депортации народов юга России, которые появились в последние два десятилетия, займет не одно выступление, я все же хотел бы тут отметить их этническую особенность и патриотическую направленность, которая не позволяет им выйти за пределы именно вот этой этнической обусловленности. И этому есть реальное объяснение.

Бесспорно, хотя национальные репрессии были национальными поголовно, реабилитация же, как оказалось, стало делом индивидуальным. Каждый народ, признанный по закону о реабилитации, реабилитированным, в ходе юридического оформления своей реабилитации стал ее проходить на уровне физических лиц. Чтобы получить так называемую компенсацию за утерянное имущество, люди вынуждены были в специальном отделе при МВД республик получать реабилитационные справки, которые выдавались на основе архивных данных о выселении каждой семьи. Кто видел эти архивные справки, может однозначно подтвердить, что они практически для всех сфабрикованы по одному шаблону, в ник указано минимальное число домашней утвари, просто смехотворное. Аналогична этим справкам и сама сумма денежной выплаты на семью: в начале с учетом инфляции, например, по КЧР сумма составляла 5,5 т. рублей, в конце завершения выплат дошло, видимо, с учетом инфляции, до 10 тыс. руб.

Аналогичны также и другие меры реабилитационного процесса. Наиболее юридически неправомерными и морально ущербными представляются действия федеральных властей, переложивших всю проблематику выплат и льгот реабилитиронным с федерального уровня на уровень региональный, будто подвергли депортации народы не федеральные органы власти, а региональные.

Невнятные действия федеральных властей при исполнении самими ими же принятых законных и подзаконных актов по каждому из реабилитированных народов, не говоря о том, что многие из них просто игнорированы и не выполнены, создают противоречия в умах не только у политически ангажированных людей как историков, политологов, обществоведов, работников СМИ, но и у простых людей. Поэтому в диссертациях представителей соседних народов, не подвергнутых репрессиям, как, например, у того же Гонова, возникает соблазн поставить под сомнение Закон РФ «О реабилитации репрессированных народов России», раз он пришел к выводу в своем исследовании, что это была не депортация, а вынужденное переселение. И дело ведь не в самом единичном случае с Гоновым. На местах такие сомнительные трактовки вопросов реабилитации, в действиях реальных политиков оборачиваются непониманием проблем депортированных народов, а то и прямым нежеланием решить их проблемы. Мне представляется, что корни нерешенности и торпедирования проблем, например, балкарцев кроются вот в этих «гоновских» подходах к реабилитации балкарского народа.

Возможно, что и отсутствие в законе характеристики национальных репрессий как геноцида (в его международной классификации), наряду с половинчатостью мер реабилитации, а где-то их провала или игнорирования, делают возможным и в современной российской историографии постоянно реанимировать различные, высосанные из пальца, теории предательства и инсинуации о вине репрессированных народов, ценность которых в целом можно подвергнуть остракизму как фразу Берии за что выслали балкарцев… «за неспособность защитить Эльбрус…».

Официальная история страны, официальные историки, остепененные и получающие заработную плату за счет налогоплательщиков, должны же быть политкорректны в отношении законов собственного государства, истории ее народов, их трагических жертв. Это ведь так элементарно. И дело не в призыве к единомыслию или цензуре. Политкорректность или ее отсутствие в среде носителей знаний, политехнологов и толкователей истории многонациональной страны тут же перебрасывается в среду незрелой молодежи. И мы видим воочию, какие злые ростки оно может пустить, оборачиваясь то Манежной площадью, то еще какой-либо потасовкой на межнациональном уровне, реально угрожая единству страны, подвергая сомнению многовековую дружбу народов России. И надо сказать, что молодежь репрессированных народов наиболее остро чувствует ущемления в этой сфере, когда их начинают упрекать фальшивками сталинско-бериевского изготовления.


Хотелось бы здесь остановиться на работах историков и авторов из среды репрессированных народов, которые единственно продуктивны в ситуации, когда нет четкой историографической линии в отечественной истории на объективизм. Я имею в виду такие важные работы последнего времени, как о вкладе репрессированных народов России в общую победу в Великой Отечественной войне, а также в послевоенное восстановление страны. Предстоит детальное пофамильное изучение истории тех наших представителей, кто оказался и до сих пор находится за боротом истории, числясь во врагах или безвестен.

Практически слабо в российской историографии пока изучены и приобщены в оборот зарубежные источники, в том числе мало этим занимаются историки самих репрессированных народов. Заинтересованный взгляд именно местных историков и авторов также на краеведческом уровне может помочь восполнить темные или отсутствующие страницы истории репрессированных народов. Если уместен, перефраз крылатого выражения незабвенного Козьмы Пруткова, что спасение утопающего – дело самого утопающего, хотелось бы в завершение сказать: реабилитация, как восстановление, дело сугубо индивидуальное. И поскольку любой народ составляет сумму этих индивидуальностей, то, надо прямо сказать: реабилитация – дело реабилитируемого. Реабилитация народов, их оболганной истории – также, в корне своем, дело сугубо национальное. Потому кропотливое, долгое, но благородное, как дело чести.


В целом же для отечественной историографии и для честных представителей средств массовой информации – объективность в освещении истории депортированных народов – вопрос профессионализма, зрелой гражданственности, российской этничности, когда «нет ни эллина, ни иудея…», когда беда и боль любого народа нашего большого Отечества воспринимаются, как своя, как своего народа.
 
 
16 сентября 2013г

Оргкомитет внес изменения в план проведения мероприятий, посвященных 70-летию депортации карачаевского народа


Сегодня в Малом зале Дома Правительства КЧР состоялось очередное заседание Оргкомитета по подготовке и проведению мероприятий, посвященных 70-летию депортации карачаевского народа, которое провел председатель Оргкомитета, первый заместитель председателя Народного Собрания (Парламента) КЧР – председатель общественной организации «Къарачай алан халкъ» Руслан Хабов. На заседании присутствовали первый заместитель руководителя Администрации Главы и Правительства КЧР Надежда Пивоварова и вице-премьер республики Джанибек Суюнов.
Темой обсуждения стали вопросы выполнения плана мероприятий по подготовке и проведению мероприятий, посвященных 70-летию депортации карачаевского народа.

Руслан Хабов сообщил присутствующим о том, что часть пунктов плана, связанная с привлечением молодежи к проведению уроков памяти и конкурсов чтецов, вокалистов, танцоров, а также демонстрацией документальных фильмов о депортации карачаевского народа, успешно выполняется. При этом за оставшееся до траурной даты время предстоит сделать еще немало. В частности, провести «круглые столы», демонстрации фильмов и спектаклей по местному телевидению, выставки и презентации книг, подготовить объекты, где будут проводиться массовые мероприятия. Были озвучены предложения по переименованию улиц и учебных заведений на территории Карачаево-Черкесии в честь героев и выдающихся жителей региона – представителей всех народов КЧР.

Руководители районных администраций и другие члены Оргкомитета внесли предложения по расширению списка запланированных работ. Было предложено открыть памятник жертвам депортации карачаевского народа в микрорайоне Черкесска Юбилейном, а рядом с ним посадить 70 деревьев по случаю скорбной даты. Кроме того поступило предложение включить в план республиканских мероприятий открытие стелы в ауле Учкекен в память о 22 тысячах детей, уроженцев этого населенного пункта, погибших во время депортации.

В завершение заседания председатель Оргкомитета отметил необходимость доработки плана мероприятий по подготовке и проведению 70-летия депортации карачаевского народа.


kchr.ru
 
Китаб басмадан чыкъды.

Права репрессированных народов в современном мире. (к 70-летию начала депортации народов Юга России). Материалы I Международной конференции 16-17 мая 2013 г. Черкесск, 2014 г.
 
Сегодня 23 февраля - День депортации чечено-ингушского народа.

О депортации и проблемах восстановления прав ингущского народа в статье Тамерлана Муталиева

ДЕПОРТАЦИЯ ИНГУШСКОГО НАРОДА 1944 ГОДА: УРОКИ ИСТОРИИ И СОВРЕМЕННОСТЬ

Многовековая история ингушского народа знает немало горьких страниц, но и в их ряду особняком стоит величайшая трагедия, начавшаяся 23 февраля 1944 года тотальной депортацией ингушского народа в Казахстан и Среднюю Азию. Много лет прошло с того дня. За это время родилось и выросло несколько поколений. Однако последствия этой чудовищной акции не только не изжиты до конца, но и по ряду жизненно важных аспектов оборачиваются новыми трагедиями в жизни не только репрессированных народов, но и по крайней мере их ближайших соседей.

При анализе причин этого злодеяния, в частности, в отношении ингушей и чеченцев, принципиальное значение имеет свидетельство известного ученого-эмигранта, осетина по национальности Г.А. Токаева.
«Уже в начале 1940 года Генштаб СССР пришел к письменному выводу, что в случае войны в южном направлении народы неспокойного края могут стать занозой в чувствительном месте военной машины, что поэтому было бы стратегически целесообразно принять своевременные «особые меры». Что это за «особые меры» мы охотно разъясним, если Сталин и Штеменко готовы принять приглашение опровергнуть наше утверждение», — писал Токаев в 1951 году.

Трагедию наших народов 1943-1944 годов Г.А. Токаев напрямую связывает с этим заключением Генштаба. С ним же, по его мнению, связано и решение объединенного заседания Политбюро ЦК ВКП (б) и Государственного Комитета по обороне от 11 февраля 1943 года о выселении чеченцев и ингушей (т.е. за год до его осуществления) по причинам якобы:
а) отказа чеченцев и ингушей подчиниться приказам Верховного Главнокомандования Красной Армии;
б) попыток создать свою особую национальную армию для борьбы против советской власти совместно с немцами (автор этих строк знает детали этой «особой армии» и ему не кажется неприличным для Сталина включение высшего ареопага империи столь низкой, ребяческой и циничной неправды (!);
в) совместных с немцами боевых действий в тылу Красной Армии (чего стоит этот притянутый за уши мотив видно хотя бы из того, что Ч И АССР не была даже оккупирована ни на одну минуту и, следовательно, никак не могла действовать «совместно с немцами», продолжает Токаев (там же).
Показательно, что все участники этого заседания считали, что чеченцы и ингуши действительно являются неисправимыми антисоветчиками, и рано или поздно их надо будет выселить подальше от Кавказа, но от немедленной расправы следует пока воздержаться, чтобы:
а) не снабдить геббельсовскую пропаганду могущественным оружием против СССР;
б) острая новость не проникла на еще недостаточно удалившийся фронт и не повлияла отрицательно на моральное состояние войск;
в) не создать серьезного повода для антисоветского восстания в Крыму, Украине, Молдавии, Белоруссии, Эстонии, Литве, Латвии, Карелии и, может быть, других народов Восточной Европы».

В пользу подлинности сообщаемых Г.А. Токаевым сведений свидетельствует многое. Мы знаем, что еще задолго до выселения чеченцев и ингушей в республике войска НКВД под предлогом борьбы с бандитизмом сплошь и рядом учиняли террор и насилие над мирным населением, провоцируя вспышки недовольства, готовя тем самым «обоснование» предстоящей жестокой акции. Опубликованные А. Божедомовым документы из Чечено-Ингушского партархива убедительно подтверждают это. Следует отметить, что ни советские, ни современные российские историки практически ничего нового не внесли в анализ причин депортации, в дополнение к цитированной работе Токаева. Он же одним из первых показал неубедительность и даже лживость этой аргументации.

Сознательно опускаю подробности, связанные с характером депортации многих сотен тысяч людей, условиями их переброски к местам ссылки и невыносимо тяжелой жизни, сложившейся у них, особенно в первые годы выселения. Обращу внимание лишь на то, что эшелоны товарных вагонов с ингушами и чеченцами в пути находились от 12 до 32 суток. Только за период с 23 февраля 1944 года до 1 октября 1945 года численность ингушей и чеченцев сократилась более чем на 91 тысячу человек. Эти факты самодостаточны, они вопиюще многозначительны.

Депортация разбросала людей отдельными группами на огромных территориальных пространствах, поставила их в такие условия, в которых требовались высочайшая сила духа и сплоченность не только для сохранения этнического облика, но и просто для физического выживания. Постановлением СНК СССР от 24 ноября 1948 года, Указом Президиума ВС СССР от 26 ноября того же года не только закреплялся «вечный» характер переселения, но и было предусмотрено все необходимое, чтобы выжившие спецпереселенцы растворились в окружающей инонациональной среде.

Но вернемся в 1944 год. Еще первые эшелоны с депортированными не успели доехать до Казахстана, а на Кавказе уже вовсю кипела работа по разделу их территорий, домов, скота и имущества. Указом Президиума ВС СССР от 7 марта 1944 года территория ЧИАССР была поделена между вновь созданной Грозненской областью, Грузинской ССР, Дагестанской и Северо-Осетинской АССР.

Даже человека, хорошо знакомого с механикой беззакония сталинского режима, поражает степень цинизма, с которым готовился Указ от 7 марта 1944 года «О ликвидации Чечено-Ингушской АССР и об административном устройстве ее территории». В этом не трудно убедиться, ознакомившись с двумя телеграммами Л.П. Берии И.В. Сталину от 26 и 27 февраля 1944 года. В первой из этих телеграмм СОАССР предлагается увеличить за счет Ачалукского, Назрановского и Пседахского районов в существующих границах, а также Пригородного района, за исключением его южной высокогорной части и части Сунженского района, нефтеносный Малгобекский район предполагалось включить в состав Грозненского округа, чтобы не отрывать его от объединения «Грознефть».

Вторая телеграмма Берии, посланная тому же адресату на следующий день — 27 февраля, свидетельствует о том, что Сталину показалось недостаточным планирующееся территориальное приращение Северной Осетии. Судите сами. Текст телеграммы Берии от 27 февраля 1944 года гласит: «В соответствии с Вашими указаниями и замечаниями, по нашим предложениям о ликвидации Чечено-Ингушской АССР и об административном устройстве ее территории, прошу рассмотреть и утвердить следующие дополнительные предложения:
1. Малгобекский район ЧИАССР включить в состав Северо-Осетинской АССР.
2. Передать в состав Северо-Осетинской АССР г. Моздок и прилегающую к нему южную часть Моздокского района.
3. В связи с этим включить в состав Северо-Осетинской АССР также часть Курпского района Кабардино-Балкарской АССР».
В результате, по словам Берии, Северная Осетия получила только одной «хорошей пашни» 128 тыс. га.

Свидетельство Берии о личном участии Сталина в сказочно щедром увеличении территории Северной Осетии убедительно дополняют воспоминания Кулова, работавшего в 1944 году Председателем Совнаркома СОАССР. «Хозяин (т.е. Сталин), — пишет он, — мне прямо из Кремля позвонил и на ломаном осетинском языке спросил: (далее фраза на осетинском и ее перевод) «Как наш город назывался раньше?» — «Я сперва растерялся, — продолжает далее Кулов, потом ответил: — Владикавказ». — Далее в тексте вновь следует фраза на осетинском языке и ее перевод: «Нет, я спрашиваю по-осетински, кацо!» — «О, о Дзауджикау!» — попросил извинения. — «Так назовите его, как раньше. Дзауджикау, за то, что наши во время войны показали себя героями». — Тогда же, — завершает этот эпизод своих воспоминаний Кулов, — по Указу ВС СССР город Орджоникидзе был переименован в Дзауджикау».

Мне же остается обратить ваше внимание лишь на то, что оба разговора Сталина — и с Берией и с Куловым — состоялись в ночь с 26 на 27 февраля. Именно после этих бесед в проект секретного Указа Президиума ВС СССР были внесены изменения, увеличивающие территорию СОАССР не только за счет Пригородного, Ачалукского, Пседахского, Назрановского, части Сунженского районов ЧИАССР, но и дополнительным включением в ее состав нефтеносного Малгобекского района, Курпского района Кабардино-Балкарии и всего Моздокского района Ставропольского края.

Поэтому с полным основанием в 1949 году тот же Кулов, ставший уже первым секретарем Северо-Осетинского обкома ВКП (б), в отчетном докладе на 13-ой областной партконференции говорил:
«В начале 1944 года в жизни нашей республики произошли крупные исторические события. Благодаря постоянным заботам большевистской партии, лично товарища Сталина в феврале 1944 года Советским правительством были приняты государственной важности решения по дальнейшему развитию и укреплению Северо-Осетинской АССР.
К Северной Осетии были присоединены новые районы, среди них — город нефтяников Малгобек, Моздокский и Курпский районы… Территория нашей республики увеличилась до 50 %» («Социалистическая Осетия», 1949, 12 февраля).

С безошибочностью можно утверждать, что в этой части своего доклада партийный секретарь был вполне искренним и исторгал признательность «отцу всех народов» действительно из потаенных глубин души. Только вряд ли у него были и душа, и сердце. Ибо и то и другое у любого человека содрогнулись бы от одной мысли назвать последствия страшной трагедии своих ближайших соседей «крупным историческим событием».

Присоединение столь обширных территорий, казалось бы, должно удовлетворить даже самые неуемные аппетиты. Однако уже 4 апреля того же 1944 года руководство СОАССР ставит вопрос о передаче из состава соседнего с Моздокским Курского района Ставропольского края земель 9 колхозов и свиносовхоза «Терек».

И на этот раз мотивировка традиционная. Оказывается и эти территории якобы отличаются «экономическим и хозяйственным тяготением к Северо-Осетинской АССР». Авторов инициативы совсем не смущает вопрос, каким же это образом через месяц после передачи Моздокского района Северной Осетии вдруг возникает безудержное «тяготение» к СОАССР других территорий Ставропольского края, лежащих в сотне километров от собственно исторической территории этой республики? Видимо, специфичностью приведенной мотивировки объясняется то, что почти шесть лет потребовалось для решения этой задачи: лишь 13 февраля 1950 года Президиум Верховного Совета СССР внес частичные изменения в текст своего Указа от 7 марта 1944 года и передал эти земли Курского района Ставрополья Северной Осетии.

Завидную оперативность проявили в Северной Осетии в решении своих проблем и на юге — в вопросе о границах с Грузией. Как известно, рядом Указов Президиума Верховного Совета СССР в 1943-1944 годах после депортации чеченцев, ингушей, карачаевцев и балкарцев границы Грузинской ССР были смещены на северный склон Главного Кавказского хребта. Одновременно с южной частью Галашкинского и Пригородного районов Ингушетии в состав этой союзной республики была передана и южная часть Гизельдонского района Северо-Осетинской АССР.

Не успели еще утихнуть страсти вокруг ареста, суда и казни Лаврентии Берии, как руководители Северной Осетии уже обращаются в Президиум Верховного Совета СССР с просьбой «решить вопрос об отмене Указа Президиума Верховного Совета СССР от 7 марта 1944 года, согласно которому часть Гизельдонского и Пригородного районов Северо-Осетинской АССР была присоединена к Грузинской ССР.» И здесь не обошлось без лукавства: авторы «забыли» отметить, что южная часть Пригородного района передавалась в Казбегский район Грузии не из состава СОАССР, а из состава упразднявшейся названным Указом Чечено-Ингушской АССР. Разумеется и в этом, и в последующих обращениях они не забывали напоминать Москве, что «такое изменение южных границ Северной Осетии не вызвано ни экономическими, ни какими-либо другими разумными соображениями и являются актами вражеской деятельности авантюриста Берия».
При этом, конечно же, стыдливо опущена оценка «деятельности авантюриста Берии», неустанными стараниями которого было произведено 50-процентное приращение территории Северной Осетии в марте 1944 года.

Начавшиеся вскоре после этого процессы реабилитации репрессированных народов не умерили аппетиты этих государственных деятелей к чужим территориям. С аналогичными просьбами к союзному руководству они обращались даже после принятия ЦК КПСС в ноябре 1956 года решения о восстановлении Чечено-Ингушской АССР. Более того, уже после восстановления Чечено-Ингушской АССР и издания Указа Президиума Верховного Совета СССР «О передаче части территории Душетского и Казбегского районов из Грузинской ССР в состав РСФСР» от 11 января 1957 года, принятого в связи с восстановлением Чечено-Ингушской АССР», настойчивость руководства СОАССР лишь возросла. В конце января того же года в Президиум Верховного Совета РСФСР и в Совет Министров РСФСР с очередным ходатайством обращаются Председатель Президиума ВС СОАССР В. Дзанагов и Председатель СМ СОАССР Б. Зангиев.
Их не удовлетворяло, что антиконституционным решением ЦК КПСС в конце 1956 года Пригородный район в границах, определенных Указом Президиума Верховного Совета СССР от 7 марта 1944 года, передавался Северной Осетии.

Закономерно ставя вопрос о возвращении СОАССР южной части Гизельдонского района, переданной Грузии Указом от 7 марта 1944 года из состава Северной Осетии, они вопреки логике и объективным фактам активно требовали передачи своей республике и южной части Пригородного района, также возвращаемой из Грузии в состав РСФСР в связи с восстановлением Чечено-Ингушской АССР.

По их мнению, «включение этой территории в состав Северо-Осетинской АССР» вызывается следующими соображениями: «Нынешняя территория Чечено-Ингушской АССР с указанной территорией (южной частью Пригородного района ЧИАССР в границах до 7 марта 1944 года, ныне весь Джейрахский район Республики Ингушетия — Авт.), перешедшей в настоящее время из состава Грузинской ССР в состав РСФСР, не имеет экономической и территориальной связи». (Это действительно так, поскольку передача плоскостной части Пригородного района в состав Северной Осетии вернуло Ингушетию к состоянию, существовавшему до Октября 1917 года. Заложенные в период с 1859 по 1861 года на местах старинных ингушских селений казачьи станицы напрочь отделили эту часть горной Ингушетии от оставшихся ее плоскостных территорий. Передача в 1957 году плоскостной части Пригородного района в состав Северной Осетии, таким образом, восстановило былую территориальную разобщенность Ингушетии. — Авт.).

Продолжим цитирование документа. «Кроме того, на территории Ларсского сельского Совета, — пишут авторы, — по обеим сторонам реки Терек сооружена мощная гидроэлектростанция, на левом берегу находятся сама станция, ее контора, подсобные предприятия, больница, школа, три поселка и Ларсский сельский Совет. На правом берегу реки Терек находится тоннель протяженностью 8 километров, водосброс и другие сооружения гидроэлектростанции, а также три поселка, обслуживаемых Ларсским сельским советом. Таким образом, одно государственное предприятие, ГЭС, и его коллектив рабочих и служащих будут расположены на территории двух республик, что создает большие неудобства как для работы предприятия, так и для обслуживания населения». Кроме лжи по некоторым позициям письма, авторы «забыли» отметить, что вся территория, на которой расположена Эзминская ГЭС, и по правому и по левому берегу реки Терек в месте с населенными пунктами Джейрах, Мецхал, Эзми, Балта и другими составляли южную часть Пригородного района, переданного Указом от 7 марта 1944 года в состав Грузинской ССР и при полном ее возвращении ЧИАССР, как это полагалось по закону, гидроэлектростанция, кстати, построенная на средства Грузии, не испытывала бы тех страшных гипотетических проблем в своей деятельности, о которых столь проникновенно писали Дзанагов и Зангиев.

И наконец, главный аргумент руководителей СОАССР: «В экономическом и культурном отношении населенные пункты Дарьяльского сельского Совета (до 7 марта 1944 года — Джейрахский с/совет — Авт.) тяготеют непосредственно к Пригородному району и городу Орджоникидзе, так как удобные пути сообщения с ними имеются только через территорию Северной Осетии».

Здесь отчетливо и выпукло проступает логика какого-то опрокинутого мира, перманентного территориального экспансионизма руководства Северной Осетии, четко проявляющего с начала 20-х годов в независимости от персон, стоявших у руля республики. Получается, что просто опасно соседствовать с Северной Осетией. Любой клочок территории, который приглянется ее руководству, с точки зрения этого руководства «экономически и культурно» тяготеет к Северной Осетии и только поэтому рано или поздно оказывается в составе ее территории. Более того, прилегающие к полученной территории земли также вдруг начинают неудержимо опять-таки » в экономическом и культурном отношении тяготеть» к Северной Осетии. Так было не только с исконными территориями Ингушетии. Таким же образом добрая часть Кабарды, Ставропольского края в разные годы при Советской власти оказались в составе Северной Осетии.

Возвращаясь к исходу тяжбы, затеянной Северной Осетией по возвращаемым Грузией территориям, считаем нелишним напомнить, что не только вокруг гидроэлектростанции накалились страсти. Руководство СОАССР в дополнение к отторгнутой плоскостной части Пригородного района замахнулось и на обладание почти половиной всей горной территории Ингушетии, на которой сохранились удивительные образцы башенной архитектуры ингушей, имеющих мировое культурное значение.

Видимо, последнее обстоятельство возмутило и оргкомитет по восстановлению Чечено-Ингушской АССР, члены которого еще в период своей работы в комиссии ЦК КПСС в ноябре-декабре 1956 года, за редким исключением, с «пониманием» отнеслись к проблеме расширения территории Северной Осетии за счет Пригородного района Ингушетии. Но на этот раз председатель Оргкомитета заявил, что ходатайство о передаче этой территории Северной Осетии «Оргкомитет по Чечено-Ингушской АССР считает совершенно необоснованным и категорически возражает против его удовлетворения». Однако, начатое с такого решительного тона, письмо завершалось необъяснимой с его стороны уступчивостью. «В части передачи территории электростанции, — пишет он, — Оргкомитет не возражает несколько изменить границу, существовавшую до 7 марта 1944 года, с учетом включения территории электростанции в состав Гизельдонского района Северо-Осетинской АССР».

Таким образом, весной 1957 года Ингушетия лишилась не только Пригородного района, но и западной части нынешнего Джейрахского района, оканчивавшейся на правом, а частью и на левом берегах Терека. Тем самым республику отрезали от Военно-Грузинской дороги, что в точности повторило действия царских властей в период 1859-1865 годов.

После знакомства с подобными фактами уже не воспринимаются как нечто из ряда вон выходящее такие документы, как «Протокол совещания республиканской переселенческой комиссии при Совнаркоме Северо-Осетинской АССР» от 5 марта 1944 года. Обратите внимание на поразительную сверхоперативность североосетинских властей. Само выселение чеченцев и ингушей, начатое 23 февраля, в ряде мест еще не завершено, лишь 7 марта 1944 года появится Указ Президиума ВС СССР «О ликвидации ЧИАССР и об административном устройстве ее территории», а руководством республики созданы и активно действует сельские, районные и республиканские переселенческие комиссии. Протокол главной, республиканской комиссии не оставляет никаких сомнений в том, что по меньшей мере к 5 марта 1944 года никаких дополнительных усилий со стороны властей к стимулированию населения к переселению в ингушские села прилагать нужды не было. Напротив, организаторам этого дела приходилось сдерживать энтузиазм граждан. Выяснилось, что к подобному переселению изъявили желание жители отдельных сел в полном составе, что грозило обезлюдением самих осетинских селений. Только во Владикавказе (тогда Дзауджикау) поступило до 3-х тысяч заявлений от глав семейств, желающих переселиться в районы и села Ингушетии.
Поэтому странно было слышать от товарища Галазова на протяжении ряда лет, что заселение осетинами ингушских селений было принудительным актом, уравниваемым им по своим последствиям с репрессивными актами, предпринятыми в отношении ингушского народа.

Можно согласиться с тем, что осетинский народ действительно является не только жертвой, но и заложником политики своего руководства, которое с начала 20-х годов не скрывало своих территориальных притязаний к соседям со всех четырех сторон света. Руководители периодически менялись, курс на расширение «жизненного пространства» Северной Осетии остается неизменным.
Как ни важны вопросы выявления причин депортации народов, всего что сопутствовало этому злодеянию, сегодня более животрепещущим является обобщение последствий этих актов вандализма, современное состояние в восстановлении прав «наказанных народов». В этой связи следует отметить, в конце 80-х годов под воздействием демократической общественности, национальных движений самих репрессированных народов, казалось, сдвинулся с мертвой точки процесс реального восстановления их прав. Декларация ВС СССР от 14. 11. 89 года «О признании незаконными и преступными репрессивных актов против народов, подвергшихся насильственному переселению, и обеспечении их прав», Закон РСФСР «О реабилитации репрессированных народов» от 26 апреля 1991 года породили серьезные надежды на восстановление справедливости.

Однако уже накануне принятия Верховным Советом РСФСР Закона «О реабилитации репрессированных народов» 19 апреля 1991 года в Пригородном районе было спровоцировано столкновение между частью ингушского населения и местной милицией, использованное властями как повод для введения чрезвычайного положения в Пригородном районе и в г. Орджоникидзе (ныне Владикавказ).
Под прикрытием этого режима и событиями в Южной Осетии в СОАССР производится безудержная милитаризация экономики, на ряде предприятий осуществляется производство различных видов вооружения и боеприпасов, создаются незаконные отряды боевиков, «отряды народного ополчения», «Республиканская национальная гвардия» и.т.д. В Алагирском и Моздокском районах в спецшколах под общим руководством генерала К. Цаголова (ныне зам. министра Российской Федерации по делам национальностей) проходят подготовку боевики по широкому спектру военных специальностей. Население интенсивно обеспечивается стрелковым оружием, «мирные» колхозы обзаводятся бронетехникой, осуществляются захваты оружия и военной техники в воинских частях.

К завершению подготовки, загодя замышлявшейся вооруженной акции против ингушского населения, руководство Северной Осетии, похоже, приступило с осени 1991 года. Уже тогда, после заключений союзной и российской парламентской и правительственной комиссий о необходимости возврата Ингушетии Пригородного района, во Владикавказе поняли, что у них нет законных путей отстоять эту незаконно присвоенную территорию. Все дальнейшие усилия российских властей и представителей ингушского народа цивилизованно решить проблему территориальной реабилитации ингушского народа руководство Северной Осетии успешно и безнаказанно игнорировало. Руководство страны оставило без всякого внимания демонстративную неявку в полном составе всех представителей Северной Осетии на заседание правительственной комиссии, созданной для реализации Закона «О реабилитации репрессированных народов». И это произошло всего-то за 10 дней до начала трагедии в Пригородном районе и в городе Владикавказе.

В ходе так называемого осетино-ингушского конфликта в конце октября — первых числах ноября 1992 года (по официальным данным) погибло 546 человек (407 ингушей и 105 осетин). Среди них 41 женщина (33 ингушки и 5 осетинок), 12 детей в возрасте до 15 лет (все ингуши). Осетинскими бандформированиями, вступившими в зону конфликта в обозе российских войск после кровавой расправы над мирным населением, сожжены почти все ингушские дома в 14 из 16 наиболее крупных населенных пунктов Пригородного района, где до этого компактно проживало более 60 тысяч ингушей. Уцелевшие дома и квартиры депортированных ингушей с санкции официальных властей заселялись представителями осетинской национальности. Таким образом, при прямом соучастии российских войск ингушское население Пригородного района и г. Владикавказа подверглось насильственной этнической чистке, являющейся одной из самых изощренных форм геноцида.

Ни одно решение властных структур федерального центра по урегулированию конфликта по вине северо-осетинского руководства не проведено в жизнь до конца. Прошло более 8 лет после трагедии осени 1992 года. Но даже возвращение депортированного населения к родным пепелищам не удается вывести из состояния «вялотекущего процесса». Это наиболее убедительное доказательство тому, что происшедшее осенью 1992 года не является «осетино-ингушским конфликтом». Из состояния конфликта при обоюдном желании конфликтующих сторон рано или поздно выходят. Гораздо труднее выйти из состояния войны. Происшедшее же осенью 1992 года было результатом безжалостной войны, объявленной националистическим руководством Северной Осетии (субъекта Российской Федерации) против Закона Российской же Федерации «О реабилитации репрессированных народов». По сути дела, война против этого Закона в открытой и в явной форме никогда и не прекращалась. Давно уже очевидно и ясно, что устранение последствий так называемого осетино-ингушского конфликта, не может быть достигнуто без решения проблемы Пригородного района. Но ее вновь и вновь пытаются нивелировать, смешав с десятками территориальных споров, существующих в стране. Делается это, похоже, лишь для того, чтобы перевести ее в другое правовое пространство, не связанное с отторжением территорий целых народов, осуществлявшихся варварскими насильственными методами.

Недавно исполнилось 230 лет как плоскостная Ингушетия, располагавшаяся в 18 веке в основном на территории нынешнего Пригородного района, подписала договор о принятии Российского подданства. И на этой территории ингуши твердо отстаивали не только свои интересы, но и интересы Российского государства. Происходило это в первую очередь потому, что соответствовало обоюдным интересам. Во всей последующей истории Ингушетии не зафиксировано ни одного антироссийского выступления. Хотя это вовсе не означает, что ингуши не вели борьбу за свои жизненно важные права. Практически весь этот период наш народ, очень часто в условиях крайне сложной политической истории Кавказа и России, вынужден был бороться за этническое самосохранение, за создание элементарных условий для мирной созидательной жизни.

Разумеется, эта доминанта — прерогатива не только нашей национальной истории. Национальный вопрос, по меньше мере последние полтораста лет, является одним из самых острых вопросов внутренней, а часто и внешней политики России. Опыт заканчивающегося 20 века убеждает нас в следующем:
во-первых, всякая оппозиция в стране в борьбе за власть успешно эксплуатировала национальный вопрос;
во-вторых, придя к власти, в том числе и с помощью деклараций о справедливом решении национальных проблем, всякий новый политический режим практически тут же отходил от своих обещаний и скатывался к прежним имперским методам укрепления унитарного государства.

В этом отношении нынешние власти России практически один к одному повторили политику не только большевиков, но и их предшественников. Причем последствия их действий усугубил распад огромной державы, сопровождаемый кровавыми конфликтами, которым порой некорректно придается характер межнациональной вражды. По большому счету, власти не хотят признать, что глубинные причины и истоки этих конфликтов лежат в политике их предшественников, в непрофессионализме собственных действий. И тем более мало что ими делается для цивилизованного устранения названных причин. До тех пор пока власти делят народы России на народы «лояльные» и «не лояльные», до тех пор будет сохраняться политика «двойных стандартов» в национальном вопросе. А это, по определению Президента Ингушетии Руслана Аушева, означает, что при таких исходных посылах ни одна из известных форм устройства многонационального государства не может быть прочной и устойчивой. Всем очевидно, что это не соответствует ни интересам самого государства, ни чаяниям народов, его населяющих. Но видимых изменений в подходах к решению этой проблемы пока не видно.

Самое горькое свидетельство тому — судьба Закона РФ «О реабилитации репрессированных народов», борьба против которого в формах не совместимых с практикой строительства цивилизованного государства, ведется с 1990 года. Осенью 1992 года эта борьба в Пригородном районе и в г. Владикавказе вылилась в форму войны против указанного Закона. Расправа над десятками тысяч мирного ингушского населения, осуществленная осетинскими незаконными вооруженными формированиями при соучастии российских войск, имела самые негативные последствия для государственных интересов России, в первую очередь, на всем Кавказе.

Сошлемся только на один пример. Уже давно не является секретом, что попытка российских властей использовать ситуацию 1992 года в Пригородном районе как повод для устранения режима генерала Дудаева в Чечне не только окончилась провалом, но достигла обратного результата. Расправа над мирным ингушским населением в Северной Осетии предельно радикализировала сепаратистские установки политического руководства Чечни, оказала прямое воздействие на выработку невыгодной для России политической ориентации у значительной части ее населения. К чему все это привело, до сих пор ощущает на себе не только Северный Кавказ, но и вся огромная Россия.

На Кавказе не принято восхвалять, а тем более кичиться заслугами предков. Однако, даже при строгом следовании этому принципу, полагаю, мы обязаны отметить следующее. Ингушский народ, как и другие репрессированные народы, не исчез и не сошел с исторической арены после трагедии 1944 года прежде всего благодаря силе духа, сплоченности и жизнестойкости, унаследованной от своих отцов. Именно эти качества, передающиеся поколениям по эстафете, помогли Ингушетии устоять в условиях катастрофических последствий событий осени 1992 года. При этом народ наш, понесший в 20 веке огромные человеческие и материальные жертвы, отнюдь не озлобился и тем более не ищет поводов для сведения исторических счетов с кем бы то ни было. Он по-прежнему нацелен на мирную созидательную жизнь. Не ищет для себя льгот и привилегий за чужой счет. Но вместе с тем в рамках законов и правил жизни цивилизованного общества добивается того, чтобы считались с его законными правами и интересами.

ТАМЕРЛАН МУТАЛИЕВ
22.02.99 год
http://ghalghay.com/2010/03/15/%D0%B4%D0%B5%D0%BF%D0%BE%D1%80%D1%82%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F-%D0%B8%D0%BD%D0%B3%D1%83%D1%88%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE-%D0%BD%D0%B0%D1%80%D0%BE%D0%B4%D0%B0-1944-%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0-%D1%83/
 
Марьям Яндиева
ДЕПОРТАЦИЯ ИНГУШЕЙ
ФАЛЬСИФИКАЦИИ И ПОДЛИННЫЕ ПРИЧИНЫ
Назрань – Москва
2008

УДК 325.254.6(=351.43)
ББК 66.5(2Рос)
Я 30

Яндиева М.Д. Депортация ингушей. Фальсификации и подлинные причины. – Назрань-Москва: Эльбрусоид, 2008 г. – 54 с.
См. библиографию.


Депортация ингушей

Фальсификации и подлинные причины

«С точки зрения права, суверенность народа, являющегося источником власти, снимает всякую возможность обвинения его в измене...
Представления о законе и праве в нашем государстве настолько искажены, что мы сами не представляем себе по-настоящему, что означает на самом деле понятие права. Да и возможно ли вообще такое явление, как депортация целых народов в государстве, где существуют правовые нормы?»
. А. Некрич
В цивилизованных правовых государствах депортации целых народов невозможны по определению. XX век стал для России проигранным столетием в том числе и потому, что тотальной депортации в стране были подвергнуты одиннадцать народов – ингуши, чеченцы, немцы, карачаевцы, балкарцы, калмыки, крымские татары, турки-месхетинцы, корейцы, финны и хемшилы.

«Представителей этих народов выселяли целиком и не только с их исторической родины, но и изо всех других районов и городов, а также демобилизовывали из армии, так что фактически такими этнодепортациями была охвачена вся страна. Вместе с родиной у "наказанного народа" отбиралась, если она была, национальная автономия, т.е. его относительная государственность... Решения о депортациях принимались, как правило, руководителями партии и правительства по инициативе органов ОГПУ-НКВД-КГБ и ряда других ведомств. Это ставит депортации вне компетенции и правового поля советского и союзного законодательства о военнопленных и резко отличает систему спецпоселений от системы исправительно-трудовых лагерей и колонии, а также системы лагерей для военнопленных и интернированных ("архипелаги" ГУЛАГ и ГУПВИ)»[1].

Четко выраженный этнический характер репрессий позволяет говорить о том, что Советский Союз был государством национал-фашистского типа, в котором была создана «специальная отрасль индустрии – демоцидная, конвейерно-безостановочная»[2].

А. Яковлев приравнивает сталинский конвейер человеко- и народоистребления в тюрьмах, лагерях и спецпоселениях ГУЛАГа к гитлеровским концлагерям: «Ленин, Сталин, Гитлер... Главные преступления века. Погубил этот век и Россию»[3].


Исследователь Ю. Стецовский пишет, что, согласно коммунистической доктрине, все депортации в СССР были «вынужденными».
Обстоятельства, мол, «вынуждали» режим совершать насилие над этносами, бороться с «политически неблагонадежными народами». «Бесчеловечная идеология необходима преступному режиму, каратели ему не опасны»[4].

Это сталинское изобретение (ноу-хау) – «вынужденные» народоубийства – привело в ХХ веке и позднее к необратимым потерям и политическим последствиям. Ю. Стецовский справедливо усматривает предпосылки депортаций уже в 20-е гг., в конце гражданской войны. Когда Ленин в письме Каменеву «задал тон» для последующей сталинской кровавой вакханалии: «Давайте мы, великороссы, проявим осторожность, терпение и т.п. и понемножку заберем опять в руки всех этих украинцев, латышей…»[5].

В разряде «всех этих», причем на самой низшей «табели о рангах», находились ингуши, чеченцы и другие народы Северного Кавказа.
Свернув декларативные суверенитеты национальных республик и автономий, ликвидировав национально-государственные образования в режиме абсолютно-своевольного перекраивания границ, Сталин создал жесткое унитарное государство, «требующее для своей охраны огромного репрессивного аппарата. Забывалось, что гражданский мир и стабильные государства не создаются насильственным путем в силу чьего бы то ни было волевого решения. В результате "сотрудничество народов" перечеркивало само их существование.
Так, Всесоюзная перепись населения 1926 г. зафиксировала в СССР 200 народов. Затем этот официальный список уменьшился до 60, а с 1977 г. ЦСУ СССР оперировало цифрой в 101. Куда же делись после 1926 г. почти 100 народов?.. Прежде Россию называли тюрьмой народов. После октябрьского переворота для представителей многих из них она оказалась еще и кладбищем»[6].

Для ингушского этноса последние восемьдесят лет – это непрекращающиеся похороны и не имеющие тенденции к уменьшению (а, увы, наоборот) кладбища, кладбища, и не только в Ингушетии, а теперь уже по всему свету…


В 1922 г. Сталин в качестве наркома по национальностям начал смертельную борьбу с «национал-уклонистами» всех народов, которую вел до 1937 г. Тогда же, в 20-е гг., началась постепенная русификация окраин советской империи. «"Нацмены", "младшие братья", "старшие братья" – слова-уродцы появились тогда, когда Сталин почувствовал, что коммунистический режим одной только классовой ненавистью уже не сцементируешь. На смену ей появилась национальная.

Апофеозом оголтелого государственного шовинизма стала речь (вернее, тост) Сталина 7 ноября 1937 г. (20-летие большевистского переворота): "Хочу сказать несколько слов, может быть не праздничных. Русские цари сделали много плохого. Они грабили и порабощали народ. Они вели войны и захватывали территории в интересах помещиков. Но они сделали одно хорошее дело: сколотили и укрепили это государство, как единое, неделимое… Каждый, кто пытается разрушить это единство социалистического государства, кто стремится к отделению от него отдельной части и национальности, он враг, заклятый враг государства, народов СССР. И мы будем уничтожать каждого такого врага, был бы он и старым большевиком, мы будем уничтожать весь его род, его семью, каждого, кто своими действиями и мыслями покушается на единство социалистического государства, беспощадно будем уничтожать. За уничтожение всех врагов до конца, их самих, их рода!"»[7] (здесь и далее выделено мной. – М.Я.).

Этот бесчеловечный сталинский меморандум клинической ненависти ко всем нерусским, ко всем иным и стал политической основой последовавших одна за другой репрессий разных народов СССР, ингушей в том числе.
В весьма солидном исследовании В.Н. Земскова [8], в котором впервые приводятся новые, ранее неизвестные данные о депортированных народах (в частности, о количестве выселенных и их составе через несколько лет), установлена связь между деспотиями Сталина, Гитлера и Мао [9].

«Сталинский вариант ликвидации в перспективе малых народов был в основном близок к маоистскому варианту, но в то же время имел ряд черт, свойственных гитлеровскому варианту. Депортация немцев, калмыков, крымских татар, чеченцев, ингушей, карачаевцев, балкарцев, корейцев, ингерманландцев, турок-месхетинцев, курдов и некоторых других малых народов служила цели как ускорения ассимиляционных процессов в советском обществе, так и ликвидации в перспективе этих народов, в основном за счет их ассимиляции в более крупных этнических массивах и частично за счет завуалированного геноцида и ослабления их биологического потенциала, что достигалось многократным превышением смертности над рождаемостью при насильственном переселении и в первые годы жизни на спецпоселении.»[10].


Использовав данные о количественном составе ингушей во время всесоюзных переписей 1926, 1939, 1959, 1970, 1979, 1989 гг., а также источники, ставшие доступными в последнее время, мы составили таблицу и график, показывающие масштаб демографической катастрофы, постигшей ингушский народ в связи с депортацией 1944 г.

19261939194419491953195919701979198975149 чел.92100 чел. (без учета ингушей Пригородного р-на) или 125500 чел. (с учетом ингушей указ. р-на)134178 чел.46110 чел. (взрослых от 17 лет) или ~76110 чел. (с учетом детей до 17 лет)83518 чел.110000 чел.157600 чел.186220 чел.237400 чел.


Динамика роста и падения численности ингушей с 1926 по 1989 гг.





Первое, на чем мы акцентируем внимание: перепись ингушей в 1926 г. была наиболее всеобъемлющей и тщательной. Всего переписью «было охвачено 125 населенных пунктов, в том числе один поселок городского типа, с общим количеством хозяйств 14947, в коих было переписано всего 75149 душ обоего пола»[11].
Следующий поголовный пересчет всех ингушей был осуществлен при тотальной депортации (1944 г.) и был действительно самый достоверный: подсчитали даже 100-летних старцев и новорожденных младенцев. Далее особо важное внимание обращаем на следующее: сталинская перепись 1939 г. – наиболее сфальсифицированная и недостоверная по сравнению с послесталинской эпохой. Но даже в период перестройки данные за 1939 г. (92100 человек), представленные в 1992 г. как рассекреченные и достоверные, приводятся без учета ингушей, проживавших в Пригородном районе и г. Владикавказе. Таковых, согласно исследованию В. Кабузана, в селах Пригородного района и Владикавказа проживало 33400 человек [12].

125500 ингушей – наиболее реалистичная цифра, потому что за 13 лет (с 1926 г.) при традиционно высокой рождаемости (средняя семья в 20 – 30-е гг. состояла из 13-15 человек) у ингушей прирост населения на 50351 человек можно считать естественным. О том, что манипуляции и фальсификации «имеют место быть», говорит еще один факт. До публикации в 2003 г. фундаментального исследования В. Земскова во всех работах по национальным депортациям в отношении ингушей в качестве официальной фигурировала цифра – 91500 человек, подвергшихся в 1944 г. изгнанию с родины. Во-первых, это количество ингушей, депортированных по первому этапу выселения. А было еще несколько этапов до конца марта 1944 г. Во-вторых, эта цифра выглядит совершенно нелепой в сравнении с цифрой – 92100 человек, которая была заявлена в официальной печати эпохи гласности как рассекреченная и наиболее достоверная по итогам сталинской переписи 1939 г. Абсурд налицо: в 1939 г. было 92100 ингушей, а в 1944 г. их выслали в количестве 91500 человек (!). Повторяем, несмотря на репрессии в период коллективизации и большой террор 1937 г., высочайший уровень рождаемости перекрывал человеческие потери, связанные со сталинской советизацией Ингушетии.


Первый пересчет всех депортированных, ингушей, в том числе в условиях спецпоселения, был осуществлен в марте-апреле 1949 г.[13]. Все ингуши от 17 лет и старше были переписаны и классифицированы по всем областям Казахстана, Киргизии, Узбекистана и Таджикистана. К этому времени в Казахской ССР их находилось 44600 человек и 1389 человек – в Киргизской ССР. В Узбекистане находилось 108, в Таджикистане 13 человек [14].
К 1950 г., согласно этой статистике, ингушей от 17 лет осталось 46110 человек и примерно около 30000 детей до 17 лет. Последнюю цифру мы выводим (именно как приблизительную) из соотношения количества взрослых и детей, согласно подробной переписи 1953 г.: тогда дети до 17 лет составили более половины всего количества народа. Итак, к 1950 г. примерное количество ингушей было 76110 человек, почти столько, сколько их было в 1926 г. – 75149 человек (!). Мы не включили в наш график вышеприведенные условные цифры за 1949 г., т.к. они четко не подтверждаются соответствующими официальными документами. Но считаем, что общая картина ингушского полухолокоста очевидна[15].

Еще один поголовный пересчет ингушей 1953 г. также требует пристального внимания. Он является весьма достоверным, ибо на 1 января этого года в СССР были пересчитаны все мужчины и женщины, находящиеся на спецпоселении [16].
Ингушей, согласно подсчету, на учете состояло 83518 человек, в том числе: 20249 мужчин, 26124 женщины, 34727 детей, 21 человек в розыске, 2397 арестованных. В Казахстане – 80844 человек, в Узбекистане – 167 человек, в Красноярском крае – 2 человека, в Кемеровской области – 14 человек, в Новосибирской области – 2 человека, в Иркутской области – 75 человек, в Молотовской области – 2 человека, Тюменской области – 1 человек, в Челябинской области – 1 человек, в Таджикистане – 15 человек, в Хабаровском крае – 15 человек, в Якутии – 10 человек, Амурской области – 1 человек, Читинской области – 1 человек, на Дальнем Севере – 15 человек.
50660 ингушских детей, женщин и мужчин всех возрастов были уничтожены сталинским террором во время транспортировки с Северного Кавказа в Северный Казахстан и Среднюю Азию, жестоким обращением конвоя, военных комендантов, всякого рода надзирателей, голодом, холодом, эпидемиями, бесчеловечными условиями жизни и каторжным, рабским трудом первых лет депортации. Безвозвратные демографические потери ингушей с 1944 г. (134178 человек) по 1953 г. (83518 человек) в процентном отношении составляют 37,8 %.
О том, что ингуши не смогли оправиться от демографического удара депортации, говорят цифры 1939 и 1959 гг.: соответственно 125500 человек и 110000 человек, т.е. к 1959 г. численность ингушей составила 87,6 % от уровня 1939 г. Таким образом, ингуши – третья нация после финнов и калмыков [17], подвергшихся наиболее катастрофическому варианту демоцида. До сих пор истинные масштабы ингушской трагедии в виде чистых потерь между 1939 и 1959 гг. (без военных потерь) не были представлены. Мы составили следующую таблицу, по которой четко видна демографическая катастрофа, постигшая ингушский народ [18].


1939 - 100%
Ожидаемый рост численности ингушей в 1959 г.
Чистые потери в абсолютных цифрах в % в абсолютных цифрах в % 157600 25,58 15500 12,4

***
По сей день официальной причиной депортации ингушей (как и чеченцев) является якобы их массовое сотрудничество с немцами. Согласно Указу Президиума ВС СССР «О ликвидации ЧИ АССР и об административном устройстве ее территории» от 7 марта 1944 года, этот мотив измены – главный: «В связи с тем, что в период Отечественной войны, особенно во время действий немецко-фашистских войск на Кавказе, многие чеченцы и ингуши изменили родине, переходили на сторону фашистских оккупантов, вступали в отряды диверсантов и разведчиков, забрасываемых немцами в тылы Красной Армии, создавали по указке немцев вооруженные банды для борьбы против советской власти, а также учитывая, что многие чеченцы и ингуши на протяжении ряда лет участвовали в вооруженных выступлениях против советской власти и в течение продолжительного времени, будучи не заняты честным трудом, совершают бандитские налеты на колхозы соседних областей, грабят и убивают советских людей, Президиум Верховного Совета СССР постановляет:
1. Всех чеченцев и ингушей, проживающих на территории Чечено-Ингушской АССР, а также в прилегающих к ней районах, переселить в другие районы СССР, а Чечено-Ингушскую АССР ликвидировать…»
[19].


В этих обвинениях целым народам, в частности ингушам, вменялась измена родине, участие в диверсионных и бандотрядах, а также тунеядство и неучастие в колхозном строительстве. В многочисленных современных исследованиях причины депортации артикулируются не всегда внятно, а в лице Н. Бугая мы вообще видим политадвоката НКВД и бериевщины в оправдании преступлений депортаций [20].

Исследователь Д. Эдиев, как нам представляется, пытается объективно объяснить истоки и причины депортации народов без «остаточного» комплекса неполноценности «без вины виноватого». Он прав в том, что народы, депортированные во второй половине войны (ингуши, карачаевцы, балкарцы, чеченцы, крымские татары и калмыки), подверглись наиболее жестокому варианту депортации «возмездия» [21].

Исследуя истоки депортаций, ученый отмечает, что «советские этнические депортации проводились на фоне вполне сложившихся дореволюционных концепций благонадежных и неблагонадежных народов и возможной очистки территории от неблагонадежного населения»[22].

К числу неблагонадежных относились все приграничные и плохо ассимилирующиеся народы, завоеванные русской империей. Здесь же хотим привести слова историка и известного в свое время внутреннего хроникера ЦК КПСС (человека, имевшего доступ к соответствующим документам) Н. Зенковича, который по этому поводу пишет следующее: «…Требовались свидетельства, подтверждавшие запущенную в свое время версию о пособничестве врагу, о том, что чеченцы и ингуши, как и некоторые другие народы Северного Кавказа, предавали либо готовились предать Родину. Увы, результат тщательного анализа всего уникального богатства спецхранов на эту тему однозначен: ни в одном из самых засекреченных документов, включая пресловутые «Особые папки» Политбюро, не обнаружено достаточно серьезных доказательств вины чеченского и ингушского народов…»[23].


Война стала идеальным фоном «для реализации доктрины неблагонадежности народов... и для оправдания любых действий машины депортаций, которая, будучи созданной, уже жила своей жизнью, своими интересами»[24].

Депортации ингушей, чеченцев, балкарцев, карачаевцев, калмыков и крымских татар назывались депортациями «возмездия» потому, что официальным их объяснением являлось «массовое пособничество врагу». Сталин и ведомство Берия осуществили их после перелома в войне и Сталинградской битвы, когда так называемые прифронтовые районы «уходили на Запад» и прямой военной необходимости в «укреплении» Чечни, Ингушетии и др. не было. Н. Хрущев на XX съезде в своем докладе сказал об этом, но «исследователи» типа Н. Бугая до последнего времени оперируют сфабрикованными обвинениями НКВД (Бугай в своих последних работах вообще договорился до того, что реабилитация репрессированных народов приведет к отказу от принципов интернационализма (!)).


Д. Эдиев пишет: «В сухом остатке обвинений против депортированных в 1943 – 44 гг. народов остается заброска немцами в их среду парашютистов и организация немцами профашистских организаций... Однако диверсионная работа, заброска парашютистов, попытки организовать антисоветские организации были не инициативой "наказанных" народов, а рутинной практикой немецкого командования. Не вдаваясь в обсуждение того, логично ли обвинять в этом сами депортированные народы, заметим, что география и национальный состав диверсантов совершенно не совпадает с географией депортаций. В частности, еще долго после отправки последнего эшелона с депортированными на восток страны, немцами продолжалась заброска диверсантов различной национальности и в самых различных регионах СССР (документы, да и просто опись "Особой папки" Сталина весьма красноречивы на этот счет). Что касается профашистских организаций, то они также создавались немцами по всей оккупированной территории (достаточно отметить власовскую армию, комитет "Истинно русских людей" в Крыму, профашистские организации на Украине). Ряд народов (чеченцы, ингуши, турки-месхетинцы) даже не попадали в оккупацию, и, если не считать воевавших на фронте солдат, практически не контактировали с немцами... Наконец, для иллюстрации того, как создавался образ народа-предателя, заметим, что после депортации народов по национальному признаку были приостановлены многие наградные дела фронтовиков о присвоении звания Героя СССР (эти дела получили ход уже в 90-е годы, когда ветераны получили заслуженные награды, многие – посмертно)»[25].
Депортация «возмездия» в полном объеме готовилась Сталиным и для многомиллионного украинского народа (!), о чем говорится в Приказе № 0078/42 от 22 июня 1944 г. по Народному комиссариату Внутренних дел Союза и Народному Комиссариату обороны Союза ССР за подписями соответственно наркома внутренних дел Союза ССР Берия и зам. наркома обороны Союза ССР, маршала Советского Союза Жукова [26].
Внизу приказа, согласно публикатору документа Ф. Чуеву, была приписка: «По неизвестным причинам этот приказ не был выполнен». Приказ все же был исполнен, но лишь частично. Командующий внутренними войсками в Украине Рясной (в его подчинении находилось 56 тыс. человек), обеспечивавший продвижение оперативных войск, свидетельствовал: «…Я имел к этому самое прямое отношение. Мне этот приказ привез из Москвы один из заместителей наркома внутренних дел. И было сказано, что за активную деятельность против Красной Армии со стороны ОУНовцев, выступления "боевок" (боевые звенья, создаваемые в каждом селе, занимающиеся снабжением ОУНовцев. – М.Я.), за враждебное отношение к русскому народу товарищ Сталин приказал выселить всех украинцев к известной матери, а конкретнее – в Сибирь. Да, выселить Украину – это не Чечню и не крымских татар. Я наметил активнейших врагов русского народа и советской власти – матерых волков. Несколько эшелонов мои молодцы заполнили и отправили. Но потом этот приказ вдруг остановился…»[27].
Сталин, устроивший в Украине голодомор в 1932 – 33 гг., вполне вероятно, и задумывал тотальную депортацию украинцев, но переселение 50 млн. человек – проект, оказавшийся технологически и технически непосильным даже ему.


Несомненно, что большое значение в политике депортации ингушей и других имела субъективная роль председателя ГКО Сталина и наркома внутренних дел Берия, а также приоритеты грузинских и осетинских национальных интересов [28].

В депортациях «возмездия» именно Берия и его структуры, а не военные были инициаторами и главными исполнителями. Н. Хрущев (в докладе на XX съезде), А. Микоян (в мемуарах «Так было») пытались в преступлениях депортаций обвинить только Сталина и его главного опричника. Но, несмотря на все попытки, это сделать все политическое руководство страны Советов несет ответственность за преступления против народов.

Сталин был главный, но не единственный преступник. О том, как Микоян помог Хрущеву свалить всю вину за депортацию на Сталина, говорит отрывок из его мемуаров: «Я пошел к Хрущеву и один на один стал ему рассказывать. Он в это время был поглощен другими вопросами... Мне пришлось убеждать его, что самый важный вопрос – осуждение сталинского режима. "Вот такова картина, – говорил я. – Предстоит первый съезд без участия Сталина, первый после его смерти. Как мы должны себя повести на этом съезде касательно репрессированных сталинского периода? Кроме Берия и его маленькой группы – работников МВД, мы никаких политических репрессий не применяли уже почти три года. Но надо ведь когда-нибудь если не всей партии, то хотя бы делегатам первого съезда после смерти Сталина доложить о том, что было. Если мы этого не сделаем на этом съезде, а когда-нибудь кто-нибудь это сделает, не дожидаясь другого съезда, все будут иметь законное основание считать нас полностью ответственными за прошлые преступления. Конечно, мы несем большую ответственность. Но мы можем объяснить обстановку, в которой мы работали. Объяснить, что мы многого не знали, во многое верили, но в любом случае просто не могли ничего изменить. И если мы это сделаем по собственной инициативе, расскажем честно правду делегатам съезда, то нам простят ту ответственность, которую мы несем в той или иной степени. По крайней мере, скажут, что мы поступили честно, по собственной инициативе все рассказали и не были инициаторами этих черных дел. Мы свою честь хотя бы в какой-то мере отстоим. А если этого не сделаем, мы будем обесчещены"»[29].

Микоян цинично спасал свое «место под солнцем» и под словом «честь» он имел в виду свой шкурный интерес. Лишь животный ужас перед грядущими разоблачениями заставил его подсказать Хрущеву ход на опережение. Н. Хрущев, безусловно, был очень хорошо обо всем осведомлен, особенно о тех зверствах, которые творили «доблестные чекисты». Так, «замзавотдела административных органов ЦК КПСС В. Золотухин 29 августа 1956 г. сообщил Хрущеву относительно уклонения прокуратуры СССР от проверки трагедии (выселения чеченцев и ингушей, в частности сожжение 700 человек в Хайбахе. – М.Я.). 31 октября 1956 г. завсектором этого отдела В. Тикунов и сотрудник главной военной прокуратуры Г. Дорофеев представили записку о результатах своего выезда на место. Они сообщали, что сожжение и расстрелы ни в чем неповинных людей подтвержден опросом очевидцев. По архивным данным, сказано в записке, "подготовка и организация переселения проводилась по указанию Берия, непосредственное же руководство операцией осуществлял т. Серов И.А. …Больше того, указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 марта 1944 г. Берия и Кобулов Б., а также товарищи Серов И., Круглов С.Н. за образцовое выполнение задания были награждены орденами Суворова 1 степени, которыми по статусу должны награждаться командующие фронтов и армий за победу в боях в масштабе фронтовой или армейской операции, в которой с меньшими силами был разгромлен численно превосходящий противник, и за другие полководческие заслуги. Одновременно орденами Суворова 2 степени и орденами Кутузова 1 и 2 степеней были награждены 33 других сотрудника НКВД"»[30].
Убийцы Серов и Круглов на момент написания записки Золотухина являлись чиновниками высокого ранга. «В. Золотухин направил записку В. Тикунова и Г. Дорофеева Хрущеву, поддержав со своей стороны их предложения: «1. Поручить КПК при ЦК КПСС и прокуратуре СССР привлечь к партийной и судебной ответственности лиц, виновных в допущении массовых беспорядков и произвола в отношении советских граждан – чеченцев и ингушей при выселении их из бывшей Чечено-Ингушской АССР. 2. Поставить перед Президиумом Верховного Совета СССР вопрос о лишении полководческих орденов Суворова и Кутузова руководящих работников быв. НКВД, награжденных за выселение чеченцев и ингушей»[31].

Хрущев отважился посадить на скамью подсудимых всех палачей (расправляясь по-быстрому с Берией, он, боролся за личную власть). Ибо «слишком опасным показалось, по-видимому, совпадение их методов с методами, которые мир осудил в Нюрнберге. В Кремле побоялись затронуть самые основы преступной партии и ее государства, проблемы ответственности за издание явно преступных приказов и за их исполнение»[32].

В это время (1956 г.), когда микояны и хрущевы спасали свое лицо перед будущей историей, ингуши, чеченцы, балкарцы, карачаевцы, калмыки и другие народы еще продолжали жить в бесправии депортации... «Что же на самом деле послужило причиной депортаций "возмездия"?

К сожалению, приходится признать, что полного и хорошо обоснованного ответа на этот вопрос... найти не удалось. Ясно одно – официальные версии 40-х и более поздних лет советской власти были лишь пропагандистской ширмой. Ясно также и то, что депортации "возмездия" безвинных народов оказались возможны благодаря, во-первых, укоренившимся в военно-политическом руководстве представлениям о неблагонадежности по национальному признаку и, во-вторых, благодаря накопленному опыту этнических чисток в ходе превентивных мер по укреплению приграничных и прифронтовых районов.

Последнее было важно по ряду причин. Во-первых, в ходе депортаций поляков, немцев, корейцев... был создан и укреплен прецедент как в политическом инструментарии советской власти, так и в сознании людей. Во-вторых была создана государственная машина депортаций, отработан весь сценарий депортаций. В частности, в ходе депортации немцев – 28 августа 1941 г. – в составе НКВД был создан Отдел спецпоселений… Вероятно, это было связано с планами и/или опасениями Генерального штаба относительно предстоящего хода войны. Вполне возможно, что народы и Кавказа, и Месхетии, и Крыма находились в поле пристального внимания в связи с возможным вступлением в войну Турции»[33].


Турция так и не вступила в войну, а немцы после весьма стремительного наступления были отброшены с советских территорий, и в депортациях 1943 – 44 гг. военные-то и не участвовали. Депортацию ингушей, чеченцев, калмыков, балкарцев, карачаевцев, турок-месхетинцев проводило ведомство Берии. Но участие военных в «превентивных» депортациях хорошо настроило механизм для депортаций «возмездия». И этот механизм находился в руках НКВД. Если в «превентивных» депортациях народов так называемой «пятой колонны» НКВД был исполнителем военно-политического решения, то в отношении «наказанных» народов в депортациях «возмездия» НКВД был инициатором, исполнителем и главным действующим «субъектом».
Исследователь Д. Эдиев предполагает, что этот переход инициативы от военных к НКВД был связан с тем, что «во второй половине войны (именно на нее пришлись депортации «возмездия») военные были на подъеме. На фоне репрессий 30-х гг. победоносная армия набрала немало очков как в сознании людей, так и на политическом олимпе. Навряд ли это положение могло устроить руководство НКВД и самого Сталина (что понятно хотя бы по послевоенным перемещениям Г. Жукова).
В этих условиях представляется вероятным, что руководство НКВД и И.В. Сталин использовали настроенный механизм депортаций для проведения «войсковых операций» (из терминологии НКВД в документах по депортации народов) силами НКВД для поднятия его же – НКВД – рейтинга»[34].

Мы в свою очередь считаем, что Берия был заинтересован и активизировал деятельность своей структуры на кавказском направлении для далеко идущего глобального захвата политической власти в СССР. События после смерти Сталина косвенно подтверждают эту мысль: Берия стал стремительно (правда, на очень короткий срок) доминировать в политическом руководстве страны, но был «переигран» опытным Хрущевым.
А. Некрич считал, что депортация народов именно во время войны была частью внешней политики страны (сразу после окончания войны Советы потребовали от Турции возвращения Карса, Ардагана и др. территорий, отошедших к ней после Первой мировой войны): для любых непредвиденных инцидентов приграничная зона была «очищена» от «неблагонадежных» мусульман Кавказа и Крыма. Подробнее об этом будет сказано дальше.


С мнением А. Некрича совпадает и мнение ингушского историка Л. Паровой, в конце 80 – начале 90 гг. прошлого века успевшей изучить и проработать документы и материалы фондов Национального архива Чеченской Республики, уничтоженного в 1995 г. в ходе военных действий. Вывод, к которому пришла Л. Парова, следующий: «Идея выселения горцев вынашивалась Российской империей еще в XIX веке. Она находила выражение в многочисленных проектах покорения Кавказа, в которых предлагалось "освободить" от чеченцев и ингушей населенные ими плодородные земли, в строительстве военных укреплений и казачьих станиц на исконных вайнахских землях; в организации "добровольного" переселения горцев в Турцию, переселении в Сибирь по политическим мотивам ряда чеченских и ингушских селений. Однако даже "жандарм Европы" не решился совершить эту чудовищную акцию – депортацию целых народов, которую, не дрогнув, осуществили Сталин и его сатрапы.

Советская империя также стремилась освободить плодородные земли Чечено-Ингушетии от чеченцев и ингушей, завершить монополизацию нефтяной промышленности Кавказа. Если учесть стратегическое значение Кавказа во внутренней и внешней политике СССР, то становится очевидным, что империи желательно было иметь на Кавказе однородно-послушное население. С этими целями вполне согласовывались хозяйственные задачи – освоение районов Сибири и Средней Азии, для чего была необходима душевная и бесправная рабочая сила. Недовольство чеченцев и ингушей советской властью, срыв коллективизации, являющиеся следствием антинародной национальной политики советского государства, были использованы как повод для выселения. Немалую роль сыграло и стремление советского руководства свалить ответственность за поражения Красной Армии в первые годы войны на внутреннего врага, в том числе и на измену ряда народов»[35].
О том, что Л. Парова пришла к абсолютно точному выводу, говорит тот факт, что последующие исследователи (каждый в свое время) пришли к аналогичному выводу: «…депортации использовались советской властью как постоянный метод разрушения особо устойчивых, сложившихся на протяжении столетий социальных и национальных общностей. Исторические катаклизмы, безусловно, усиливали желание власти решать неразрешимые в рамках имперско-советской парадигмы проблемы методом чрезвычайщины, но не они определяли приоритетность подобных методов социального "управления". Решение о депортации чеченцев и ингушей, спровоцированное и обоснованное конкретными обстоятельствами места и времени, было лишь экстремальной попыткой справиться с проблемой, возникшей задолго не только Второй мировой войны, но и до прихода к власти большевиков: высокая внутренняя устойчивость этноса, его «неудобность», способность противостоять не только имперской ассимиляции и "абсорбции", но и советской "атомизации" социальных и этнических общностей; высокий уровень открытого противостояния и готовность идти на насильственное обострение конфликта.
В довоенный период коммунисты так и не сумели "осоветить" вайнахов. Спущенные сверху организационные формы – колхозы и институты управления – успешно наполнялись старым содержанием и "переваривались". Местная власть выполняла свои функции лишь постольку, поскольку это укладывалось в привычную норму, установленную вековыми традициями и обычаями. Побочным, а с точки зрения "имперского" алгоритма советской власти, основным результатом депортации должно было стать "распыление" этноса, что в конечном счете открывало путь к его "советизации", "интернационализации", замене этнической идентичности на самоидентификацию с властью, ее целями и ценностями. Оставить человека наедине с властью, вне этнической и социальной самоорганизации, – в этом… была суть советской версии патерналистской имперской утопии, в принципе недостижимой без насилия, но даже и с насилием – невыполнимой»[36].
Нам представляется, что это есть искомое, как бы первичное, ядро сути государственной политики Кремля, которое, безусловно, укрупняется целым рядом дополнительных причин и обстоятельств, также подлежащих исследованию. Но ядро, как говорится, определяет самую суть. Депортация явилась очередным, после коллективизации, наиболее брутальным актом в общей государственной политике террора, а также инструментом сталинской национальной политики. В Законе «Об упразднении Чечено-Ингушской АССР и о преобразовании Крымской АССР в Крымскую область» от 25 июля 1946 г. об ингушах вообще не говорится ни слова. Это и был высочайший уровень сталинского права! «Предатели родины» – народ-фантом, подвергшийся политическому (упразднение государственности Указом от 7 марта 1944 г.), территориальному (потеря этнических территорий), демографическому (уничтожение культуры, языка, системы образования и привычного уклада жизни народа) геноциду, даже не упоминается в нормативном акте, решившем его трагическую участь!

***


Психоментальные особенности Сталина, склонного к поискам заговоров и заговорщиков, совпали в одном векторе с византийской традицией бюрократического управления государством: бумага, заведенное «дело», донос всегда играли решающую роль в судьбе человека и народа. «Такое важное решение, как насильственное выселение народов, должно было явиться и на самом деле было как бы подведением черты под большой поток сообщений о положении в различных районах. Сообщения поступали по параллельным каналам: партийно-государственному, военному, госбезопасности…»[37].

Документы, которыми мы располагаем, публикации в прессе 30 – 40-х гг. позволяют говорить о том, что первоначальные доносы-обвинения на неподдающихся советизации ингушей (и чеченцев особенно) исходили от партийно-государственных и чекистских инстанций параллельно, а затем чекистские донесения на Лубянку «девятым валом» накрыли всю поступающую из региона информацию. Даже тогда, когда для некоторых партийных и государственных деятелей стало понятно, что местный НКВД поставляет наверх «дезу», все уже было предопределено. «Информация по принципу правдоподобия, содержащая лишь часть правды и сдобренная изрядной долей дезинформации, узаконенное очковтирательство было одной из самых существенных черт явления, неточно названного сталинизмом»[38].
Такие деятели, как, например, секретарь Чечено-Ингушского обкома ВКП(б) В. Иванов (в посылаемых Ивановым наверх выписках из решений заседаний бюро областного комитета ВКП(б) сообщалось об одном и том же: «бандитизме, кулацко-бандитских восстаниях, контрреволюционном подполье» и т.д.), начальник политотдела Плиевской МТС А. Газдиев и начальник политотдела Назрановской МТС Абраменко (по посланным наверх материалам которых капитан госбезопасности НКВД СССР С. Свирин делал соответствующие заключения наркому внутренних дел СССР Кобулову), нарком внутренних дел ЧИ АССР С. Албогачиев и нарком государственной безопасности ЧИ АССР Рязанов, начальник отдела НКВД ЧИ АССР по борьбе с бандитизмом полковник госбезопасности Алиев, начальник 1-го спецотдела НКВД ЧИ АССР капитан госбезопасности Старожун и др. в своих донесениях (доносах) с 1939 по 1944 гг. поставили такой объем негативной информации, которая вкупе со всем прочим позволила узаконить политическое решение о депортации.

Обо всех обстоятельствах принятия окончательного решения на самом высоком уровне достоверных официальных документальных данных до сих пор нет. Имеется очень важное свидетельство Григория Токаева (Григори Токати), осетина по национальности, военного инженера-подполковника, ставшего перебежчиком в 1947 г. (перешел вместе с женой в британский сектор в Берлине и сдался английской разведке, жил и работал в Англии и США, умер в 2003 году). Г. Токаев опубликовал свое свидетельство в публицистической статье «Усмирение Северного Кавказа» в эмигрантском журнале «Социалистический вестник» в 1951 г. (№ 3, 4). Г. Токаев не только свидетельствует как участник депортации, но и делает историческое обоснование проблем Северного Кавказа, «усмиряемого» по сей день. Он точно, со знанием фактов изнутри, обозначает рубеж – вторая половина 20-х годов, – когда началась «реинкарнация» великодержавной имперской политической традиции в отношении северокавказцев после того, как отгремели залпы революции и гражданской войны.

«Горская республика была распущена простым распоряжением сверху; каждый из входивших в нее народов был подчинен непосредственно центру, и его естественному, бытовому и государственному общению с соседями был нанесен рассекающий удар ("разделяй и властвуй"); к 1937 г. почти вся революционная интеллигенция края оказалась истребленной или заточенной в тюрьмы и каторги; представительства в Москве были распущены, требование предоставить Северному Кавказу статус союзной республики было встречено враждебно и репрессиями; латинский алфавит был запрещен и заменен неудобным русским алфавитом; коллективизация и ликвидация «кулачества»; война пехоты, кавалерии, погранвойск, артиллерии и авиации Красной армии против северокавказцев (1930 – 31). Насаждение на 95-97 % руководящих постов пришельцев (по общему правилу, не знавших ни местных обычаев, ни психологии, ни быта, ни языков); унизительный отказ принимать в Красную армию казаков, чеченцев, ингушей и др.; новая волна репрессий против интеллигенции и "буржуазных националистов", – все это обострило положение до такой степени, что с 1928 – 29 гг. по сей день непрерывной цепью существуют партизанские вспышки либо одновременно в ряде районов, либо во всяком случае где-нибудь в одном районе…»[39].
Г. Токаев, по всей видимости, был лично причастен к драме внутрипартийного противостояния (до убийства Кирова в 1934 г.) по вопросу национальной политики на Северном Кавказе. Он сообщает интересные сведения в связи с этим: Бухарин и Рыков даже приняли специальную резолюцию «правых», в которой практически говорилось о возрождении «империалистическо-колониального отношения Политбюро» к национальным меньшинствам вообще, к северокавказцам – в особенности. Оказывается, старые коммунисты И. Бакаев, А. Енукидзе очень резко выступали против текущей национальной политики. Например, Енукидзе утверждал, что «в области национальной политики мы становимся образчиком мракобесия, реакции и колониального империализма»[40].

А жена Сталина С. Аллилуева борьбу с «трудящимися Северного Кавказа» назвала «чудовищной контрреволюцией». Очень негативно в свидетельстве Токаева представлен Киров – любимец ингушей и чеченцев во времена борьбы за установления советской власти на Северном Кавказе: «В 1934 г. на нашу коллективную жалобу… Киров со свойственной ему бесцеремонностью, грубостью и цинизмом ответил, что казаки и горцы являются врожденными контрреволюционерами-антисоветчиками, и их надо проучить»[41].
Совсем без обиняков и предельно четко, по-большевистски, друг ингушей «Мироныч» в это же время заявил (обнажив тем самым подлинную суть так называемой национальной политики Кремля на Кавказе): «Кавказ нужен нам нефтью и продовольствием»[42].

Типично имперская, не прикрытая никаким «фиговым листом» позиция! Можно прямо утверждать, что самый виднейший функционер в партийно-управленческой иерархии Сталина – Киров – как официальный, государственный деятель откровенно выразил истинную позицию верховной власти страны в отношении к тем ее гражданам, этнические территории которых были нужны этому государству без самих граждан. Таким образом, сама концепция по «изъятию» антисоветского, генетически контрреволюционного элемента, коими являлись для власти народы Северного Кавказа, и в первую очередь ингуши и чеченцы, вызрела еще в первой половине 30-х гг. Депортационный проект отнюдь не единовременное творение Сталина и Берии, а коллективное и долгосрочное предприятие, имевшие свои этапы «созревания».
Следующим этапом подготовки депортаций (не только ингушей и чеченцев) был 1940 г., а последним стал февраль 1943 г. Об этом свидетельствует в своей работе «Усмирение Северного Кавказа» тот же Г. Токаев: «Уже в начале 1940 г. Генеральный штаб СССР пришел к письменному выводу, что в случае войны в южном направлении народы неспокойного края могут стать занозой в чувствительном месте военной машины и что поэтому было бы стратегически целесообразно принять своеобразные "особые меры". Что это за "особые меры", мы охотно разъясним, если Сталин и Штеменко (тогдашний заместитель начальника Генштаба СССР. – М.Я.) готовы принять приглашение опровергнуть наше утверждение. Так было положено фактическое начало того, что произошло в 1943 – 44 гг. …
11 февраля 1943 г. на объединенном заседании Политбюро и ГКО было принято постановление о ликвидации Чечено-Ингушской АССР и о поголовном выселении всех горцев на Восток по причинам якобы:
а) отказа чеченцев и ингушей подчиниться приказам верховного главнокомандования Красной армии;
б) попытки создать свою особую национальную армию для борьбы против Советской власти совместно с немцами (автор этих строк знает детали этой «особой армии», и ему не кажется неприличным для Сталина включение в постановление высшего ареопага империи столь низкой, ребяческой и циничной неправды) [43];
в) совместных с немцами боевых действий в тылу Красной армии (чего стоит этот притянутый за уши мотив, видимо, хотя бы из того, что ЧИАССР не была даже оккупирована ни на минуту и, следовательно, никак не могла действовать "совместно с немцами");
г) забвения патриотического долга перед родиной (циники, разумеется, не могли записать, что чеченцы и ингуши под «нашей родиной» понимают нечто другое, чем сталинские сотоварищи)»[44].


Г. Токаев-Токати приводит, как нам представляется, самые серьезные, неопровержимые и абсолютно подлинные доказательства тщательно спланированного и идеально (если это слово здесь вообще уместно) исполненного преступления на государственном уровне, поскольку он был не только «посвященным», весьма осведомленным членом высшей номенклатуры сталинского призыва, но и практическим участником самой операции по депортации ингушей и чеченцев, не единожды бывавшим на местах преступлений в Грозном и сельских районах.


Г. Токаев как бы изнутри сталинского террариума свидетельствует о том, что было сокрыто вплоть до конца ХХ века. А именно: называет точные этапы подготовки депортации, организаторов и главных ее идеологов, а также до сих пор тщательно скрываемые факты этой преступной и технически безупречно осуществленной военной операции.
«Молотов, Жданов (находившийся в Ленинграде), Вознесенский, Андреев и Косыгин (тогда председатель СНК РСФСР) считали, что ЧИ АССР надо ликвидировать: поголовно арестовать и сослать немедленно и публично, чтобы прецедентом предупредить возможное организованное сопротивление белорусов, молдаван, крымских татар, литовцев, латышей, эстонцев и карело-финнов возвращению Красной армии. Микоян, всегда остающийся в меньшинстве и в беспомощном положении, часто играющий роль тайфуна в стаканчике, в принципе был согласен с необходимостью расправы «за постоянную антисоветскую психологию и частые активные выступления против советской власти», но рекомендовал проявить осторожность, чтобы неслыханный акт не был использован геббельсовской пропагандой против Красной армии, чтобы еще не освобожденные Крым, Украина, Молдавия, Белоруссия, Эстония, Латвия, Литва и Карелия не были напуганы и не выступили единым фронтом против нашей «армии – освободительницы», чтобы сами чеченцы и ингуши не восстали и этим не ввергли тыл в хаос гражданской войны, – по этим сооружениям он рекомендовал ограничиться пока вводом в республику войск НКВД. Сталин, Ворошилов, Каганович, Хрущев (находившийся в районе Сталинграда), Калинин и Берия (находившийся в городе Дзауджикау) считали, что чеченцы и ингуши действительно являются неисправимыми антисоветчиками и рано или поздно их надо будет выселить подальше от Кавказа, но от немедленности расправы следует пока воздержаться, чтобы:
а) не снабдить геббельсовскую пропаганду могущественным оружием против СССР;
б) острая новость не проникла на еще недостаточно удалившийся фронт и не повлияла отрицательно на моральное состояние войск;
в) не создать серьезного повода для антисоветского восстания в Крыму, Украине, Молдавии, Белоруссии, Эстонии, Литве, Латвии, Карелии … и у других народов Восточной Европы;
г) исключить возможность прихода гитлеровцев на помощь чеченцам и ингушам по воздуху, поскольку фронт все еще находился на Тамани и под Ростовом. Поэтому, рассуждал Сталин, пока надо ограничиться оккупацией ЧИ АССР и созданием там условий, исключающих возможность организованного антисоветского выступления. Практически так и было сделано: республика была насыщена войсками НКВД. Населению говорилось, что это сделано с целью очистить предгорья от остатков вражеских диверсионных групп, охраны нефтяных центров и … строительства дорог»[45].

Из сказанного нами сделаны следующие выводы.


Во-первых, глубинной и всегда тщательно замаскированной причиной террора государства в отношении ингушей являлась (и является) этногеополитико-стратегическая проблема региона. Ингуши (вместе с чеченцами), согласно имперской иерархической традиции, всегда позиционировались как нелояльные народы. Поэтому объектом вожделений империи была этническая их территория, на которой они сами были лишними в свете политики и практики советского (и постсоветского) экспансионизма в регионе Северного и Южного Кавказа в ХХ в.

Во-вторых, главным (во все времена, кстати) объектом репрессий со стороны московской власти были чеченцы, пассионарные близкородственные соседи ингушей.

В-третьих, «размышления» наверху по поводу возможной депортации еще в 1940 г. позволяют утверждать, что главная внутриполитическая причина ее все-таки заключалась в том, что ингуши (как и чеченцы) не только не поддались советизации, а еще и оказывали всевозможное сопротивление советской власти в конце 20-х, 30 – 40-х гг. как латентной, так и открытой вооруженной борьбой против атеистического оболванивания, коллективизации, большевизации и русификации в бытовой, культурной и социальной сферах жизнедеятельности.


Поняв уже в середине 20-х гг., в какой капкан они попали, ингуши на ментальном уровне отторгали советскую власть несмотря на слой нацуправленцев. Это были люди с «вывороченными мозгами», патологическим изменением в области духа, вызванным советизацией. Материальные выгоды, карьерная лихорадка, лицемерие как образ жизни, приспособленчество и лизоблюдство перед высшей инстанцией, особенно в лице русского начальника, сделало «туземных хакимов», по существу, проводниками преступной государственной политики в борьбе с собственным народом [46]. Редко кто из этих национал-предателей сам не был так или иначе перемолот в советской мясорубке.
 
продолжение...

Мариям ЯНДИЕВА. Депортация ингушей

Все события, происходившие в СССР с конца 20-х до конца 30-х гг. (завершившиеся в 1937 г. Большим террором), историки обозначают как «сталинскую революцию сверху», т.е. десятилетие «коренных насильственных изменений в государственном и социально-экономическом строе, проведенных по воле советского руководства и прежде всего Сталина. Форсированная индустриализация, ликвидация зажиточных крестьянских хозяйств и насаждение колхозов, идеологическая унификация и подавление любых форм инакомыслия были невозможны без широкомасштабного применения государством принуждения и террора»[47].

Предвоенное десятилетие в Ингушетии, также как и по всей стране, характеризовалось массовыми репрессиями, явившимися результатом ультраправой большевистской политики сталинской индустриализации и насильственного объединения в колхозы. И так же, как во всей стране, проведение этой жесточайшей политики фактически ввергло Ингушетию, ставшую в 1934 г. частью Чечено-Ингушетии, в состояние гражданской войны. Насильственная экспроприация хлеба, естественно, приводила к разорению, арестам, ссылкам и сопротивлению народа. Коллективизация, безусловно, подорвала народно-хозяйственную систему, но не уничтожила вековые традиции национальной жизни. Родовой хуторской уклад землепользования, отсутствие частного землепользования (на плоскости земля, вода и леса были общими) обессмысливали само понятие «кулак». А. Некрич писал об этом: «Хуторская, или подворно-родовая, система сохранилась, несмотря на коллективизацию, почти повсюду. Наряду с избранными правлениями колхозов существовали подпольные правления, которые и вели все дело, а "избранники" служили лишь камуфляжем. В ряде районов (Ачалукский, Пригородный и др.) были случаи, когда лучшие земли оставались в руках единоличников. Размер таких угодий доходил до 19 га на одно хозяйство, в то время как на одно хозяйство колхозника приходилось 2,5 га. Существовали карликовые колхозы по 20-30 хозяйств, которые на деле оставались тейпами, лишь сменившими вывеску. В горных районах, где все земли были отнесены к категории террасовых (т.е. расположенных уступами, по склонам и малопригодные), несмотря на наличие 158 колхозов, объединяющих 33205 хозяйств, или 99,8 % от всех хозяйств горных районов, индивидуальное землепользование фактически оставалось основной формой уклада жизни»[48].

Цитируемый Некричем советский историк партии В. Филькин [49] в своей работе о рассматриваемом периоде писал, что во время «коллективизации» с плоскости в горы перекочевало большинство «кулаков» и в 1938 г. в горах Чечено-Ингушетии было официально 3000 хуторских хозяйств. Хозяева этих хозяйств формально считались колхозниками, «а на самом деле владельцы их, пользуясь бесконтрольностью органов власти, самовольно захватили земли, сенокосы, пастбища в лесах местного и государственного значения, имели скрытые посевы и содержали большое количество скота»[50].

В свою очередь, власть боролась с социальной инаковостью своим излюбленным и апробированным способом: знаменитый приказ ОГПУ № 44/21 от 2 февраля 1930 г. и директива правительства СССР определили судьбу кулаков, выселяемых в различные регионы страны. Пункт 2 приказа закреплял «массовые переселения (в первую очередь из районов сплошной коллективизации и пограничной полосы) наиболее богатых кулаков... и их семейств в отдаленные северные районы СССР с конфискацией их имущества»[51].

Безостановочный конвейер «кулацкой ссылки» был налажен в феврале 1930 года, но директивы ОГПУ с пояснениями предстоящих массовых депортаций были разосланы на места еще в январе. «Осуществлять мероприятия надлежало особоуполномоченным райисполкомов (совместно с ОГПУ и местными комбедами)... Самих раскулачиваемых поделили при этом на категории:
1) "контрреволюционный актив": их заключали без суда в концлагеря и даже расстреливали..;
2) "остальные элементы кулацкого актива, богатые кулаки и полупомещики": их выселяли в отдаленные местности СССР или отдаленные местности данного края;
3) оставляемые в пределах района кулаки...
Разумеется, у всех трех категорий конфисковывалась большая часть их имущества и денежных накоплений, полученные таким образом средства шли в погашение кулацких "долгов" государству или поступали в неделимые фонды колхозов [52].

Первыми к переселению готовили «кулаков» с Северного Кавказа, естественно, что ингуши и чеченцы уже тогда были «первыми». «Плановая "матрица" депортаций выглядела при этом следующим образом: в северный край высылались кулаки с Украины и Центральной черноземной области. В Сибирь – с Нижней и Средней Волги и из Белоруссии»[53].

Казахстан и Сибирь в это время оказались не готовы к «приему», поэтому «кулаков» из Ингушетии, Чечни, Кабарды, Дагестана и других районов Северного Кавказа выселяли на Урал, Среднюю Волгу и Нижневолжский край.
Как тяжело в сталинском «раю» советизировались ингуши (и чеченцы), говорит анализ «Краткой справки об экономическом и политическом состоянии бывшей Чечено-Ингушской АССР за период с 1937 по 1941 г.», составленной после депортации 1944 г. заместителем начальника МВД по Грозненской области Дормидонтовым на имя начальника 1-го Спецотдела МВД СССР А.К. Сироткина. Справка была призвана обосновать депортацию как закономерную и единственную меру власти в отношении «народов-саботажников и бандитов».

Дормидонтов писал, что в 24 административных районах ЧИ АССР до 1941 г. (а это 2288 населенных пунктов) проживало 75 тысяч ингушей (12 %, без учета ингушей Пригородного района и Владикавказа), 387,8 тысяч чеченцев (52,8 %) и др.; функционировало 224 сельсовета, 412 колхозов (из них 67 ингушских, 321 чеченских, 23 русских и 1 еврейский). Ингушские и чеченские колхозы, оказывается, не выполняли планов, в них была низкая трудовая дисциплина, имел место падеж скота, расхищение колхозных средств, гибель посевов, приписки и т.д. Но при этом также отмечалось, что последствия коллективизации для народов оказались тяжелыми [54]. О том же свидетельствует «Доклад о работе отдела спецпоселения НКВД СССР» от 5 сентября 1944 г., в котором о периоде 30-х гг. сказано следующее: «О чечено-ингушах. В начале 30-х гг. в области создалась реальная угроза вовлечения в повстанческую авантюру значительных масс. В результате подрывной работы в единоличном пользовании оказались основные массивы земельных угодий, до последнего времени практиковались купля, продажа и аренда земель, созданные колхозы существовали формально, в них было обобществлено не более 17 % пахотной земли, до 32 % сенокосных угодий и совершенно незначительное количество рабочего скота (около 5 %). В связи с такой обстановкой, часть бедняцко-крестьянских масс попала под влияние и зависимость кулаков. В широких массах на почве перегибов и провокаций шло глубокое брожение, используя это, кулачество переходило к открытым выступлениям, увлекая за собой значительную часть середняков. Для ликвидации этого контрреволюционного движения в марте-апреле 1930 г. было проведено ряд серьезных чекистско-войсковых операций при поддержке артиллерии и авиации»[55].

В очень подробном доносе капитана госбезопасности НКВД СССР С. Свирина о положении в Назрановском районе в мае 1942 г. тема «несоветскости» ингушей, не желающих становиться «нормальными советскими колхозниками», доминирует как основная для идеологического и юридического обоснования «брэнда» ингушей как «народа-преступника» и «народа-бандита». Из «Заключения по Назрановскому району»: «Нашел: ... колхозник Холухаев из колхоза им. Орджоникидзе, не желая работать на своей лошади по колхозным делам, нанес ей умышленное ранение ножом в ногу, об этом факте было сообщено прокурору и РО НКВД, но Холухаев до сего времени не арестован; ...Колхозник Асканов Заурбек колхоза им. 12 лет РККА имеет 4-х работоспособных членов семьи, не работал в колхозе в 1940 – 1941 гг., лошадей в колхоз не сдал, занимается спекуляцией и торгует спиртными напитками..; ...В колхозе им. Калинина во время проведения собрания имело место контрреволюционное выступление...»[56].

В доносах Поветьева, начальника Политического сектора НКЗ ЧИ АССР, подобная же информация: «...В декабре 1941 года в селении Барсуки был убит председатель колхоза им. Сталина Хаматханов Макшерип. Хаматханов был убит за его решительную борьбу с лодырями и с кулацкомулльскими элементами, этот, безусловно, террористический акт был совершен на лучшего председателя колхоза... 18/ΙV-42 г. мною лично ... был обнаружен на дальнем участке самозахват колхозной земли в количестве 3 га, в колхозе им. Ленина, селение Экажево. Самозахватчик колхозной земли Альдиев Увейс, член колхоза Альдиев прибыл в марте месяце 1942 г. с отбытия тюремного заключения... 20/IV-42 г. председатель с/совета Насыр-Корт т. Бузуртанов и председатель колхоза им. Ленина селения Насыр-Корт т. Джандигов обнаружили самочинный захват колхозной земли колхозниками этого же колхоза Вышегуровым Каурбеком, Вышегуровым Генардко, Цичоевым Бексултаном, единоличником Арчаковым Ахмедом. Когда председатель с/совета предложил им убраться с колхозной земли, захватчики стали сопротивляться...»[57].

Сталин вполне отдавал себе отчет в том, что село и деревню по всей стране можно заставить бесплатно работать на государство только террором, который и стал основным методом создания колхозов. Зажиточная и дееспособная часть крестьян-горцев была главным объектом уничтожения путем арестов, высылки, разорения, расстрела. Коллективизация в селах Ингушетии, как и по всей крестьянской России, шла «нога в ногу» с глумлением и репрессиями против священнослужителей, закрытием и осквернением мечетей. Безусловно, мусульманское духовенство своими методами боролось с безбожной советской властью и коллективизацией, доведенное до этой борьбы политикой и репрессивной практикой власти. Террор коллективизации ужесточал стиль политического руководства.

Смена ингуша-партийца И. Зязикова в 1929 г. на посту секретаря Ингушского обкома ВКП(б) русским Черноглазом обернулась неслыханными ранее репрессиями в адрес ингушских священнослужителей. А. Авторханов в своей книге тотальному террору властей в отношении сельской Ингушетии конца 20 – 30-х гг. посвящает специальную главу («Восстание в Ингушетии»)[58].

Во многом благодаря И. Зязикову массовые репрессии в Ингушетии начались позже, чем в Чечне [59].
Но когда мясорубка Черноглаза заработала, то масштаб и формы репрессий против духовенства, крестьян («кулаков»), управленческой и культурной элиты приняли необратимый характер вплоть до тотальной депортации всего народа в 1944 г. Только небольшой перечень репрессий конца 20 – начала 30-х гг.: учреждение «областного союза безбожников Ингушетии», вербовка мулл прямо в ГПУ Владикавказа с подпиской антирелигиозной декларации от простых крестьян массово вступать в «союз безбожников»; организация и осуществление по приказу Черноглаза начальником Назрановского районного ГПУ Ивановым репрессий в отношении религиозной секты Кунта-Хаджи и погром в мечети села Экажево летом 1930 г. – дает четкое представление о политическом, морально-психологическом и физическом государственном терроре в отношении ингушей. Убийство неистового чекиста Иванова, требовавшего из мечети сделать зернохранилище, повлекло за собой безудержный шквал репрессий против всех слоев ингушского общества. Сразу было расстреляно пять человек и тридцать сослано в Сибирь. Затем последовала серия спецмероприятий ГПУ по инспирированию сети антисоветского заговора в Ингушетии. В эту сеть в течение пяти месяцев были вовлечены сотни человек. Чекистский план создания «японского антикоммунистического центра в Ингушетии» с целью подготовки восстания в помощь Японии, которая готовится вступить в войну против СССР в ближайшее время, был реализован «на полную катушку». «Представитель Японии» (агент-монгол из среднеазиатского ОГПУ) выявил потенциальных «друзей Японии» среди ингушей и, сдав информацию, исчез. Вместо японского нашествия Ингушетия и ингуши оказались под свинцовым градом репрессий ГПУ: «21 человек расстрелянных, до 400 человек сосланных без суда и следствия (решением коллегии ГПУ) – таков был для ингушей результат этой очередной провокации ГПУ, зато почти все лица начальствующего состава Владикавказского объединенного отдела ОГПУ были награждены высшими советскими орденами за выполнение специального задания советского правительства. В числе награжденных был один из ингушских агентов ГПУ»[60].

Сразу же после «японской операции» Черноглаз с чекистами провели «зачистку» религиозных деятелей Ингушетии. «Черноглаз полагал, что под видом религиозных сект (секты Кунта-Хаджи, Батал-Хаджи и шейха Дени Арсанова) в Ингушетии существуют почти легальные контрреволюционные организации, неизвестные в центральной Советской России, а потому беззаконные и нетерпимые и в Ингушетии. Поэтому сейчас же после "японской операции" Черноглаз дал распоряжение об изъятии всех главарей указанных сект (эти религиозные секты были созданы еще задолго до русской революции). Аресты главарей и основных деятелей сект произвели на ингушей исключительно удручающее впечатление... Черноглаз был убит... Убийство Черноглаза дорого обошлось ингушам. Первым был арестован по обвинению в организации этого убийства Идрис Зязиков... вместе с его женой Жанеттой, были арестованы все его личные друзья и родственники. По аулам были произведены аресты среди всех тех лиц, которые числились в так называемых «списках порочных элементов» ГПУ, куда обычно заносились имена не только бывших, но и будущих "бандитов"»[61].

Каждодневные повальные аресты в Ингушетии были фрагментом большой сталинской чистки пограничных районов, которые «к 1935 году... в обязательном порядке были очищены от кулаков и прочих неблагонадежных»[62].

В период перестройки были опубликованы сведения о том, что в конце 20 – 30-х гг. было репрессировано 10 тыс. ингушей [63]. Согласно воспоминаниям А. Авторханова, с 1936 до конца 1938 г. в Чечено-Ингушетии было расстреляно около 80 тыс. человек всех национальностей (напомним, что репрессии 30-х гг. в большей степени затронули ингушей) [64].

Уничтожалась наиболее дееспособная часть народа, которая и являлась, по мнению чекистско-большевистской власти, основой латентного национального конфликта, т.е. скрытой формы сопротивления тоталитаризму [65].

Подчеркиваем: главными причинами конфликта народа и власти являлись раскулачивание и коллективизация, агрессивная атеистическая идеология советской власти, принудительное внедрение чуждых национальной культуре элементов во всех сферах жизни, а также естественный традиционный антиколлективизм ингушей, не сочетаемый с казарменной «соборностью» советского образа жизни. Неприятие коммунистической идеологии на глубинном уровне было причиной сохранения традиционного жизненного уклада ингушей, который советская власть пыталась разрушить.
Ингуши в принципе не могли смириться (и не смирились) с тем, что их удел – «лизанье палки» (В. Шаламов) Хозяина, и поэтому они всегда выламывались из железобетонного монолита сталинской системы, породившей снивелированных рабов, покорно стоящих в очереди у раздаточной кормушки этого «Хозяина».
***
Латентное сопротивление основной крестьянской Ингушетии сопровождалось открытой вооруженной борьбой небольшой части ингушей против советской власти и ее карательных органов весь период коллективизации – в 30-е и 40-е гг., в 50-е гг., в частности до 1956 г. После физической ликвидации выдающегося повстанца Ахмеда Хучбарова и его отряда в указанном году организованное вооруженное сопротивление в Ингушетии прекратилось. Ингушетия (вместе с Чечней) после укоренения советской власти на местах стала объектом пристальной «заботы» и «опеки» ВЧК-ГПУ-ОГПУ-НКВД-МГБ-КГБ. Это в центральной России чекисты были «откомандированы» в народное хозяйство [66], а на Северном Кавказе, и в частности в Ингушетии, они были фактически приставлены ко всем сферам жизнедеятельности и впрямую являлись несущими конструкциями режима [67].

В мемуарах А. Авторханова об этом сказано следующее: «Чечено-Ингушетией руководят (речь идет о периоде с 1934 года. – М.Я.) не секретари партии и не председатели Советов, а начальники и уполномоченные НКВД; бунты горцев и абречество в Чечне и Ингушетии не результат беспокойного национального характера, а следствие подстрекательства карьеристов из НКВД... за подавление волнений, ими же спровоцированных, за поимку абреков уполномоченных ГПУ-НКВД повышали в чинах, они получали ордена.., сфабрикованные дела, раскрытие мифических заговоров националистических групп и центров.., при НКВД Чечено-Ингушетии имелся даже отдел "ББ" (по борьбе с бандитизмом), но истинная его функция не столько карательная, сколько "творческая" – разрабатывать сценарии провокаций, создавать агентурную сеть из доносителей и филеров, вовлекая в нее в первую очередь бывших красных партизан»[68].

«Уголовно-террористическое государство фашистского типа» (А. Яковлев) насилием и каждодневными репрессиями вгоняло горцев в новый социальный миропорядок, а в ответ получало яростное сопротивление. Методы, которыми проводилась советизация (коллективизация как одно из ее проявлений), вызывали возмущение и сопротивление, но преувеличением и раздуванием масштабов организованного «вооруженного национального сопротивления» занимались, безусловно, сами чекисты, которые должны были перманентно демонстрировать свою важную роль «церберов» режима. Ингушетия была для этого удобным полигоном. Создание целостной системы провокаций, обман как основное правило во взаимоотношениях с обществом – характерные черты человекоистребительной эпохи сталинщины.

Сводки, донесения, записки, посылаемые в Москву, обосновывали репрессии и демонстрировали бдительность и преданность органов: «...там верили фантастическим сводкам чекистов, что чеченцы и ингуши только тем и заняты, что замышляют каждый день чуть ли не "освободительный поход" по всему Кавказу. Чтобы обосновать это свое утверждение.., чекисты сами организовывали мнимые заговоры... против советской власти или своей вызывающей провокационной политикой сознательно толкали их на вооруженное выступление против нее. Это входило и в карьеристские расчеты чекистов. Мы категорически утверждаем, при всем том, что советская власть отказалась, в конце концов, от многих своих "суверенных" принципов по национальному вопросу и при всей строгости советских законов и жестокости их применения чеченцы и ингуши примирились бы со своей судьбой, если бы не вся эта преднамеренная, порою чудовищная система провокаций НКВД. Мы утверждаем так же категорически, что в СССР нет ни одного маленького народа, с которым так легко можно было бы договориться и подчинить его власти, если апеллировать к его рассудку, не оскорбляя его национальную честь, религиозное чувство и личное достоинство… Им (ингушам и чеченцам. – М.Я.) была объявлена в порядке "коммунистического перевоспитания" самая ожесточенная война. Но эту войну вели не столько устами пропагандистов, но пулями чекистов»[69].

Чекистскую войну отражало (и довольно успешно) определенное количество так называемых кадровых банд (используя терминологию органов). В основном это были чеченские отряды и отдельные повстанцы-одиночки [70].

В таком весьма полезном для нашего исследования документе госбезопасности, как «Обзор материалов о банддвижении на территории бывшей ЧИ АССР» от 8 августа 1945 года, предназначенном всем начальникам УНКВД, РО и ГО НКВД Казахстана «для ориентировки и оперативного использования», отчетливо видно следующее. Повстанческое движение в основном было чеченским. Ингушские «кадровые банды» с 1922 по 1930 г. представляли собой тех крестьян (в основном неграмотных), которые после гражданской войны и окончательного воцарения Советов в Ингушетии не могли и не хотели адаптироваться к «новой» жизни: «В Ачалуковском районе (11107 человек) часть населения, уходившего с белыми, вернулась и занималась формированием бандгрупп, затем имело место кулацко-мулльское восстание. Широко действуют секты Кунта-Хаджи (200 человек), Дени Арсанова (30 человек)…»[71].

Вот каким образом характеризовались участники банд: «Додов Эльбруско Умаханович – 1879 г.р., уроженец и житель хутора Пуй Хамхинского сельсовета Галашкинского района, ингуш, беспартийный, неграмотный, из крестьян-середняков, колхозник колхоза им. Кирова. В 1930 г. судим на пять лет лишения свободы за участие в вооруженном восстании… Среди населения Хамхинского и Цорийского сельсоветов пользуется влиянием, тамада религиозной секты "Дени Арсанова" по Хамхинскому обществу… Балкаев Сельмурза Мусостович – он же Мусаев Сальмурза – 1870 г.р., уроженец и житель хутора Балкой Хамхинского сельсовета Галашкинского района, ингуш, беспартийный, неграмотный, из крестьян-кулаков, член колхоза. Вместе со своим братом Балкоевым Мовли руководит сектой "Кунта-Хаджи" по Хамхинскому обществу…»[72].

Согласно «Обзору материалов о банддвижении на территории бывшей ЧИ АССР», весь период 30-х годов советскую власть серьезно тревожили следующие ингуши-повстанцы: Ахмед Хучбаров, Курейш Белхароев, Бекмурзиев, Котиев, Султыгов, имевшие свои отряды. В поименном списке «бандитов» в «Обзоре» приведены фамилии 236 человек, из них ингушей – 14. Это руководители отрядов. Особые неприятности органам доставляла деятельность отряда Ахмеда Хучбарова [73].

На «нет» сводятся чекистские инсинуации с количеством и деятельностью так называемых банд и бандитов в документах Картотеки по учету спецконтинентов, которую НКВД ЧИ АССР составлял в дни депортации. Лишь в 1989 г.[74] стало доподлинно известно о том, что фактически реалистических сведений об этой части ингушского социума, которому и приписывалась основная вина за депортацию всего народа, просто нет. «Почти полное отсутствие сведений о бандах, якобы свирепствовавших в ЧИ АССР и послуживших поводом для выселения, показывает несостоятельность этих обвинений. Так, по Назрановскому району на 26778 человек населения только в карточках 5 человек, четверо из которых ингуши, а один – осетин, указано участие в бандах. Следует учесть, что к бандитам эти люди, являющиеся, в сущности, народными мстителями, отнесены по классификации сталинских времен. Примечательны формулировки об этих людях в карточках. Так, в карточках Барахоева Тугана и Газдиева Абдул-Хаджи указано: 1-й "скрывается в бандах", 2-й "находится в банде". В карточке Белхароева Курейша указано – "главарь банды. Сын шейха Батал-Хаджи. Легализован 5.12.44 г. Переселен в Казахскую ССР 7.11.45 г. эшелоном 136". "Арапиев Хасан и Кулаев Султан (он же Музар – осетин по национальности) указаны как участники банды Белхароева Курейша. Легализованы 5.11.44 г. Переселены в Казахскую ССР 7.11.45 г. эшелоном 136". …
Разумеется, в Картотеку записаны только те "банды", которые попали в руки чекистов живыми. Можно также предположить, что к "бандитам" в Картотеке отнесены только те лица, которые уже были включены в списки банд, имевшиеся в НКВД. Тем более нет никаких оснований говорить о крупных бандах, действовавших в Чечено-Ингушетии. Вызывает удивление проведение в горах Чечено-Ингушетии в течение 1944 года широкомасштабных операций по борьбе с ними. Отметки в карточках о "легализации" "бандитов" в конце 1944 – начала 1945 года и их отправке в Казахстан убедительно свидетельствуют об успешном проведении операций по их поимке и подавлении сопротивления уже к началу 1945 года. Кстати сказать, отправка легализованных "бандитов" в Казахстан была всего лишь ловким трюком, придуманным НКВД для того, чтобы принудить обещанием свободы оказывающих сопротивление сдаться: все они по прибытии в Казахстан были арестованы»[75].

Война и последующая депортация народа привнесли в спорадический и спонтанный характер ингушского сопротивления характер более регулярного целенаправленного вооруженного противостояния палаческой системе.
***
Неудачное начало войны сразу же болезненно сказалось на ингушах и чеченцах. Совершенно определенно можно говорить о том, что она стала для Сталина весьма удобной завесой, за которой технически успешно (используя весь арсенал страны, вступившей в военные действия) и политически целесообразно («весь советский народ воюет за родину, а отдельные народы-отщепенцы в это время…») решалась геостратегическая задача «очищения» юга от «настоящих буйных» народов. Сталин обоснованно боялся вступления Турции в войну на стороне Германии. Поэтому были репрессированы карачаевцы и балкарцы – тюркские народы.

Бездарная и преступная деятельность советских военачальников, сдававших один за другими плацдармы страны, ужесточала национальную политику Сталина, особенно при прорыве немцев к Сталинграду и Северному Кавказу [76]. Повстанцев-одиночек, а также небольших мобильных отрядах на территории ЧИ АССР во время войны, «по данным НКВД, была… 51 бандгруппа с 335 участниками. Около 40 % из этого числа – «бандиты-одиночки». Это пишет В. Филькин – один из «тройки по борьбе с бандитизмом».., свидетель и участник этой борьбы. Он же свидетельствовал, что все эти "бандгруппы" еще в 1942 году (т.е. по крайней мере за 1,5 года до выселения) при активном участии «коренного населения были ликвидированы. Теперь о характере этих "бандгрупп". Они не носили какой-либо организованный характер. Да и вряд ли могли носить таковой, если половина из них были одиночки, а остальные составляли группы, в среднем насчитывавшие по 4 человека. Не было у них ни каких-либо спецсредств (например, связи и т.д.), ни политических программ. Подавляющее большинство из них были малограмотными и совсем неграмотными»[77].

Другой партийно-государственный функционер своего времени, лично принимавший активное участие в важнейших текущих делах в качестве заведующего военным отделом Пригородного райкома партии, А.-Г. Тангиев свидетельствовал: «…чеченцы и ингуши никак не могли вступать добровольцами в немецкую армию. Этой армии на территории Чечено-Ингушетии не было, да и организовывать диверсионные (именно военно-диверсионные. – М.Я.) банды не было нужды. Не было ни одного случая политического диверсионного акта на важнейших коммуникациях республики. Нефтепроводы, электрические линии, телефонная и телеграфная связь, железные и шоссейные дороги, мосты, радиостанции, объекты водоснабжения, аэродромы и т.п. – все работало, как в мирное время. Всенародный гнев обрушился бы на того, кто мог бы совершить подобное преступление»[78]. Историк М. Музаев в своем исследовании о депортации 1944 г. пишет о том, что «на самом деле в горной Чечено-Ингушетии в разное время действовали от 10 до 15 "бандгрупп", в которые входили от 1 до 7 участников разных национальностей (чеченцы, ингуши, русские, украинцы, грузины и др.), скрывающиеся после совершения различных уголовных преступлений или несогласных с существующим режимом»[79].

Мы считаем, что только восстание Исраилова и Шерипова, организовавших несколько повстанческих групп и партию (ставившие целью объединение всего Северного Кавказа для борьбы с советской властью и образование независимого горского государства), было единственным политически и организационно квалифицированным. Это было связано с тем, что Исраилов и Шерипов были высокообразованными и грамотными чеченскими патриотами-интеллигентами. Их национально-освободительное восстание началось в 1940 г., а завершилось в 1942 г., и никаких документов, подтверждающих связь отряда Исраилова-Шерипова с немцами, до сих пор нигде не обнаружено, как не существует каких-либо документов, которые указывали бы на то, что ингушские повстанцы, не преследовавшие политической цели национального освобождения, – имели какую-либо реальную связь и совместную деятельность с фашистами. «Восстанием» осени 1941 г. органы НКВД и НКГБ окрестили естественное возмущение мирных жителей ЧИ АССР на преступление военкомов и властей республики по насильственной, жестокой по своему характеру и последствиям мобилизацию гражданского населения Чечено-Ингушетии для строительства оборонительных сооружений в Харьковском военном округе.

Впервые об этом на основании документальной и свидетельской базы написал М. Музаев в упомянутом выше исследовании о депортации. «В самом начале сентября 1941 г. во всех районах республики военкомы (все русские) устроили настоящие облавы на гражданское население. Детей, женщин (даже беременных), стариков хватали прямо с улиц, базаров и т.д. Это вызвало панику, вначале даже местные партработники и сотрудники НКВД не понимали, что происходит. А происходило очередное государственное преступление (можно сказать, репетиция к депортации 1944 г.): Северо-Кавказский округ (Ростов-на-Дону) потребовал от главного военкома ЧИ АССР в специальном распоряжении мобилизовать 8000 человек для отправки в Харьковский военный округ. Военкомы, согласно существующей традиции, перевыполнили план «и загнали в эшелоны 13000 человек. В вагоны на носилках заносили даже тяжело больных людей. До 60 % мобилизованных не имели соответствующей одежды, люди не знали, куда и зачем их везут. В пути с ними не велось никакой разъяснительной работы, не выдавалась горячая пища, а зачастую и вообще никакая. Больных в вагонах прибавилось. Тем не менее, после остановки эшелонов их всех погнали пешком 80-километровым маршем к месту назначения. Тех, кто окончательно выбивался из сил, бросали без всякой помощи в безлюдных местах. Немало мобилизованных умерло уже в пути. Поселок Акимовка, в районе которого добравшиеся должны были начать работы, вдруг подвергся массированному налету немецкой авиации. Сопровождавшие мобилизованных военные исчезли, бросив мечущихся в панике под бомбами и пулеметными обстрелами людей. Сколько из них здесь погибло – неизвестно. Наконец, появился какой-то военный чин, который распорядился, чтобы мобилизованные "убирались к черту", т.к. они без всякой пользы представляют собой "мишени для немецких летчиков". И вся эта неорганизованная масса хлынула в обратный путь, кто пешком, кто, стараясь зацепиться за идущие на Северный Кавказ вагоны воинских эшелонов. Коменданты станций старались побыстрее избавиться от этих растерянных, часто не знающих русского языка людей. Сколько их сгинуло при возвращении – тоже неизвестно. Но в Ростов из 13000 человек добралось только 1200 человек. Здесь их встретили враждебно, называли дезертирами, не кормили, не оказывали больным людям врачебной помощи, оставили под открытым небом да еще собирались расстрелять…»[80].

Безусловно, это ведомственное преступление военкомов утяжелялось и превращалось в настоящую казнь ингушей и чеченцев с помощью НКВД и партийных органов. Все ведомства сталинской системы соучаствовали в геноцид-репетиции в самом начале войны, в конце которой свершился государственный геноцид-кульминация. Приехавшая в Ростов комиссия из ЧИ АССР (Гайрбеков и Тамбиев) не могла объяснить оставшимся в живых ингушам и чеченцам, почему погибли их близкие и родные. Совершенно естественно, что среди горцев была дискредитирована мобилизационная политика страны, способы и характер ее проведения: «...последствием стал отказ значительной части горцев подчиняться трудовой повинности, когда люди отправлялись за сотни километров от своей республики на строительство укрепрайонов в других краях и областях. Такие случаи стали именоваться громким словом «дезертирство» и выдаваться фальсификаторами (из НКВД, готовившими обоснование для грядущей депортации. – М.Я.) за дезертирство чеченцев и ингушей из Красной Армии. С другой стороны, сентябрьское преступление военкомов и властей, помноженное на незаконные поборы и реквизиции скота у сельчан, вызвали осенью 1941 года в отдельных горных районах и хуторах возмущенное выступление мирных жителей, которое затем стало фантастически раздуваться фальсификаторами и выдаваться за восстания»[81].

Эти «восстания» были просто необходимы карательным ведомствам для текущей отчетности, из которой впоследствии и родилась зловещая и фатальная для ингушей и чеченцев докладная записка «О положении в районах Чечено-Ингушской АССР» (ноябрь 1943 г.) на имя Берии, которому она настолько пришлась по душе, что он это даже выразил в своей знаменитой недоброй памятью резолюции от 13 ноября 1943 г.: «Тов. Кобулову. Очень хорошая записка». 18 ноября того же года им же было утвержден план операции «Чечевица».
***
В немецких исследованиях, работах таких специалистов-историков, как Л. де Йонг и Й. Хоффман, нет ни одного упоминания о каком-либо «сговоре» и совместных военных операциях между ингушами, чеченцами и немцами. В новейшем российском исследовании Л. Соцкова [82] (генерал-майора внешней разведки) в этой связи сказано следующее: «Чтобы сохранить бакинские и грозненские нефтепромыслы в рабочем состоянии к моменту их захвата германскими войсками, Верховное командование вермахта в сентябре 1942 г. приступило к организации спецподразделений и военнопленных, работавших прежде всего в нефтедобывающей промышленности. Их центральный лагерь размещался в Мариуполе. Эти люди должны были в кратчайшие сроки обеспечить восстановление нефтедобычи для нужд германской армии. Тогда же Абвер организовал агентурную группу "Зет", членов которой предполагалось забрасывать в бакинский и грозненский районы нефтедобычи с задачей не допустить вывода из строя скважин и нефтеобразования отступающими советскими войсками. Задействовать свою агентуру в полном объеме немцы не смогли по причине того, что захватить Кавказ им не удалось, а кое-кто из тех, кого успели забросить, были арестованы органами госбезопасности»[83].

В исследовании М. Ибрагимова [84] указывается на то, что повстанческие отряды сформировались к 1943 году в количестве 320 на всем горном и предгорном пространстве Главного Кавказского хребта: в Ставрополье их было 38, в Краснодарском крае – 51, Карачаевской автономии – 39, Черкесской автономии – 22, Дагестане – 53, Северной Осетии – 17, Кабардино-Балкарии – 42, Чечено-Ингушетии – 52. При этом все отряды были этнически разнородными и по характеру деятельности могут быть поделены на три группы:
1. Повстанческие группы политической направленности, связанные с немецкими разведцентрами, военным командованием и эмиграцией. Целью их являлось свержение советской власти.
2. Группы, не имевшие политической установки и никак не связанные с немецкой агентурой.
3. Криминальные группы с банальной бытовой уголовщиной.

Ингуши относились ко второй категории, как и 70 % всех группировок Северного Кавказа [85]. По нашему мнению, только деятельность выдающегося ингушского повстанца Ахмеда Хучбарова в годы войны, особенно в период с 1944 по 1955 г., была по-настоящему целенаправленной идейной и вооруженной борьбой с советской властью и ее карательной системой. Конечная цель этой борьбы не была обозначена им в каком-либо программном документе, а также в создании определенной структуры, имевшей внятные политические цели. Сам Хучбаров точно охарактеризовал себя и свое дело: "народный мститель", вступивший с оружием в руках на защиту своего народа. При всем беспрецедентном мужестве и выдающемся воинском профессионализме битва Ахмеда Хучбарова со сталинскими опричниками имела скорее социально-политические цели, чем сугубо военно-политические. Сама же власть деятельность А. Хучбарова оценила так: «нанес не только значительный политический и экономический, но ни с чем не сравнимый морально-нравственный ущерб Советской власти на Северном Кавказе»[86].

Из немецких десантов [87], заброшенных в 1942 г., документами архивов и в печати подтвержден лишь один – группа эмигранта Губе Османа (Саиднурова). В альтернативных свидетельствах, не вошедших в «популярные» публикации Н. Бугая, запечатлен механизм осуществления операций НКВД по «немецким десантам» в горах Ингушетии и Чечни. Упомянутый ранее В. Филькин рассказывал о том, как осуществлялись эти «операции» в горах: «Шеф НКВД в Чечено-Ингушетии Албогачиев Султан… оказывается, дал телеграмму в Москву: мол, в горах… восстание. Из Москвы позвонили Моллаеву (тогдашний председатель Совнаркома ЧИ АССР. – М.Я.): какие принимаете меры? Моллаев изумился: не слыхал ни о каком восстании… По решению бюро срочно отправились трое: В.И. Филькин, С. Моллаев и С. Албогачиев… Прибыли. Шарили по всем закоулкам.., подняв местных активистов. Никаких волнений. Албогачиев без смущения доказывал, что, вероятно, банда, почуяв преследование, ушла. Взяв себе в помощники нескольких активистов, он отправился на поиски в горы»[88], а В. Филькину и С. Моллаеву с остальными активистами предложил «пошукать вон за той горой. Искали всю ночь, почти до рассвета. Безрезультатно. К рассвету в небе вдруг загрохотал самолет. Пролетел над ущельем, погромыхал бомбами и улетел… У Албогачиева была рация, и он вызвал бомбардировщика. Вернувшись, Албогачиев торжествовал: "Ну, что я говорил? Бандиты были на той стороне и в очень большом количестве. Я вызвал самолет. Их разбомбили, но они рассеялись… Жаль, поймать никого не удалось…"»[89].

Тот же В. Филькин свидетельствовал о том, как создавались «арсеналы вооружения бандитов». Оперативным данным НКВД и его сексотов (в том числе и из числа повстанцев) нельзя было верить, потому что фантастическое количество единиц огнестрельного оружия (20000 штук, изъятого якобы при выселении ингушей и чеченцев) было «добыто» по преступной схеме НКВД: брали заложников из семей и держали до тех пор, пока родные не приносили требуемое количество оружия, купленного у сотрудников органов. В 70-е гг. В. Филькин за информирование об этом общественности был уволен с должности заведующего кафедрой истории КПСС Грозненского нефтяного института [90].

В воспоминаниях Джемалдина Яндиева [91], являвшегося с 1936 по 1944 г. председателем правления Союза писателей ЧИАССР и входившего в тогдашнюю номенклатуру по своей должности, есть важные сведения о «немецких десантах» в Ингушетии. В горы засылались ответработники из обкома партии коренной национальности (ингуши, чеченцы) в качестве «немецких резидентов» с крупными суммами денег, оружия и парашютов. Малограмотные, а чаще неграмотные крестьяне высокогорных сел (Галашкинского района Ингушетии, Шатойского – Чечни) весьма охотно брали и деньги, и парашюты (отличного качества шелк), а тем более оружие по принципу «все в хозяйстве пригодится». Вскоре они арестовывались и уничтожались как пособники немецких диверсантов. Одним из таких ответработников, выполнявшим спецзадания НКВД, был Чахкиев, отмеченный в воспитаниях и А.-Г. Тангиева [92].

Единственный более или менее подробный «сюжет» спецслужб, привязанный к Ингушетии и ингушам, – операция в августе 1942 г. по поимке в горах группы уже упомянутого нами выше немецкого полковника Губе Османа (Саиднурова, этнического аварца). Из публикации «Военно-исторического журнала»[93] и книги генерал-майора ГРУ Л. Соцкова (синхронно излагающих суть этой операции) становится очевидным следующее. Группу Губе чекисты «вели» с целью притягивания к ней как можно большего количества людей, которые затем были репрессированы. Начальник Галашкинского РО НКВД ЧИ АССР Чириков и председатель райисполкома Албаков очень легко вышли на контакт с Губе и в течение пяти месяцев поддерживали с ним отношения. Историк М. Музаев на основании изучения ранее недоступных исследователям документов пишет о том, что О. Губе почти за пять месяцев нахождения в горах не удалось совершить ни одной диверсии, ни тем более поднять масштабного восстания ингушей и чеченцев, «ни сколотить… хотя бы маленький повстанческий отряд. Ведь все (и совокупность документов, и совокупность очевидных обстоятельств) указывают на то, что миссия парашютиста-разведчика провалилась. Провалилась потому, что никто из чеченцев и ингушей не откликнулся на призывы Османа Губе. Все время своей "одиссеи" в горах Чечено-Ингушетии он находился в полной "опеке" мюридов Арсанова. По приказу своего устаза они и сдали гитлеровского полковника в НКВД. Ясное дело, что достались почести, ордена и повышения по службе за поимку такой крупной "вражеской птицы" не им, рисковавшим жизнями, а как обычно восседавшим в теплых кабинетах высоким энкаведешным начальникам. Спасибо и за то, что хотя бы через 20-30 лет вспомнили об Ахмеде Парагульгове, главном герое захвата командира гитлеровских парашютистов, и наградили его орденом Красной Звезды»[94].
Ни о какой-либо организации, ни о конкретных совместных операциях группы Губе с ингушами в приводимых документах – четырех выписках из протоколов допросов – не говорится, потому что этих операций попросту не было. Весьма любопытно, что группу Губе (интернациональную по составу и не имевшую ни одного ингуша в качестве кадрового разведчика) подбирал активный член осетинской политэмиграции Кантемиров [95]. Совершенно определенно можно говорить о том, что «чекистское начальство умело управляло всеми процессами антисоветского движения в горах Чечено-Ингушетии, из-за чего вступало даже в конфликт с партийным руководством республики. НКВД и НКГБ широко использовало в Чечне (как и в Ингушетии. – М.Я.), начиная еще с 20 – 30-х гг., систему организации лжебанд, лжегрупп и даже лжеабреков-чекистов. Так, например, плотную опеку над практически всеми заброшенными в Чечено-Ингушетию диверсионными группами абвера обеспечивали мюриды одного влиятельного шейха, добровольно и давно сотрудничавшего с советской властью»[96].

Неисследованная, богатейшая по объему и «фактуре» коллекция документов из партгосархива ЧИ АССР, которую мы условно называем «Коллекцией профессора А.И. Божедомова»[97], до сих пор не стала подспорьем для тех исследователей, которые хотят иметь подлинные, а не сфальсифицированные, отрывочные сведения о «бандах» накануне депортации и в связи с ней. Согласно документам Божедомова, уже в октябре-ноябре 1943 г. повстанческое движение уменьшилось настолько, что чекисты сами считали, что оно почти сошло на «нет». Это еще раз подтверждает тезис об управляемости процесса чечено-ингушского «бандсопротивления». Накануне операции «Чечевица» перед властью стояла задача нейтрализации (путем так называемой легализации) тех ингушей и чеченцев, которых она с началом войны особенно интенсивно и всячески вынуждала уйти в горы и сопротивляться чекистскому беспределу, чтобы обосновать необходимость депортации. По завершении этого этапа встала другая задача – выманить всех из гор, пересчитать, а особо ретивых уничтожить. Горы должны были быть «зачищены», чтобы «спецоперация» по депортации гражданского населения 23 февраля 1944 г. прошла без излишних эксцессов, которые вполне естественно могли быть ожидаемы от вооруженных и мобильных отрядов повстанцев. Все легализованные повстанцы были арестованы НКВД (их было свыше 1000 человек) и расстреляны. В первую очередь – 36 человек, которые являлись руководителями отрядов сопротивления.
Документы из коллекции профессора Божедомова также проясняют очень многое в мутной воде фальсификаций и лжи по поводу «легионов» «бандитов-предателей», оказавших «колоссальную» помощь немцам во время войны.
«Совершенно секретно.
Секретарю обкома ВКП(б) Чечено-Ингушской АССР
тов. Иванову.

...Во многих районах Чечено-Ингушской республики... в сентябре – начале октября 1943 г. бандповстанцы проявляют тенденцию, стремление к встрече с нами для их легализации, прекращения их банддеятельности. Встречи состоялись...
Народный комиссар внутренних дел ЧИ АССР
комиссар государственной безопасности – Дроздов.
№ 625, 3 октября 1943 г.»
«Совершенно секретно.
Секретарю обкома ВКП(б) Чечено-Ингушской АССР
тов. Иванову.
В последнее время в ответ на наши предложения среди бандгрупп горных районов республики проявилась тенденция к легализации и добровольной явке со сдачей оружия... Переговоры ведутся через религиозных авторитетов и старейшин, начались они в Чеберлоевском районе, а также в Шатоевском и Шароевском районах...
Народный комиссар внутренних дел ЧИ АССР
комиссар государственной безопасности – Дроздов.
№ 625/2, 5 октября 1943 г.»[98].
Из «Справки о значительном сокращении на территории ЧИ АССР деятельности бандповстанческих групп», которую нарком внутренних дел тогдашней Чечено-Ингушетии Дроздов отправил в наркомат внутренних дел СССР с копией в Чечено-Ингушский обком партии в виде шифротелеграммы под грифом «СС»:
«...На основе мероприятий, проведенных НКВД ЧИ АССР в отношении бандповстанческих групп... добровольно прекратили свою деятельность:
в сентябре 1943 г. – 11 бандгрупп с 79 участниками;
в октябре 1943 г. – 40 бандгрупп с 266 участниками.
В общей сложности прекратили существование в сентябре-октябре 1943 г. 51 бандгруппа с 335 повстанцами. Все они перешли на легальное положение. Помимо них, в сентябре 1943 г. на легальное положение перешли и 24 повстанца-одиночки, в октябре 1943 г. – 54. За два месяца всего легализовались 78 повстанцев-одиночек.
Таким образом, на основе соглашения с органами НКВД в сентябре-октябре 1943 г. прекратили деятельность на территории ЧИ АССР 413 бандповстанцев…»
Далее в документе приводится подробный перечень всех «бандгрупп» и одиночек, легализовавшихся и прекративших свою деятельность по каждому району ЧИ АССР отдельно.
В заключение справки сообщается: «… на 1 ноября 1943 г. на территории Чечено-Ингушской АССР продолжают действовать три кадровых постоянных банды: Исраилова Хасана, Магомадова Идриса и Махмудова Серли. Остальные банды, которых, по нашим оценкам свыше двадцати, это незначительные по численности группы и одиночки.
С 1 сентября 1943 по 1 ноября 1943 г., когда шла легализация банд на основе двусторонних соглашений между бандами и НКВД ЧИ АССР, потерь в людях опергруппы и войска НКВД не имели...
О чем и ставлю в известность.
Народный комиссар внутренних дел ЧИ АССР
комиссар государственной безопасности – Дроздов.
№ 701, 5 ноября 1943 г.
гор. Грозный»[99].
Эти документы подтверждают наши размышления о том, что «десанты», забрасываемые немцами, были этнически не вайнахские. Во-вторых, синхронизированная по времени (конец октября – ноябрь) легализация всех «банд» одновременно говорит о том, что НКВД-НКГБ прекрасно понимали: преступная военно-политическая операция по насильственному выселению ингушей и чеченцев из их домов и в целом с Родины вызовет ожесточенное и очень квалифицированное сопротивление всех повстанцев и народных мстителей, находившихся в горах не по одному году. В их лице повстанцев была нейтрализована единственно реальная, боеспособная и действенная военная сила более или менее адекватного сопротивления мощной машине государственного террора, осуществляющегося силами и средствами армии, внутренних войск, спецструктур при соответствующем техническом и пропагандистском обеспечении.

Оставшиеся в горах боевые группы, безусловно, не могли сравниться по своим возможностям с уничтожающей их силой, но они доставляли много хлопот власти, нанося ей в течение почти десяти лет ощутимые удары в военном отношении, а может быть, самое главное – морально-психологическое унижение. В этой связи история длительного сопротивления (до 1955 года!) группы Ахмеда Хучбарова – беспрецедентный пример ингушского народного сопротивления кадровой, ресурсно обеспеченной государственной военной махине периода расцвета сталинской империи.

В качестве итога к данной части нашей работы считаем уместным привести утверждение А. Некрича о том, что ни один историк так и не добрался до архивных материалов, которые бы дали четкое и убедительное представление о тех гражданах, тем более народах СССР, которые так или иначе помогали или служили немцам [100]. Это утверждение А. Некрича подкрепляется весьма серьезным свидетельством упоминавшегося ранее подполковника Григория Токаева (Токати), лично причастного ко многим тайным спецоперациям самого высокого уровня, их разработкам и реализации: «…автор этих строк, не будучи ни чеченцем, ни ингушом, ни татарином, ни прогитлеровцем (награжденный орденами и медалями за борьбу с нацистами), с документами в руках может доказать – и доказывал в СССР!.. – что в ЧИ АССР "диверсионные банды" не совершили ни одного действительно диверсионного акта, не выдвинули ни одного прогитлеровского лозунга, а наоборот, провозгласили своим знаменем два основных лозунга: 1) знаменитую кавказскую триаду: "Свобода – Вольность – Независимость", 2) "Долой и Гитлера и Сталина, да здравствуют демократические Штаты Северного Кавказа". Все дело… в этом последнем лозунге, а не в "диверсионных бандах"»[101].

Ни тогдашние функционеры (не понаслышке знакомые с подлинным состоянием дел), ни ученые, имевшие доступ к архивам, так и не смогли подтвердить существование неких подлинных документов, подтверждавших факты какого бы то ни было реального сотрудничества с немцами. Таких документов, по нашему мнению, просто не существует. Но всегда в империи существует политический заказ для силовых, карательных структур по «технологическому» обеспечению государственных репрессий как против отдельной личности, так и целого народа.
***
Специального внимания требует проблема, впрямую связанная с депортацией, – участие ингушей в Восточных легионах вермахта [102]. Во время Второй мировой войны ингуши сражались во всех родах войск и приняли участие во всех битвах этой человекоистребительной катастрофы XX века. Из 32000 человек [103] разных национальностей, ушедших на фронт из ЧИ АССР, 7000 были этническими ингушами. Более 1000 человек не вернулись с фронтов войны. По неточным данным, в немецкий плен, главным образом в первый год, попало около 500 человек. Для многих ингушских парней, как правило, малограмотных или совсем неграмотных молодых людей (многие из них не знали даже русского языка), в плену стоял вопрос экзистенциального уровня: жить или умереть. Они, как и все советские солдаты, стали жертвами преступных просчетов военачальников и самого главного из них – хозяина Кремля. Величие Сталина в массовом сознании было связано с тем, что несчастный народ-победитель не представлял себе подлинной цены этой страшной победы: «А она безмерно велика, и не в последнюю очередь из-за огромных просчетов Сталина накануне войны, его преступлений, связанных с террором.., равно как и из-за дилетантского, неумелого руководства, особенно в начале войны. В 1941-м, как и в 1942 г., в результате неудачных оборонительных и наступательных операций огромное количество советских военнослужащих оказалось в фашистском плену. Судьба этих людей безмерно горька. Горька вдвойне потому, что плен, по нашим официальным взглядам, был позором. Хотя советские уставы не рассматривают политическую и нравственную сторону плена, однозначно считалось, что плен – это фактически измена. Существовала формула: лучше смерть, чем плен. Но обстоятельства войны повернулись таким образом, что многие предпочли жизнь, чем смерть, в надежде вырваться из плена, вернуться к родным очагам»[104].

Дм. Волкогонов пишет о том, что Сталина с самых первых дней войны интересовали объемы потерь. Но в делах статистики Главного управления кадров Генштаба графы о попавших в плен не было. Исследователь был вынужден полагаться на цифры западных военных историков, оперирующих данными штабов вермахта (ОКХ и ОКВ): «…с июня 1941 по апрель 1945 г. немцами было захвачено пять миллионов 160 тысяч человек… Эта цифра за первые полгода войны исчисляется примерно тремя миллионами человек»[105]. Что ждало ингушей (как и всех остальных), оказавшихся в плену? Безусловно, среди военнопленных были люди, руководствовавшиеся политическими мотивами, обиженные советской властью, репрессиями родных и близких и т.д., но определяющим был простой человеческий мотив – остаться в живых и не стать лагерной пылью.

А. Некрич об этом говорит следующее: «Гитлеровцы захватили в 1941 г. 3-4 млн. пленных. Их загнали в наспех сколоченные лагеря, где они, лишенные пищи, воды, подвергаемые унижениям и издевательствам со стороны охраны, погибали. Десятки тысяч военнопленных просто расстреливались гитлеровцами»[106]. Участница польского движения Сопротивления Дженнет Джабаги-Скибневска рассказывала нам о том, что в немецких концлагерях среди военнопленных были нередко случаи каннибализма. Об этом ей, в свою очередь, рассказали ингушские легионеры, с которыми она встречалась в 1942 г. в польском городе Весола, где дислоцировалась ингушская рота 836-го батальона Северокавказского легиона [107].

Дм. Волкогонов в указанной работе пишет о том, что в 1942 г. «гитлеровское руководство стало искать в лагерях для военнопленных отщепенцев, готовых служить не только в русской освободительной армии Власова, но и в различных национальных легионах: Грузинском, Армянском, Туркестанском, Кавказском, Прибалтийском, других национальных формированиях. Усилий было приложено много, но результат был незначительный. Немало военнопленных оказались "легионерами" лишь потому, что видели в этом путь к выживанию и получению возможности бежать к своим: были, конечно, и такие, кто поддался на националистическую пропаганду»[108]. Военный историк признает, что вина политического и военного руководства страны и лично Сталина, сделавших своих собственных солдат изгоями Второй мировой войны, неопровержима. И «отщепенцы», и «националисты», и все остальные были жертвами преступной политики собственного государства и фашистской Германии.

О том, как хозяин Кремля пристально следил за легионами [109] и как деятельность легионов «помогла» Сталину и Берии «привязать» их к депортациям именно ингушей, чеченцев, карачаевцев, балкарцев (а не осетин, кабардинцев и других – «лояльных», своих), говорят документы, приводимые Дм. Волкогоновым. Из них ясно, что приговоренные еще в 1940 г. к «зачистке» народы во время войны просто как бы «добирали» черные шары к фатальному решению своей судьбы. «О деятельности легионов Сталину доносили по линии политорганов и НКВД. Он понимал, что какой-то реальной силы эти формирования представлять не могут, но политический резонанс, основанный на использовании радио, листовок, произвести могут. Устные указания, как и резолюции на документах, с которыми мы имели возможность ознакомиться, свидетельствуют о жестоком, непримиримом отношении Сталина к изменникам Родины. В общей сложности их было не так уж мало, и среди них люди разных национальностей... Вот донесение, где в верхнем углу стоит помета наркома внутренних дел: "Сообщение послано тов. Сталину, Молотову, Антонову". Приведем его полностью: "10 июля 1944 г. Л. Берия. 12 июля в результате прочески лесного массива в р-не селения Казбурун Кабардинской АССР задержан немецкий парашютист Фадзаев Х.Х. (бывший член ВЛКСМ, осетин, работал полицаем в с. Урух, в 1943 году вступил в немецкую армию. Имеется звание обер-фельдфебеля немецкой армии). Задержано еще несколько парашютистов. Из 8 парашютистов продолжается розыск еще 2 человек. Остальные убиты или задержаны. Кобулов"»[110].

Обращаем внимание на то, что в июле 1944 г. ингушей, чеченцев и других уже не было на Северном Кавказе, а немцы продолжали забрасывать десанты. Кабардинцы и осетины, территория которых находилась под оккупацией, за связь с немцами и участие в парашютных десантах и шпионско-диверсионных отрядах не были депортированы. Они даже имели национальные представительства на оккупированных территориях в 1942 – 43 гг. [111]. Более того, в Национальном комитете Северного Кавказа, созданном в 1944 г. в Берлине, фактическое руководство осуществляли осетин Кантемиров (или Кантемир, создатель ежемесячного журнала «Кавказ»), аварец Магома; руководителями военного штаба Северокавказской национальной комиссии в Берлине последовательно были осетины Кулатти и майор Дударов (выпускник военной академии Фрунзе), попавшие в плен в 1942 г. В Национальную комиссию входили аварец Мусаясул, кабардинец Жакан, осетин Элегкоти [112], т.е. представители тех народов, которые не были депортированы Сталиным, несмотря на их весьма активное идейно-политическое и военное противостояние в годы Второй мировой войны сталинскому режиму на стороне вермахта. Ни активное участие осетин [113], дагестанцев, кабардинцев и др. в различных структурах, созданных немцами для борьбы с Советами, ни, в свою очередь, героическая борьба ингушей [114], чеченцев, карачаевцев, балкарцев, калмыков и турок-месхетинцев на советской стороне в эти же годы никоим образом не определяли судьбы народов. Они были предрешены до войны (!). «Экзекуция» ингушей никакого отношения не имела к тому, что 150 человек этой национальности, попав в немецкий плен, стали легионерами и воевали на стороне вермахта. Из-за того что Власов после образования РОА воевал против коммунистов, русские как нация, не были сосланы за Урал! Поэтому считаем несостоятельным деление на «предателей» и «героев» у любого народа, подвергнувшегося сталинскому геноциду депортаций: все участники Второй мировой войны, независимо от военной формы, в которой они воевали и бедовали, «на каком бы поле боя, далекого изгнания (зарубежной эмиграции или внутренней ссылки) ни сложили они голову, в каком бы застенке – нацистского гестапо или советского НКВД – КГБ – ни оборвалась их жизнь – все они в той или иной мере были жертвами»[115] трагического катаклизма середины XX века.
Страницы: 1 2 След.
Читают тему (гостей: 1)

Форум  Мобильный | Стационарный